Юрий Тарарев – Репликант (страница 50)
– Отчаливай, я в воде, – сообщил он Ще-Милу.
Тот дал задний ход и плавно вышел на открытую воду, тут же последовал запрос диспетчера, о разрешении, цели и так далее. Ще-Мил подозвал капитана, напуганного его видом.
– Отвечай! – тот дал всю нужную информацию диспетчеру, а на мостик уже входил Перл. Ще-Мил, увидев его, обнял и поздравил с успешным завершением второго этапа операции, а Перл обратился к капитану судна.
– Забирайте шлюпку и плывите отсюда, яхту получите в целости и сохранности чуть позже. – Насчет сохранности, он конечно сильно преувеличил. Команда выгрузилась и они, дав полный газ, помчались по реке к океану.
Перл рассказал, как проходила операция и закончил повествование словами.
– После моих бесед с инопланетянами, преследование вдруг прекратилось и стало не логично тихо.
– Согласен, странно, но не отчаивайся, бойцы Зет за мной придут, это долг чести Удвула!
Впереди показалась излучина реки, яхта красиво вписалась в поворот, и тут же от обеих берегов отчалили и пустились вдогонку две быстроходные лодки.
– Ну вот, дружище Перл, а ты переживал и скучал без погони?! Молодец! Настоящий воин! – подтрунивал над ним Ще-Мил.
Перл поднял бинокль, в лодках сидели не люди, а соплеменники Ще-Мила.
– Ты был прав, это за тобой!
– Я знаю, заодно прихватят и того, кто со мной!
– Придется тебя защищать! – нашелся Перл.
– Ну ка дай бинокль? – Перл дал, Ще-Мил посмотрел и выругался.
– Элита, смертники, скафандры высшей защиты, пленных брать не будут!
– Камикадзе что ли?
– Уж не знаю камикадзе или нет! А только брать не будут! Перл, у меня нет желания убивать соплеменников, они не виноваты, у них приказ, и они его выполняют!
– Твои предложения?
– Имитируем аварию, свою гибель и уходим, как и планировали, под водой.
– Согласен на все ради твоего душевного спокойствия! – съязвил Перл.
Но события стали развиваться совсем по другому сценарию, когда Перл со Ще-Милом уже выбрали скалу, о которую можно эффектно разбить яхту, перед одной из лодок расцвел взрыв и она, перевернувшись, выбросила в воду бойцов. Вторая лодка успела славировать, и ее только окатило брызгами.
– Что это за благодетель нас защищает? – вертел головой во все стороны ЩеМил, а Перл поднял взгляд к небу и увидел воздушный аппарат в виде тарелки.
– НЛО, Ще-Мил, чей аппарат? – показал он пальцем на небо, тот отыскал взглядом нужную точку.
– Это боевой истребитель Критчан, видимо они отслеживали ситуацию и теперь хотят воспользоваться плодами!
– Ну вот выбор за нас сделало проведение, действуем по ранее намеченному плану, о Дене они не знают, иначе бы их здесь не было. Истребитель маленький из предосторожности, чтобы было меньше вероятности засечь его со станции «Надежда». – Прокомментировал ситуацию Ще-Мил.
– К бою, Перл! – и активировал свой скафандр, Перл последовал его примеру.
Критчане вели лазерный огонь по лодке, которая выписывала немыслимые пируэты, избегая попадания. Истребитель развернулся и сделал боевой заход прямо по курсу движения лодки. Пролетев на бреющем над яхтой, разразился очередями из лазерных установок, в атмосфере лазер не очень эффективное оружие, энергии требует много, а толку мало. Но на этот раз толк был, за мгновение до выстрела, бойцы попрыгали в воду, и в следующее мгновенье, лодка исчезла в яркой вспышке взрыва.
– Ты видел, Перл, какая выучка у наших бойцов? – гордо выпятив грудь, говорил Ще-Мил, – за мгновение до взрыва, какая выдержка!
– Я так понимаю, нам повезло, что твои земляки до нас не добрались. – Остудил его Перл.
Ситуация тем не менее была критической, расправившись с преследователями яхты, наступала их очередь.
– Ще-Мил, наступило время показать, на что мы способны! Что будем делать? Прыгать в воду или сначала разобьем яхту, как планировали? – Ще-Мил смотрел в небо, наблюдая за истребителем. Тот не торопился, бойцов Зет добивать не стал, расправиться с яхтой тоже не спешил, завис в отдалении и наблюдал.
– Даже не знаю, что ответить, – наконец заговорил Ще-Мил, – думаю, что нас ждет совсем другой сценарий?
– Какой?
– Если б я знал!
А истребитель Критчан, повисев некоторое время, вдруг резко набрал скорость и ушел в сторону тайги, на низкой высоте.
– Осторожные, – прокомментировал Ще-Мил, – высоко не поднимаются, чтобы не быть обнаруженными.
– Ще-Мил, что это было? Помощь?
– Перл, на первый взгляд выглядит как помощь, а что на самом деле, не знаю.
– Твои земляки в реке не утонут? Может их спасать пора?
– Спасать? Ты в своем уме, Перл! Им приказ по нашему захвату никто не отменял, вон как гребут, того и гляди догонят. – Прибавив газу, ответил ЩеМил.
– Пойду, посмотрю, что здесь есть из съестного, пора перекусить, от волнения и последних событий разыгрался аппетит. – Спускаясь в жилые отсеки, проговорил Перл. А на кухне было на что посмотреть, функциональная, отделанная по последнему слову техники, инкрустированная дорогостоящими материалами, бытовая техника выше всяких похвал.
«Такую яхту жалко разбивать». Подумал Перл, подходя к холодильнику.
В холодильнике было все от консервов разных сортов до замороженных продуктов, в баре стояли запотелые бутылки с различными алкогольными напитками.
– Есть где пошуровать! – задумчиво прошептал Перл и приступил к готовке, достал мясо, овощи фрукты, приправы, включил печь и погрузился в волшебный мир кулинарии, мир ароматов и вкуса.
А в рубке управления тем временем ничего не происходило, бойцы Зет безнадежно отстали и никакой опасности не представляли.
«Что же это было? – размышлял Ще-Мил, – акт милосердия и помощи или хитрая, многоходовая игра? Чтобы так вовремя появиться, надо иметь исчерпывающую информацию о происходящих событиях, о действиях всех участников событий. Что-то нам готовят, но что? Критчане крайне осторожная раса, всегда держащая нейтралитет, но в событиях, происходящих в солнечной системе, зарекомендовала себя перед Месхийцами не с лучшей стороны. Сначала Критчане покинули Луну не признав Месхийцев, потом вернулись под давлением обстоятельств, предложили свое ненужное посредничество, представляя интересы Сервилий. Сервилии провели две военные провокации, чем скомпрометировали и себя, и Критчан. С тех пор Критчане не высовывались, довольствуясь статусом наблюдателей. Но надо знать Критчан, чтобы понять, что такая роль в галактической политике их не устраивает, они привыкли быть не наблюдателями, а арбитрами галактической политики». Его размышления перебил Перл.
– Ще-Мил, – церемониально развел руками тот, – позвольте пригласить вас отобедать по случаю нашего чудесного спасения.
– Какой высокий слог! Перл, ты случаем не был придворным? Но приятно, а кто будет управлять этой колымагой?
– Применим военную хитрость, погоня отстала, засада впереди пусть подождет и поволнуется, а колымагу подведем вон к тому берегу, с небольшой бухточкой, и пообедаем, это того стоит!
– Верю, Перл. А на счет засады ты прав, если она есть, то, не дождавшись нас в расчетное время, начнут искать нас, чем обнаружат себя.
Через пять минут Ще-Мил завел яхту в бухточку, едва не посадив на мель, заметить ее теперь ни с реки, ни с воздуха, было не просто, и пошел вниз. Перл постарался, весь стол был заставлен всевозможными яствами.
– Заходи, мой лапы и за стол, отведай нормальной пищи, а то привык питаться сырой рыбой.
– Зачем лапы то мыть?
– Ты что, Ще-Мил, не слышал о личной гигиене?
– Издеваешься над бедной рептилией?
– Ну что ты, да и какая ты рептилия, ты сам то знаешь кто ты?
– С некоторых пор я задаю себе этот вопрос и с уверенностью на него ответить не могу. – Вполне серьезно ответил Ще-Мил.
– Не переживай, ты не один такой, меня тоже с некоторых пор мучает этот вопрос, как и ты я не могу на него ответить однозначно.
– Думаю, что все о нашем состоянии знает только один человек. А может и не человек. Ден!
– Ты очень догадлив, Ще-Мил, давай за стол.
Ще-Мил сел.
– С чего начнем?
– Мы на планете Земля, я коренной житель Земли, а ты пришелец, будем соблюдать земные традиции. – Наставительно говорил Перл, наливая в бокалы коньяк пятидесятилетней выдержки.
– Согласен, – не стал сопротивляться Ще-Мил, – а это не вредно?
– Что, коньяк? Это напиток солнца, сделанный из солнечных ягод, которые называется виноград. Его вкус жжет как пылающая звезда, и обдает ароматом как цветы, придает бодрость и ясность мысли.