Юрий Шушкевич – Вексель Судьбы. Книга 1 (страница 9)

Несколько километров они прошли, прижимаясь к опушке и едва ли не бегом пересекая открытое луговое пространство. Добравшись до шоссе, некоторое время провели за высокими кустами под насыпью, наблюдая, как по асфальтовому полотну на непостижимо огромной скорости проносятся разноцветные автомобили и громадные, превышающие своими размерами железнодорожный вагон, грузовые автофургоны. Когда пересекали дорогу, то пришлось остановится, пропуская материализовавшийся из ниоткуда длинный чёрный автомобиль, летящий по асфальту едва ли не со скоростью истребителя. «Вот тебе и Волоколамский тракт!» — восхищённо подумал Алексей.

Железную дорогу, проходящую через километр севернее автомагистрали, разведчики форсировали без проблем — там не было ни поездов, ни охраны. За путями практически сразу же начались постройки и показались первые люди, куда-то спешившие по своим делам и совершенно не намеренные обращать внимание на двух странных гостей. А те прекрасно помнили штабную топокарту: до войны на этом были лишь лес, стало быть, населённый пункт определённо появился после её окончания.

Вскоре Петрович с удовлетворением отметил, что таблички с названиями улиц выполнены на русском языке. Стало быть, немцев нет, так что одна неясность снимается. Однако какой на улице год? Как называется это поселение? Что происходит вокруг них — на все эти вопросы ответы ещё только предстояло получить.

Очень скоро улица, на которую ступили наши герои, разлилась в широкую площадь, с одной из сторон которой поверх затейливых кованных ворот красовалось мирное и во всех отношениях приятное для уставших и изголодавшихся путешественников название — «Городской рынок».

Невероятный случай, произошедший с двумя разведчиками-чекистами, относился, судя по всему, к числу исключительно редких, но оттого с каждым разом всё сильнее будоражащих человеческое сознание случаев, известных как хронопортация.

Было время, когда подобные явления именовались чертовщиной, а персоналии, тем или иным образом связанные с ними, безжалостно истреблялись инквизицией или фанатичными толпами обывателей. Но в начале XX века физика вплотную подошла к феномену дискретности времени, из которого вытекало, что элементарные частицы могут перемещаться между настоящим, прошлым и будущим совершенно свободно. В 1948 году Куртом Гёделем было найдено решение для гравитационных уравнений Эйнштейна, в котором доказывалась возможность посещения прошлого в процессе движения абстрактного объекта по вращающемуся пространству Вселенной. Правда, как добиться подобного движения на практике, никто не знал.

Позднее пришло понимание, что в отличие от путешествия в прошлое значительно более реальным представляется перемещение в будущее. В соответствии с общей теорией относительности, чтобы замедлить течение времени для конкретного объекта, достаточно оказать на него дополнительное гравитационное воздействие. Человечество по-прежнему не ведает причин и внутренних законов гравитации, однако у нас нет оснований не допускать, чтобы силы природы не могли, в силу тех или иных причин и обстоятельств, локально увеличивать напряженность гравитационного поля. Или, напротив, усиливать степень воздействия существующей гравитации на объект в результате временного уменьшения или даже устранения его массы — категории, как известно, тоже не абсолютной, а сообщаемой всему сущему таинственным взаимодействием Хигса.

Так что локальное замедление времени, как ни крути, — отнюдь не фантастика.

Досужий исследователь, изучив подшивки старых газет, пожелтевшие полицейские отчёты и книги мистиков, обязательно обнаружил бы десятки невероятных и ничем не объяснимых случаев перемещения людей из прошлого в будущее. Похоже, что большая часть подобных путешественников рассматривала своё появление в неведомом им времени как мытарства души после смерти или даже адские муки. Попадая в неведомое и немыслимое будущее из обществ архаичных, в которых девять человек из десяти относились к классам низшим и не имели образования, большая часть этих несчастных оказывалась на социальном дне, где их не могли выслушать врачи, историки или физики и где поэтому они достаточно быстро погибали. Для тех же, кто вполне осознавал произошедшее с собой и мог что-либо рассказать, наиболее распространённым завершением жизненного пути становились палаты в домах умалишённых.

Но не в пример разумный XX век был отмечен случаями растворения во времени и пространстве многих сотен людей образованных и трезвомыслящих, включая экипажи самолетов и команды кораблей, — случаями, от которых уже нельзя так просто отвертеться. В годы Первой мировой войны в Галиполи бесследно исчез целый британский батальон, отправившийся на выполнение задания и навсегда скрывшийся за внезапно сошедшим с окрестных холмов облаком густого тумана. По окончании военных действий британское командование учинило розыски, однако ни следов сражения, ни донесений о нём со стороны противника, ни записей о взятии пленных не нашлось. Подобные истории нередко происходили и на фронтах Великой Отечественной войны, пополняя, в большинстве случаев, бесконечные списки пропавших без вести. Хотя и не всегда.

В архивных делах Управления НКВД по Приморскому краю хранится дело рядового Терехова, задержанного в 1948 году на просёлочной дороге вместе с тремя военнослужащими, одетыми в немецкую форму. Со слов красноармейца и из показаний очевидцев, которых по ещё неостывшим следам дальневосточным следователям удалось разыскать и опросить, выяснилось, что в июле 1941 года он был взят в плен под Оршей и за какую-то дерзость определён к расстрелу — однако вместе со своими несостоявшимися палачами, уже изготовившимися стрелять, спустя семь лет вдруг оказался на мирной дальневосточной земле. Известно, что после лагеря для военнопленных эти трое немцев вернулись в Германию, а Терехов прожил долгую жизнь и скончался в 1997 году.

Если опираясь на современные теории времени и пространства мы хотя бы можем догадаться о физических основах хронопортации, то о причинах, побуждающих неведомые нам силы совершать подобные перемещения во времени, мы не знаем практически ничего. Едва ли не все такие явления предстают перед наблюдателями играми случая и результатами стихийного стечения обстоятельств. Хотя странным образом их частота возрастает в периоды потрясений, революций и войн. Происходит так, словно если бы гипотетические петли времени были призваны скрывать или, наоборот, освещать перед потомками многочисленные лакуны истории и политики.

История Ржевской битвы, вряд ли имеющей аналоги по упорству, ожесточенности и длительности боевых действий, как раз содержит в себе немалое число подобных лакун. В силу какой высшей стратегической необходимости советское командование трижды бросало на Ржев миллионные армейские группировки? Почему бои велись не за привычные и понятные пространства и плацдармы, а за окраины крошечных деревень, лесные опушки, берега мелководных рек и ручьёв? Подобная ожесточенность могла бы быть объяснена при боях на улицах Москвы или Ленинграда, однако только не на рубежах отдаленного провинциального городка. Почему гитлеровское командование, также неся под Ржевом весьма немалые и болезненные потери, до последнего сохраняло там мощную группировку вермахта, усиленную дивизиями СС, обеспечивая им безукоризненное, расписанное по буквально часам, снабжение всем необходимым? Почему даже в критический для Германии момент наступления на Сталинград, где призом должен был стать захват большей части советских нефтепромыслов, Кавказа и следом — уничтожение британской нефтедобычи в Персидском заливе, что неизбежно привело бы к поражению нашего единственного союзника, на тот момент реально воевавшего с Германией, — так вот, почему в декабре 1942 года под Сталинград не была переброшена хотя бы часть мощнейшей ржевской группировки? И почему, наконец, свою единственную поездку на фронт Сталин решил совершить именно в район Ржева?

Как бы там ни было, но напитанная кровью ржевская земля по-прежнему переполнена отзвуками, образами и тенями минувших сражений. В июле 2007 года, возвращаясь из Псковской области в Москву, я остановил машину на обочине трассы «Балтия» в районе Ерзовского леса — чтобы, пройдясь взад-впёред несколько раз, разогнать сонливость, начинавшую меня одолевать за рулём. Час был поздний, за полночь, дорога — совершенно пустынной в обоих направлениях, а мотор своей машины я по какой-то причине решил заглушить. И как только ночная тишина воцарилась в полной мере, я сразу же услышал негромкую беседу нескольких человек. Как будто совсем рядом сидели у несуществующего костра несколько бойцов и тихо разговаривали о непонятной дороге и почему-то ещё — о каше и другой еде, произносили чьи-то звания и имена, чуть слышно вздыхали и посмеивались. Шум от моих шагов и моё громкое покашливание не были им слышны или были совершенно неинтересны, поскольку разговор не прерывался, а его мурлыкающие, перетекающие из голоса в голос интонации разливались по всей ближней округе, словно у них не было акустического центра и разговаривал сам воздух.

Отъехав с этого места, я поделился странным впечатлением с одиннадцатилетним сыном, который находился со мной, но во время остановки не покидал машины. Каково же было мое изумление, когда он спокойно подтвердил, что также слышал голоса через приоткрытое окно!