Юрий Силоч – То, что не убивает (страница 81)

— Вышли! — заорал я, срывая голос. — Вышли оттуда, сука!

Со стенда на стене на нас смотрели десятки фотографий, причём, что удивительно, не голографических или виртуальных, а обычных: руководство, улыбающиеся усачи в комбинезонах и касках, чуть ниже кадры со строительства центра, красивые фото серверов с подсветкой…

— Повторять не буду! Вышли! — пара выстрелов расщепила аквариум на груду мелких осколков. Эрвин живо перекатился через стойку и раздал пару оплеух:

— Готово!

Теперь сигнализация.

Разбить ладонью стекло, скрывающее красную кнопку, обязательно порезаться, выматериться, нажать. Выматериться повторно, потому что от громкого и мерзкого завывания сирены заныли зубы.

К лестнице!

Мимо большого зелёно-оранжевого зала с крупным логотипом дата-центра, мимо живой стены из мха и настоящего фонтана, мимо спешащих к выходу офисных работников.

Забавно, пожарная дверь не открылась после срабатывания сигнализации. К счастью, к этому варианту я был готов. Интерфейс двери вывесил перед нами два варианта: отсканировать сетчатку или приложить магнитный пропуск к панели ниже.

— Прикрывай, — скомандовал я напарнику и присел на колено возле панели. Для таких случаев у меня была припасена специальная софтина — что интересно, совершенно легальная: ей пользовались для восстановления магнитных пропусков и разблокировки замков, ключи от которых были утеряны. Подключить к разъёму на шее щуп, считать излучение, определить, в каком диапазоне чисел находится id, быстро перебрать все возможные… Панель запищала и засветилась зелёным.

На всё про всё чуть меньше половины минуты.

Достать из кармана две «мухи», швырнуть их на полутёмную лестницу, дождаться, пока дроны взлетят повыше и проверят, не ждёт ли нас засада.

— Давай!

Эрвин вышел на площадку и принялся быстро подниматься боком, держа оружие наготове. Сверху запищал замок и послышались быстрые шаги — спускался кто-то из сотрудников. «Мухи» показали бородатого мужика в синем комбинезоне и молодого парня с красным ящиком для инструментов в руках и бухтой кабеля на плече. Заметив нас, они замерли, но Эрвин сделал раздражённое движение рукой, и работники дата-центра протопали мимо, не задавая вопросов и стараясь даже не смотреть на нас.

Второй этаж. Повторение процедуры вскрытия магнитного замка. В этот раз она затянулась на пару минут и заставила меня изрядно понервничать. Я успел мысленно обругать всё на свете, прежде чем услышал заветный писк и рванул дверь на себя. «Да!»

Второй этаж отличался от офиса — серый, функциональный, металлический и пластиковый. Под потолком в решетчатых лотках змеились бесконечные разноцветные кабели, над которыми тянулись тонкие трубы, мигали датчики и тускло блестели в полутьме короба вентиляции.

На стенах не осталось ни сантиметра свободного пространства — снова трубы, кабели и датчики, а также вентили, панели, мониторы, технические люки, наклейки с молниями, черепами, кирпичами и перечёркнутыми человечками. В дополненной реальности это смотрелось ещё круче, потому что при взгляде на каждый из элементов появлялась его трёхмерная модель в разрезе и подробное описание, загораживающее весь обзор.

Судя по карте, диспетчерская должна была находиться относительно недалеко: поворот налево, затем прямо и направо. «Мухи» не показывали никакой активности, и я почти бежал вперёд, стремясь успеть как можно больше, перед тем как начнётся бой.

Вот поворот налево — возле технического люка в полу с надписью «Строго для персонала!». Вот поворот направо — у мерцающей в воздухе надписи «Высокое напряжение!»

Я опять обогнал Эрвина, первым выскочил из-за угла и тут же поплатился за беспечность: в глазах потемнело, а в грудь словно молотом ударили. Мир завращался.

— Контакт! — закричал напарник, схватил меня за ногу и утянул под защиту стены.

— Кому ты это орёшь, идиот? — спросил я, когда сумел вдохнуть. Бронепластина выдержала удар — хорошо, что я всё-таки не пожадничал.

— Тебе!

Я проигнорировал протянутую руку и поднялся сам. Изображение с «мух» нельзя было рассмотреть без стоп-кадра: дроны вовсю маневрировали в потолочных конструкциях, чтобы не попасть под огонь защитников ДЦ.

И никакой информации о целях. Отлично всё начинается, просто супер.

— Так, нахер всё, давай дальним путём. Обходим.

Из левого набедренного кармана я достал ловушку (пластиковый корпус, немного взрывчатки, пара десятков металлических шариков и датчик движения) и прилепил на стену. Осталось лишь на всякий случай отметить её пульсирующей красной точкой на карте здания — и можно бежать. С противоположного конца коридора слышался топот.

Над головой прожужжали дроны, и на этот раз они, к счастью, засекли противника до того, как я нарвался на пулю. Четыре ньянговца в чёрной форме, бронежилетах и шлемах мчались в нашу сторону со всех ног, сжимая в руках короткие автоматы.

Эрвин дал очередь из-за угла, не высовываясь, и, кажется, даже кого-то срезал. Точно определить было нельзя, ведь все чёрные фигуры мгновенно залегли и принялись поливать огнём нашу позицию. Во все стороны брызнули осколки бетона и пластика.

— Сука! — взревел я, когда что-то острое прочертило полоску боли по щеке.

— Сейчас зажмут! — заорал мне на ухо напарник, забывший про внутренний канал связи. — Что делаем?..

Вместо ответа я присел на колено у самого угла, сорвал с пояса гранату и метнул её вперёд по коридору как можно дальше.

Громкий хлопок.

— Пошли!!! — мы с Эрвином одновременно выкатились из укрытия. Я зажал спуск и принялся поливать коридор, в то время как скаут летел вперёд, стреляя на ходу и, разумеется, ни в кого не попадая. Его боевая программа не могла в этом помочь, а свою я включать не торопился: пока лучше повоюю своим умом, а вот когда ситуация станет совсем хреновой и вместо размышлений и планирования потребуются рефлексы и скорость, тогда и спущу зверя с цепи.

Очередной хлопок, но на этот раз за спиной — сработала ловушка.

Я резко развернулся, не прекращая хрипло орать какие-то ругательства и стрелять — от бедра, по чёрным силуэтам, одной длинной очередью.

Запах озона щекотал ноздри. Рядом с ухом прожужжал раскалённый комочек смерти, в броню ударила пуля, ещё одна чуть не сломала мне шею, угодив в шлем. Цели автоматически помечались и тут же гасли: кинжальный огонь пулемёта рвал тёмные фигуры на части до тех пор, пока противники не закончились, а коридор не стал напоминать лавку мясника.

«Чисто! — доложил Эрвин. — Давай в диспетчерскую!»

«Даю-даю…» — отозвался я. Неожиданно навалилась слабость. Одежда под бронежилетом промокла, а пот стекал со лба по носу. И сердце, снова проклятое сердце. Тяжело билось о рёбра, ныло и тянуло, требовало остановиться, перевести дух, а в идеале прилечь.

Возле очередного магнитного замка я почти свалился — не удержал равновесие из-за головокружения. Заветный «дилинь» донёсся до меня будто сквозь слой ваты, Эрвин тенью пронёсся мимо и принялся орать и стрелять внутри диспетчерской, а я медленно перевернулся и привалился к стене, тяжело дыша и повторяя про себя: «Это плохо. Это очень плохо».

Кое-как поднявшись, я всё-таки приковылял в диспетчерскую, где лежали, уткнувшись лицами в пол и заложив руки за голову, инженеры в сером. Один из них — черноволосый, с крючковатым носом — смотрел на меня со смесью интереса и испуга. Опять головокружение, и я вновь сползаю вниз. Сижу, глядя на то, как мигают схемы на огромном, во всю стену, экране и как матерящийся Эрвин беспощадно колотит по клавиатуре, а затем отходит в сторону и в упор расстреливает консоль. Искры, осколки пластика, стекла и металла.

Я запрокинул голову и вяло удивился дыркам от пуль в потолке.

— Маки! — скаут сел на корточки рядом со мной и пару раз коротко постучал по шлему. — Поднимайся! — с плеча исчез чехол с РПГ и взрывчаткой, затем невидимая сила подхватила меня, как котёнка за шкирку, и с лёгкостью поставила на ноги. — Приди в себя!.. В себя приди! Надо спешить!..

«Сирену выключили», — заметил я, тупо глядя на напарника, который ждал от меня какой-то реакции и никак не мог дождаться. Позади него огромный экран перемигивался десятком алых окон с предупреждениями, а в ДР было страшно заглядывать: всё цвело красным, как поле тюльпанов.

Наконец, напарник не выдержал, выругался, схватил меня за руку и побежал ко второй пожарной лестнице, по пути установив пару ловушек. Я кое-как перебирал ногами, пытаясь и за Эрвином поспеть, и пулемёт не потерять — и мне почти удавалось и то и другое.

— Стоять, вы, два…

Я даже не успел повернуться в нужную сторону — скаут срезал идиота очередью прямо на бегу:

— Стрелять надо было, придурок.

Сердце немного успокоилось, и я обрадовался, почувствовав себя лучше, но застонал от отчаяния, увидев перед собой лестницу. Хотелось попросить хотя бы минуту передышки, но сработавшая далеко за нашими спинами ловушка напомнила, что времени нет.

— Оставь ещё одну тут! — попросил Эрвин, но пока я соображал, что он имел в виду, скаут выругался, вытащил из моего кармана взрывчатый сюрприз и прилепил его над выходом. — За мной!..

«Мухи» разделились: одна спустилась по спирали вниз, а вторая взмыла по лестнице вверх — и прекратила своё существование, успев лишь отправить нам фото затаившихся на следующем лестничном пролёте бойцов Фронта Освобождения Ньянга.