Юрий Супруненко – Москва подземная. Крона и корни великой тайны (страница 16)

Людей, живущих в больших городах, изматывают бешеные скорости, сумасшедший ритм, погоня за призрачными, часто недостижимыми ценностями. Тратится масса психической и биоэнергии, которую нужно чем-то компенсировать. Переполненный транспорт, подземка с толпами людей, снующие взад-вперед человеческие массы усугубляют психологический дискомфорт. Вот почему профессиональные психологи выступают против негативной социальной рекламы в метро. Вроде броских плакатов «Курение – смерть!» с черными легкими или трупами-окурками.

А бывает, что когда человек находится в мрачном безвыходном состоянии, на помощь приходят тайные общества, экзотические клубы, секты. Каждый ищет свою отдушину, но всех к поискам подталкивает большой город.

Кажется, что по ту сторону бытия возможна иная, размеренная жизнь. Не выдержав чрезмерных нагрузок и испытаний, неустойчивые личности глотают таблетки, выбрасываются из окон, прыгают на рельсы метро – третий рельс находится под высоким напряжением. А кому страшно, тайные секты подсовывают единомышленников. Да ещё пропагандируют показное самоубийство – на миру и смерть красна.

Первые упоминания о клубах самоубийц в России встречаются в 1874 г. Подобные сообщества были зафиксированы в Санкт-Петербурге, Тифлисе, Лондоне, Париже, Нью-Йорке. Их периодически закрывали, но они продолжали множиться. Мода на самоубийства не проходит, а с появлением Интернета появилось немало сайтов и форумов для сторонников суицида. Люди делятся опытом в этом страшном деле, передают рекомендации, как уйти из жизни, здесь можно найти партнера для совершения суицида, указаны даже, какие станции метро более подходящие – никто не остановит, а заметят, когда дело уже будет сделано.

Сегодня сетевые ресурсы, объединяющие людей, склонных к самоубийству, объявлены вне закона и запрещены. И все же единомышленники находят друг друга. По мнению специалистов, в основном это психически неуравновешенные, даже больные люди. Но есть среди них и те, кто ощущает себя одиноким, их нужно просто выслушать, поговорить с ними в трудную минуту. И кризис пройдёт. Если же не будет поддержки, то роковое решение неизбежно.

Неустойчивость психики, особенно у молодежи, проявляется по-разному. Экстремалы рискуют своим здоровьем, нехватку адреналина восполняют рискованным и опасным способом. Так появился новый вид спорта, или, лучше сказать, «безбашенного» развлечения, – электричкинг, руфрайдинг, или зацепинг. Самое безобидное из подобного досуга – это бомжевать и попрошайничать по поездам электричек или метро. Ради чего? Похвастаться друг перед другом своей отвязностью и авантюризмом. Конечно, контролеры, проводники и метрослужащие гоняют попрошаек. Но в этом и состоит кайф.

Зацепинг как явление появился давно, ещё в советские годы ездили зайцами на трамваях, стоя на цепке, что сзади (в народе – «колбаса»). Потом, в 1990-х, «освоили», если применимо это слово к данному контексту, электрички. Зацеперы не боятся погибнуть ни под колесами составов, на которых они катаются, ни от тока в проводах над поездом, или на рельсе метротоннеля. В метро, говорят, не сложнее, чем в наземных электричках, – много ручек и зацепов. Психологи называют такой досуг «истерической эпидемией». Со вспышками такого поведения трудно бороться, пока молодежь не насытится впечатлениями…

А вот руфрайдинг – посерьёзнее, поопаснее и с большим всплеском адреналина – прыжки по крышам вагонов электричек или метро. В задачи руфрайдера входит «напрыгать» наибольшее количество вагонов и снять все это на мобильник. Это будет как послужной список. И вот первые жертвы – счет начался с метро. Двое ребят решили отличиться 14 февраля 2011 г. в День святого Валентина – популярный среди современной молодежи. Прыгнули с перехода на Киевской на крышу вагона, но не учли низкие потолки в одном из тоннелей, и их тела задело сводом. Следующий день принес известия ещё о двух смертях. На пути Филевской линии прыгнул мужчина, а на станции «Коломенская» на рельсы кинулась женщина. Впрочем, остается до конца неизвестным, сами ли они это сделали, или им помогли… Ведь под колесами метро гибнут не только самоубийцы и любители смертельного риска. Некоторые падают из-за плохого самочувствия, а кого-то толкают под поезд хулиганы. Ежегодно на рельсах метро по разным причинам гибнет до 200 человек.

Чтобы избежать эти трагические исходы, во многих местах планируются застекленные переходы над путями, а также ограждения перед рельсами, как в метро Санкт-Петербурга. На старых ветках их разместить уже трудно, а вот на новых, как, например, «Солнцевской» – третьем пересадочном контуре, светопрозрачные ограждения по краям платформ появятся в соответствии с проектом. Впрочем, и эти экраны стопроцентно не спасут от самоубийц. Как показывает печальный опыт, находятся такие, кто заходит за эти барьеры в начале платформы со стороны тоннеля и оказывается между стеклом и прибывающим составом. Трудно сказать, какая смерть страшнее…

Близки к суицидным развлечениям, метроманьякам, всяким экстремальщикам сторонники якобы игр, связанных со… смертью. Их отличают бледные лица, синяки под глазами, черные одеяния. Участники этого неформального молодежного движения – готы – любят собираться на кладбищах, предпочитают подпольные тусовки, интересуются всем потаённым и подземным, одним словом, связанным с опасностью и риском, даже смертью.

Готы воспринимают жизнь в романтическо-депрессивном ореоле. Они верят, что истинный покой и счастье достижимы лишь в загробном мире, подвержены тоске и сплину, читают романы кладбищенских ужасов. Подобная тяга к сюжетам о смерти называется танатоманией, а любовь к кладбищам обозначена специалистами как тафофилия. Готы и сами сочиняют песни, стихи, прозаические произведения – всё связано со сверхъестественным и потусторонней реальностью. Места захоронений привлекают их покоем и умиротворенностью. Они отдают предпочтение вычурным надгробиям, которые почему-то причисляют к готическому стилю.

Свои тусовки готы любят организовывать близ примечательных кладбищенских склепов, надгробных скульптур и гротов, могильных подземелий и специально выстроенных бункеров. Излюбленными их местами в Москве являются Введенское (Немецкое) и Донское кладбища, а также почему-то Чистые пруды.

Старые немецкие захоронения расположены на улице Госпитальный Вал возле метро «Бауманская». Здесь на берегу реки Синички, ныне упрятанной в трубу, как Неглинка, находилась Немецкая слобода, куда любил наведываться к своему другу Лефорту Петр I. К мистике, пропагандируемой на кладбищенских аллеях готами, добавляются легенды, тиражируемые экскурсоводами. В дождливую погоду, говорят, на Немецком-Введенском кладбище разносятся звуки флейты. А то и слышится звон железных кандалов с могилы врача Федора Газа – в своё время он облегчал участь этих осужденных…

Зона повышенной опасности

На Донском кладбище

А Чистые пруды прославились небольшой речкой, в которой якобы водилось некое чудовище, время от времени уходившее в подземные глубинные воды. Чтобы задобрить страшное существо, окрестные жители бросали ему внутренности домашних животных. От остатков мяса и навоза шел сильный запах, и место получило название Поганая лужа, позже – Поганые пруды. Сподвижник Петра I Александр Меншиков приказал очистить местность и дал ей новое название – Чистые пруды. Но легенда повествует, что мистика довлела над ним: Меншиков за казнокрадство попал в опалу – не иначе чудище из пруда отомстило ему.

Городская мифология продолжается и в наше время. Будто бы недалеко от станции метро «Чистые пруды» расположен один из сталинских бункеров. Строила его, по непроверенным данным, бригада подростков, набранная из сирот и беспризорников. Потом их след теряется. Лишь нескольким удалось уйти от охраны, остальные до сих пор неприкаянными призраками бродят по тоннелям метро и мстят за своё «несчастливое» детство. А аура с отрицательной энергетикой якобы даёт себя знать непредсказуемым поведением всех бывающих в окрестностях этого места…

Донское кладбище известно не только последним упокоением великого А. Солженицына, но и захоронением жестокой помещицы Салтычихи, замучившей свыше ста крепостных душ. Экскурсоводы не забывают рассказывать легенду о призраке Салтычихи, явившемся в подвале Иоанно-Предтеченского монастыря курсанту академии МВД. Легенда легендой, но возле могилы Дарьи Николаевны Салтыковой многим становится не по себе. Но только не бравирующим готам…

Эпатажно разодетая молодежь прогуливается по могильным паркам, декламирует стихи о смерти, поёт загробные псалмы разных религий. Верхом экзальтации считается заняться любовью прямо на могильных плитах.

Одни группировки готов придерживаются женственного имиджа, другие предпочитают стиль так называемого «среднего рода» – «унисекс», одежду из латекса, отращивают длинные волосы, третьи выбирают моду старинной эпохи с камзолами, рубашками с жабо, корсетами и кружевами. Самый впечатляющий стиль – «вампиры» с накладными клыками и ногтями, с молочно-белыми линзами, создающими иллюзию вытекших глаз.