Юрий Силоч – То, что не убивает (страница 53)

— Спровоцировали, блядь, — я ощерился и плюнул на пол со злости. — Сдвинули, подстегнули и ещё что-то там. Сука.

— Расслабься, Маки, — начал было напарник, но я его прервал.

— Мы уже достаточно расслаблялись! Может, пора напрячься?! Сломай эту дверь, я прикрою!

— Эх, опять история повторяется…

— Я не говорил пиздеть, я говорил сломать дверь! — из фургонов высыпали знакомые мне фигуры в чёрной угловатой броне. — Давай!

За спиной послышались глухие удары и напряжённое сопение. Пистолет с пола перекочевал ко мне в карман.

Громкий гул заставил задрать голову к грязному стеклянному потолку, за которым раскинулось бездонное синее небо, часть которого заслонял жёлтый в коричневую полоску вертолёт. Советский или какая-то из копий, я в них не особо разбирался.

— Эрвин!

— Да стараюсь я! — огрызнулся скаут. Повернувшись, я увидел дверь, покрытую вмятинами и испачканную в крови.

— Хах. Зомби-апокалипсис, — не удержался я.

— Иди ты нахер, — напарник шипел от боли, дул на костяшки и тряс ладонями.

— Попробуй стену рядом!

Эрвин взвился:

— Ты идиот? Сам по бетону долби!

— Там точно бетон, а не гипс?

— А ты сам как думаешь?!

— Я не думаю, а хочу, чтобы ты проверил! — заорал я. Чёрные за окном выстроились в цепь и двинулись к зданию. Красиво. Перебегают, прикрывают друг друга. Я невольно залюбовался: такой слаженности и отточенности каждого движения не было даже у моих ребят. Вертолёт кружился над крышей, я видел, как шевелится пулемёт у него на носу.

Ещё пара ударов, я слышу, как на пол летят мелкие и твёрдые частички.

За стеклом путь одному из чёрных преградил солидный мужчина в костюме. Он что-то начал объяснять, возмущённо размахивая руками, но быстро получил прикладом по роже и прилёг на травку.

— Нет, Маки, тут не пройти. Это бетон.

— Сука! Что же…

Над головами громыхнуло, стекло осыпалось, ошмётки хромированного металла с жутким лязгом рухнули на пол. Я рефлекторно грохнулся следом, обхватив голову.

Пронзительный свист винтов, порывы ветра носят по холлу бумаги, пластик и лёгкую оргтехнику.

Хлопок, другой, третий — огромные окна разлетелись галактиками блестящих осколков, чёрные ворвались внутрь. Они же спускались с зависшего вертолёта по тросам — прямо сквозь Адама с Господом.

Громыхнули первые очереди, пока неприцельные.

За спиной негромко ругался Эрвин: уговаривал Пигги не зажёвывать патроны. Я отполз в сторону и присел на колено у стены, стиснув зубы и сжимая дробовик так, что рукоять жалобно трещала.

— Жопа. Полная жопа… — скулил Эрвин.

— Не ной!

Пока что нас надёжно укрывала живая стена, но это ненадолго. Уж попали так попали…

Однако несмотря на безвыходную ситуацию, какая-то часть сознания похвалила меня: раньше я бы, скорее всего, присоединился к Эрвину и поднял лапки кверху, а теперь бурлил еле сдерживаемым боевым азартом и полным нежеланием сдаваться. Если я не ошибаюсь, сейчас они…

Подтверждение собственной правоты я получил ещё до того, как закончил мысль: в наше укрытие прилетела пара серебристых цилиндров.

— Светошу…! — завопил Эрвин, но окончание слова утонуло в громком хлопке.

Ахнуло так, что никакое шумоподавление не помогло. Всё исчезло, включая чувство равновесия, я словно повис посреди огромного звенящего белого облака. Тем не менее, я быстро сориентировался — и, обнаружив перед собой чёрную фигуру, с рычанием бросился на неё, готовясь разорвать голыми руками. Но меня ждал неприятный сюрприз: «спец» грациозно увернулся и с такой силой звезданул мне по морде, что я отлетел в сторону. Там были готовы к встрече: второй чёрный захватил мою шею в замок и заехал бронированным коленом по пояснице, отчего я едва не кончился на месте, а спустя долю секунды подоспел третий — и, размахнувшись как следует, влепил прикладом по макушке.

Изображение «поплыло» и вспыхнуло цветными артефактами, но сразу же померкло. Я не успел даже удивиться, как сознание растворилось во тьме, и последним, что она скрыла, стали пыльные ботинки одного из «спецов» возле моего лица.

23

[Загрузка…]

[Работа системы была аварийно прекращена]

[1. Провести восстановление]

[2. Стандартный запуск системы (возможна утеря временных файлов и отрывков памяти!)]

[Инициация стандартного запуска системы, проверка контрольной суммы файлов].

Память вновь возвращалась по частям, будто в разных углах огромного зала загорались лампочки. Поначалу от недостатка информации я спокойно воспринял шум вертолётных винтов, решив, что я, капитан Маки ван дер Янг, задремал по пути на базу, но секундой позже зажёгся ещё один фонарик, осветивший недавнее прошлое, и я забеспокоился.

В десантном отсеке царила непроницаемая тьма, шум винтов не давал ничего услышать, и поэтому единственное, что я мог сказать об окружающем мире, это то, что я сижу на металлическом полу, в ягодицу впивается мелкий острый камешек, руки заведены за спину и зафиксированы чем-то, что я не в состоянии разломать, а правый висок бьётся обо что-то жёсткое и угловатое, когда вертолёт маневрирует. Макушка саднит, левая скула болезненно пульсирует, поясница тянет, кости ломит. «Господи, можно я сдохну прямо сейчас?»

Слева от меня что-то тёплое. Возможно, живое. Возможно, Эрвин. О какой-либо уверенности речи, конечно, не шло, хотя пахло именно человеком, который недавно купался в сточных водах.

Связь, само собой, не работала: пиктограмма подключения покраснела и обзавелась восклицательным знаком. Должно быть, глушилка. ПНВ и тепловизор тоже почему-то не работали. «Странно».

Ладно, неважно. Главное — не поддаваться панике. Это было вполне осуществимо: несмотря на то, что меня всё-таки схватили и теперь везли в неизвестность, я почти не чувствовал страха, потому что его перевешивали удивление и любопытство. Разумеется, я понимал, что не самый крутой и крепколобый на планете и что на мою киберзадницу рано или поздно найдётся управа, но такое…

Не припомню, чтобы мне так сильно прилетало — а прилетало мне достаточно часто, чтобы я успел составить представление о том, что меня может ждать на улицах Корпа, проработать классификацию и на её основе просчитывать последствия своих действий. Так вот, вероятность получения ТАКИХ пиздюлей от живого противника я не учитывал, думая, что она ничтожно мала.

Лететь было скучновато, и я попытался осторожно высвободить руки, но в ту же секунду из глаз посыпались искры: кто-то очень внимательно наблюдал за мной и показывал, что не намерен шутить.

— С-сука, — прошипел я и схлопотал оплеуху повторно. К счастью, не такую сильную, как в офисе Масс Биотех, но всё же ощутимую.

Да уж, ситуация… При попытке хоть как-то упорядочить всю картину начинала болеть голова.

Сперва поступил заказ на Юнгера. После промаха на меня ополчились «костюмы», которых тоже наняли его убить, но я случайно сорвал им всю операцию. Приказ на устранение Юнгера отдал картель Торреса, но зачем им нужно было убирать кандидата в мэры я никогда не узнаю, потому что Торрес застрелен чёрными боевиками, а картель и «костюмы» разгромлены.

Далее, когда мы заявились в Масс Биотех, опять появились эти неизвестные чёрные боевики. Совпадение? А то, что в здании за полчаса до нашего прихода была объявлена подозрительно тихая и незаметная для остального мира эвакуация, — это как вообще понимать? Кого они боялись — нас или боевиков? И для чего последние примчались штурмовать здание — ради меня или у них были иные цели? Перед глазами всплыла недавняя картина, когда командир отряда боевиков сказал, что мы с Торресом нужны ему живыми в отличие от остального картеля.

Одни вопросы без ответов. Оставалось лишь надеяться, что в ближайшее время всё станет ясно. Если эти ребята не шлёпнули меня сразу, а куда-то потащили, то…

Винты взвизгнули, вертолёт нырнул вниз. Желудок подскочил к горлу, а я перепугался, что сейчас полечу головой вперёд и врежусь во что-нибудь твёрдое и металлическое, но похитители, похоже, знали манеру своего пилота и всё предусмотрели: я повис с выкрученными руками, матерясь и болтая ногами в воздухе.

Слева раздался такой же поток брани, и я понял, что это всё-таки мой напарник.

— Эй! Эрвин! Это ты? — позвал я, склонившись в его сторону. Не было никакой уверенности, что меня услышат сквозь шум двигателя и винтов, но скаут отозвался:

— Конечно я, идиот!

Винтокрылая машина заложила головокружительный вираж, меня бросило вправо, от боли в плечах и локтях из глаз посыпались звёзды, но скоро всё закончилось: вертолёт выровнялся (из-за чего я сильно вмазался затылком о металл) и полетел дальше как ни в чём ни бывало.

К своему удивлению, я заметил, что стало немного светлее: в левом глазу появилось серое пятно, и теперь я мог различать очертания предметов — правда, мутно, будто смотрел сквозь ткань.

«Что за херня?» — я моментально покрылся холодным потом. Повязки на глазах не было, и это могло значить лишь одно: мне так заехали по башке, что я ослеп. «Только не это! Только не так!..»

— Эрвин! — вскрикнул я. — Эрвин, ты меня видишь?!

— Да! — отозвался напарник, после чего нас немного попинали ногами. Но мне было наплевать, поскольку в тот момент меня парализовал животный ужас.

«Пиздец, — повторял я мысленно. — Пиздец. Пиздец».

Что теперь делать? Как выбираться?.. Поможет ли мне Эрвин?.. Хотя, в последнем я и так не был уверен. Чёрт, чёрт, чёрт!.. Долбаный Юнгер, долбаная политика и долбаный я! Старый полудурок, который…