Юрий Силоч – Рыцарь пентаклей (страница 78)
— Гвардейцев, отлично, — продолжал Регент. — И что было дальше?..
— Драка…
— Драка! — этом повторил Вильфранд. — То есть, свидетель признал, что по предварительному сговору с известным бандитом принимал участие в нападении на государственных служащих, находившихся при исполнении! Похоже, у нас ещё один подсудимый, ваша честь!
— Не паясничайте, — устало ответил судья.
— Но это был заговор! — взорвался Нильс.
— А вам откуда знать? А вдруг это тщательно запланированная операция по наведению в городе законного порядка? Вы спрашивали у гвардейцев документы? Разрешение на обыск или ордер на арест?.. Нет! Вы просто набросились на них!
— Ваша позиция понятна, Вильфранд, — вздохнул судья. — И будет учтена. Но сейчас мы рассматриваем ваше дело. Продолжайте, свидетель. Давайте к сути, что вы можете сказать насчёт убийств и попыток убийства?
— Мы с Йоганном, Виго и ещё несколькими ребятами поехали к магазину Ординари: дворецкий сказал, что лорда увезли в ту сторону. И там, значит, мы услышали выстрелы.
— Выстрелы? — поднял бровь судья. — Кто стрелял?
— Я не знаю. Вообще, это даже не я слышал выстрелы, а Виго, который сидел на крыше и сказал нам о том, что впереди…
— Чудесно. Свидетель, который ничего не видел и не слышал, — вновь вмешался Регент. Оборотень наградил его ненавидящим взглядом.
— Когда мы с ребятами остановились, то увидели, что у магазина кто-то стоит и держит Ординари за горло. И потом…. — Нильс посмотрел на варвара, призывая его начать говорить.
— И тогда я побежал на выручку, ваша честь, — включился Йоганн. — Сшиб с ног того, кто держал лорда, завязалась драка. В ней сильно пострадал наш друг Виго…
— Так а что там с убийствами? — вкрадчиво спросил Вильфранд. — Мы говорили о них, а не о ваших драках.
— Потом, после того, как подсудимый сбежал, а мы справились с… с тем существом, мы нашли множество тел рядом. Это были гвардейцы. Им кто-то свернул шеи.
— То есть, вы хотите сказать, что это сделал я?.. — Вильфранд склонил голову.
— Нет, но это сделало твоё существо! — рыкнул варвар.
— Моё существо? — недоумение в голосе звучало почти искренне. — О ком вы?
— О Шраме, естественно! — Йоганн начинал нервничать. Насмешки и провокации Вильфранда били точно в цель.
— Ах, о Шраме… Понятия не имею, как он связан со мной. А даже если и связан, с чего вы взяли, что именно по моему приказу он убил тех людей? Может, вы сами убили их? Учитывая, как вы поступили с другой группой гвардейцев незадолго до этого, я бы не удивился…
— Но ведь это ложь! — не выдержал Орди. — Ты убил их!
— Что поделать, — пожал плечами Вильфранд. — Не то, чтобы я сейчас лгал, — наоборот, я говорю чистейшую правду, но… Вам не кажется, что человек, который живёт честно, должен быть готов, что люди вокруг куда хуже, чем он? Ведь в этом главное преимущество неправды, неправедности и несправедливости: они всегда проще и эффективнее. Опровергнуть правду враньём куда легче, чем наоборот.
— Это был ты! — настаивал Орди. — Я видел и слышал это!
— Ваша честь, напомните, обвинитель может считаться свидетелем?.. — Вильфранд издал негромкий смешок.
— Не может, — упавшим голосом ответил Вариус. Он сверлил Орди яростным взглядом, и юноша понимал, что сейчас творится у судьи в голове. «Я тебе поверил — и ты меня похоронил. Это ты во всём виноват».
— И да, молодой человек, вы никак не могли слышать, как я отдавал приказ, поскольку достаточно долго находились не в карете.
Юноша заскрипел зубами.
— Но почему тогда твоё чудище держало лорда Ординари за глотку, а? — встрял Нильс. — Почему оно набросилось на нас?
— Во-первых, ещё никто не доказал, что чудище — моё. А во-вторых, потрясающая логика. Вы выпрыгиваете из темноты, как бандиты, вы сами первыми нападаете и ждёте, что я не буду на это реагировать?..
— Мы не выпрыгивали, мы защищали лорда Ординари!
— Ваш лорд Ординари пришёл ко мне в карету с отравленным кинжалом, который он получил от рук тех, кто хотел меня убить. А до этого дал согласие на просьбу убить меня.
— Всё было не так! — прошипел молодой человек.
— О, да! — воскликнул Вильфранд. — Давайте, Ординари, солгите. Скажите, что это было не так. Покажите всем уже, наконец, что вы просто лицемер, который хочет меня уничтожить.
— Я не собирался никого убивать! — юноша покачал головой.
— А этого мы уже в точности никогда не узнаем. Вы пришли ко мне в карету с оружием.
— Но я отдал его тебе! И рассказал всё!
— Ваша честь, этого не было! — Регент повернулся к судье. — Мне пришлось защищаться.
Делегаты загудели.
— Так! — из-за стола поднялся нос-крючком. — Довольно, Ординари! Хватит! Вы видите, что происходит? Вы хотите, чтобы он избежал наказания и убил нас всех? Если лично вам нечего терять, то пожалуйста, развлекайтесь. А тем, кто сидит в этом зале, есть, чего лишиться. Поэтому прошу прощения, но…
— Мы ещё не рассмотрели все обвинения, — оскалился Орди. — Поэтому будьте добры, сядьте и дайте мне довести дело до конца.
— Но мне стыдно смотреть, как вы доводите его до конца! Лучше схватите и казните Вильфранда, чем вот так позориться. Я считал вас умным человеком: хитрым, находчивым с прекрасной хваткой. А сейчас, — старик покачал головой, не закончив фразы. — Я думал, что вы лучше подготовитесь к этому… мероприятию.
Судья спрятал лицо в ладонях:
— План, Ординари, — страдальчески произнёс он, когда протёр лицо, вновь ставшее красным. — Я очень надеюсь, что это — часть вашего плана.
— Прекрасно, господа, прекрасно, — Вильфранд пару раз хлопнул в ладоши и принял боевую стойку. — Я готов. Подходите. Знаете, что самое смешное во всём этом фарсе? То, что вы всё равно сломаетесь. Уже сломались. Вам уже не нужны ни законы, ни справедливость. Вы просто хотите разделаться со мной, но не можете, ещё сами не понимая, почему. Давайте я помогу сформулировать. Если вы нарушите закон сами, если вы сами уподобитесь мне, то ничего в городе не изменится к лучшему. Наоборот, всё рухнет во тьму. Нарушать закон тоже надо уметь, дамы и господа, и вы знаете, что уж в этом мне нет равных. Вы знаете, что в городе начнётся грызня, и если уж жить не по закону, то только под моим руководством. Потому что у меня сотни лет практики. Потому что я лучший в этом. И когда вы придёте ко мне — о, а вы придёте ко мне, потому что город начнёт разваливаться на куски, — я спасу вас. Вы знаете, что всё станет как раньше, и нашу игру можно будет продолжить с того момента, как мы закончили. И поэтому нет никакого смысла менять меня на кого-то ещё. Разве не так?..
Генеральное собрание молчало.
— Давайте дальше, обвинитель, — прервал молчание судья. — Что у нас по плану? Некромантия?
— Вздор, вы не докажете, что я занимался ею, — встрял Вильфранд.
— Заговор, — тяжело уронил слово Орди. — Свержение короля, узурпация власти.
— Ну наконец-то, — усмехнулся Вильфранд. — А я уж думал, когда?.. Давайте, Ординари. Вызывайте свидетеля обвинения.
Вариус вопросительно посмотрел на молодого человека:
— Прошло пятьсот лет. Свидетель? Серьёзно?
— Да, ваша честь.
— Погодите-погодите, я просто уточню термин, — продолжал судья, недоверчиво поднявший бровь. — Свидетель — это такой человек, который лично видел, как пятьсот лет назад обвиняемый совершил преступление. Поэтому я повторю вопрос: у вас есть свидетель по этому эпизоду?
— Ответ неизменен, ваша честь, — Орди кивнул. — У меня есть свидетель.
Вариус зажмурился и взялся за переносицу большим и указательным пальцами.
— Ладно, хорошо. Вызывается свидетель обвинения.
Люди в зале одновременно вздрогнули, когда после этих слов за дверью зала грянули фанфары. Вслед за ними в зал вбежали, раскатывая по пути длинную красную ковровую дорожку, двое мальчишек в красных костюмах пажей и беретах с перьями.
— Это ещё что за?.. — спросил «медведь», выражая эмоции всего Генерального собрания, и, словно отвечая на его вопрос, в зал вошёл разодетый Вортсворт. Он трижды стукнул по полу тяжёлым золочёным посохом и громогласно объявил:
— Его Величество Тиссур, король Брунгена, князь Мервиффский и Ойтордский, герцог Рооль и Аэльфрийский, граф… — у Тиссура оказался неожиданно длинный титул, который дворецкий умудрился запомнить и воспроизвести без малейшей запинки. Снова грянули фанфары, и в зал влетел череп.
— Что за фокусы? — скривился нос-крючком.
— Никаких фокусов, — ответил король. — Здравствуй… Вильфранд.
С удивлением Орди услышал, как голос черепушки дрогнул.
— Здравствуй, — негромко ответил Регент. — Вот уж не ожидал тебя снова увидеть.
Вариус откашлялся:
— Итак, свидетель обвинения Его Величество Тиссур, король Бруне́гена, князь… э-э-э, — верховный судья покосился на Вортсворта, который стоял в дверях, — и старик громко и торжественно повторил полный титул. — Да, благодарю вас. Что вы можете сказать по сути дела?