Юрий Сидоров – Своя не своя жизнь (страница 11)

Вот я и в парке. Красиво кругом, чувствуется приближение пика осени с очаровывающими мою душу всякий раз танцами желтых и красных листьев под музыку подхватывающего и уносящего их ветра. Эх, как было бы хорошо сейчас вообще ни о чем серьезном не думать. Просто бродить, смотреть на низкое серое небо, на пруд, на гуляющих вокруг митинских жителей. А теперь, после вчерашнего? Столько перемен в жизни, а завтра вообще непонятные перспективы. Надо будет идти на работу, кого я там встречу? Вдруг у меня начальник незнакомый? Или другому Андрею поручили заниматься проблемой, о которой я ни сном ни духом? За всю жизнь привык добросовестно к служебным обязанностям относиться, а тут может полное фиаско случиться. А что я сейчас могу решить? Только томиться в безвестности до утра понедельника. Нет, стоп, кое-что могу. У меня телефон начальника и некоторых коллег в контактах есть в мобильном. И вообще, почему я до сих пор детально не изучил список своих контактов?

Так, достаю телефон. Уф, телефон начальника есть, фамилия в контактах совпадает. Имя у меня для краткости не записано, но, надеюсь, что все в порядке, тоже совпадет. И еще обнаруживаются четыре номера мобильных телефонов коллег, тут уже с именами. Пока все совпадает. Становится легче дышать. Надо, когда домой приду, еще попробовать с ноутбука на корпоративную почту войти. У нас IT-шники реализовали удаленный доступ, но, честно говоря, работает он фигово: то зависает, то выкидывает назад при входе. Ладно, приду домой, попробую. Если не получится, не беда, пока ведь все совпадает. А на работу я стараюсь заранее приходить, хотя бы на полчасика, чтобы успеть посмотреть, что на почту пришло. Завтра стоит еще пораньше прийти, перелистать все сообщения хотя бы за пару последних недель, вдруг действительно окажутся задания, не совпадающие с теми, которые я в своей прежней жизни делал.

Так, с работой вроде разобрался пока. Вот с Евой что делать? Меня и тянет к ней, и боюсь я страшно. Надо же ее будет поцеловать в первый раз, чего никогда не было, только в мечтах виделось. Нормальный путь какой у людей? Сначала романтические свидания, потом все остальное. У меня же шиворот-навыворот: не целовал ни разу, а она – моя жена и мать нашего взрослого сына. Может, стоит сейчас позвонить и спросить о самочувствии? Не знаю, хочется так сделать, но мне неведомо, как поступал в таких случаях другой Андрей. К черту другого Андрея! Не могу я постоянно на него оглядываться, надо рисковать. В конце концов любому человеку свойственно меняться. Так и объясню, если Ева удивится моему звонку.

– Привет! Как ты себя чувствуешь? – начинаю телефонный разговор с самых банальных фраз.

– Ничего, лучше стало. Как там Лосиный остров в сентябре поживает? – спокойно отвечает Ева.

По ее тону и отсутствию удивления понимаю, что не ошибся. Видимо, другой Андрей тоже позвонил бы.

– Да я сейчас не в Лосином, а по Митино брожу.

– По Митино? На кладбище был?

– Да, вот по пути решил, что стоит съездить.

– И правильно! Мы же с лета не были. И сейчас ты еще на кладбище?

– Нет, сейчас в самом Митино. В парке, что от «Волоколамской» начинается.

– Да, завидую я тебе. С удовольствием прошлась бы тоже.

– Ничего, приеду – расскажу. Ты, главное, выздоравливай.

– Выздоровею! Я почти выздоровела. Завтра на работу пойду. Обидно только, что выходные дома провести пришлось.

– Евочка, а не устроить ли нам романтический вечер? – я начинаю ощущать в себе некоторую смелость.

– Чего вдруг?

– Завтра же годовщина нашей свадьбы.

– Так это завтра, и дата не круглая. Что-то раньше ты такого не предлагал.

– Ну, то раньше. Надо же начинать, годы идут, ностальгия…

– По чему ностальгия? По тому, как ты мне три раза предложение делал?

Вот так новость! Реплика Евы просто выбивает меня из колеи. Оказывается, что я целых три раза делал ей предложение. А первых два раза Ева, выходит, отказала? Да, обнаруживаются серьезные события, опыта моей прежней жизни точно не хватит. Надо придумать, как без лишних подозрений узнать историю нашей женитьбы.

– И по этому факту тоже! – стараюсь перевести разговор в полушутку.

– Ладно, я не против в принципе. Но только не сегодня. Температура небольшая пока осталась, поэтому сегодня пить вино не стоит. Давай завтра вечером. В конце концов годовщина свадьбы завтра, а не сегодня.

– Хорошо. Не скучай. Я еще погуляю.

– Гуляй, конечно, я же знаю, какое удовольствие ты от этого получаешь. Пока, – в телефоне слышатся короткие гудки.

Если не считать новости о троекратном предложении руки и сердца, то все остальное прошло штатно. Не обязательно, чтобы первый блин выходил комом. А почему первый? Уже сутки, как у меня жена есть, пора и привыкать начинать.

Вот еще что с Колей делать? Умом понимаю, что это мой сын, но чувств никаких не испытываю. Может, времени прошло слишком мало? Сутки лишь, а событий на целую жизнь хватит. Да, правильное сравнение мне в голову пришло. Именно на целую жизнь. Проблема в том, что она, ну, как минимум немалая часть, мимо меня прошла. Дурацкое положение – я не знаю собственной жизни. Да, я же о Коле думал. Почему особых эмоций нет? Ведь относительно Евы чувств и ощущений хоть отбавляй. Но Ева – это Ева, тут и говорить не о чем. Странно, но когда я о ней мечтал десятилетиями, то ни о каком сыне просто не думал. Наверное, не верил, что мечты эти могут оказаться не пустыми. Конечно, не верил. Чего уж себя обманывать – так и было. Хотя иногда в мыслях проскакивало и желание насчет дочки. Чтобы она обязательно была похожей на Еву!

Ладно, нет дочки – и нет. К сыну привыкну постепенно. В конце концов, он уже взрослый. Поладим, думаю. Интересно вообще-то получается, если со стороны взглянуть. Живет такой вот Коля на свете и не ощущает, что у него вчера вместо одного отца возник другой. Физически тот же самый, гены прежние, но судьба иная. Да что Коля, если сама Ева подмены не заметила. Вот что удивительно. Боюсь даже подумать, какая трагедия для нее будет, когда рано или поздно все откроется. Я на месте Евы вообще с ума сошел бы.

Может, мне стоит не дожидаться, а самому ей открыться? Не сейчас, конечно. Надо удобный момент найти, подготовить ее морально. В конце концов, я же не виноват, что на месте другого Андрея оказался. Надо, пожалуй, откладывать объяснение как можно дольше, продержаться. Пусть Ева с Колей ко мне привыкнут. Про Колю вообще разговор особый. Не стоит ему правду открывать, это же такой удар по психике, что всю жизнь человеку сломать можно. Откроюсь только Еве. Тут деваться некуда. Лишь бы она приняла меня, нового. А дальше с ее помощью как-нибудь выкрутимся. Представляю свое обращение с просьбой: «Ева, расскажи мне, пожалуйста, мою жизнь, которую я не прожил». Звучит бредово, причем абсолютно! А что делать? По сути, так оно и есть.

Уф, тяжело мне в жизни будет. Особенно в первое время. Дальше привыкну. В конце концов, разведчики-нелегалы выучивают придуманную им биографию с самого детства и ничего – справляются. А у меня с другим Андреем до определенного момента, похоже, все совпадало. Ведь Ева помнит и прогулку по Лефортово, и кинотеатр «Родина». Значит, что-то потом произошло. Видимо, знаковое событие. Надо подумать внимательно. А чем я сейчас занимаюсь? Разве не обдумыванием? Нарезаю круги по парку в Митино и думаю, думаю, думаю. Только с результатами пока не очень. Стоп, ведь Коля, похоже, прямое отношение к физике имеет. Тут его познания нужны. Но спрашивать осторожно придется, крайне осторожно. Может, вечером и попробовать? Он же сейчас на Клязьминском водохранилище с девушкой и приятелями, а я и забыл. И у Евы не поинтересовался, когда звонил. Разве хорошие отцы так поступают? А черт его знает, как отцы поступают, темный лес для меня. Но я бы при прочих равных поинтересовался. Будем считать, что другой Андрей так и делает. Ведь он – это я, а я – это он в конечном счете.

– Ева, забыл спросить, а Коля вернулся? – выпаливаю вопрос, как только Ева берет трубку.

– Нет еще, но я с ним разговаривала. Все в порядке. Кстати, мог бы и сам сына набрать, поинтересоваться.

– Мне кажется, что тебе удобнее. Ему проще с матерью поделиться.

– Вот ты всегда такой! – в голосе Евы растет раздражение. – Чуть что – сразу ко мне: «Поговори с Колей, ты же мать». А ты отец, и это не только мой сын, но и твой. Он же не дочка, чтобы с мамой больше делиться. Ладно, бесполезный разговор, тебя уже не переделаешь. Ты все в Митино?

– Да, но скоро буду возвращаться.

– Тебе виднее, – заключает Ева и заканчивает разговор.

Да, мой вопрос явно вызвал у нее раздражение. Но, судя по реакции Евы, другой Андрей поступил бы ровно так же. Оставим в стороне, плохо это или хорошо. Главное, что так же. Надо в общении с Колей и сегодня вечером, и дальше больше на Еву ориентироваться. Слушать, что она говорит, как говорит, за выражением глаз следить.

Начинаю дрожать при мысли о неизбежности возвращения домой. Но делать это придется. Не бомжевать же мне! Ничего, все будет хорошо. Только повнимательнее надо быть.

Добираюсь до дома уже в преддверии сумерек. Машинально бросаю взгляд на торец здания. Там красуются цифры «1956». Непривычно, но зато в таком случае дома меня ждет Ева, а не пустая квартира. А руки все равно дрожат. То ли боюсь не увидеть Еву (мало ли что может быть, ничему не удивлюсь), то ли, наоборот, боюсь встретиться с ней, с такой непривычной.