Юрий Шубин – Враг государства (страница 68)
– Из УФСБ по Северному Кавказу сообщили, что шахидка, паспорт которой нашли на месте взрыва, проживала в одном из сел Шатойского района Чечни. Некоторое время назад к ней в гости приехала ее сестра, которая отсутствовала около года. Скорее всего, она жила в лагере боевиков. После этого сестры взяли билеты на автобус до Назрани, – докладывал подполковник. – Одета была так же, как в момент взрыва. Мотив у нее железный – гибель семьи и брата. Поднакачали ихние специалисты и – вперед!
– Понятно, – помрачнел Каледин. – В Назрани сели на поезд и приехали сюда. Потом взрыв. Полковник сделал пометки на календаре.
– Значит, вторая шахидка гуляет по Москве и в любой момент может привести бомбу в действие, – заключил Каледин. – Надо срочно запросить фото этой сестры и дать ориентировку в ГУВД. Что делать – они сами знают. Что еще?
– Мужчина, застреленный около места теракта, оказался сотрудником ресторана «Канарейка»! Почерк тот же – выстрел в голову.
– Да ты что! Вот это совпадение! – обрадовался полковник. – Не дает покоя этот ресторан. Надо попросить милицию, чтоб копнула уголовные группировки…
Странная цепочка взаимосвязей заворачивалась в спираль.
– И еще по делу об убийстве пенсионеров… – продолжал подполковник. – Я просматривал личные дела погибших Шелепина и Морошина. И обнаружил одну странность. У того и у другого из дела исчез конверт с материалами оперативных проверок. Кадровики говорят, что там же должны лежать и специальные допуски на особо режимные объекты. Кадровики не знают, куда они могли пропасть.
– Ты хочешь сказать, что их сотрудники украли секретные документы? – озвучил естественно вытекающий вывод Каледин.
– Так думали. Провели служебное расследование в кадровом аппарате, – вводил в курс дела Катышев. – Но личные дела лежали в архиве, из которого просто так, без письменного разрешения, ничего не возьмешь. По карточкам дела не были истребованы с момента увольнения сотрудников, то есть уже много лет. Вряд ли пропажа связана с их смертью или наоборот.
– И что? – спросил полковник. В докладе Катышева он не мог нащупать нужной нити. – Если у них пропало – пусть с этим разбирается их «безопасность»!
Каледин непонимающе смотрел на подчиненного, посчитав его информацию ненужной. Однако разное бывает, и на всякий случай он высказал пожелание:
– Не знаю, насколько это оправданно, но попробуйте разобраться с пропажей конвертов. Вдруг это поможет пролить свет на мотивы убийства.
За дверью послышались приближавшиеся шаги. Появился майор Игнатов.
– Я только что из института, от экспертов, – с победными интонациями сообщил он. – Смывы взрывчатки из квартиры Вакулы из партии, поставленной заводом на склад Балтийского флота. Армейская мина оттуда же! На этом складе работал и арестованный мичман. Я уже созванивался с ребятами из УФСБ, и они подтвердили, что по документам взрывчатка и мины списаны на недавние учения. А если бы случился пожар – там бы все концы в воду и ничего бы никто не нашел. Хитрый мичман! Получается, что оружие, взрывчатка и три ПЗРК украдены со склада в одно время. Возможно, для одного заказчика. То, что Вакулу хотели убрать миной мичмана, подтверждает, что вся партия уже в Москве!
– Кисло, – произнес полковник, машинально постукивая пальцами по столу. – Совсем кисло.
– Отрабатывается цепочка от мичмана, – продолжал Игнатов. – Нашли перевозчика – но он не в Москву товар доставлял, а на промежуточный склад. Там тоже кое-чего надыбали!… Продешевил мичман – каждую ракету всего за десять тысяч долларов продал, а в Москве цена раз в пять больше! Оптовик хренов!
– Молодцы мужики! Теперь все понятно становится! – подводил черту Каледин. – С Вакулой пора заканчивать!
Разрозненные звенья выстроились в линию. В конце ее должна стоять точка. Этой точкой по логике вещей должен стать арест оружейного магната.
– Пойду, доложу Волкову, – поднялся подполковник. – Готовьте оперативную группу.
– …Давно надо было его брать! – проворчал генерал, вроде как прикрываясь задним числом. Говорил же, мол, тебе! – А теперь заказчики его хотят убрать!
– Непонятно, почему они только сейчас захотели это сделать, а не сразу после получения партии? – высказался Каледин. Если это террористы, почему они сразу же не обрубили этот конец?
– Поскорее берите его, – посоветовал Волков, – А ребусы вместе с ним и порешаете.
Шлепик долго думал, маялся, ждал звонка от Жмыха, но, не дождавшись, решил, что настало время для отдыха. Бригада наружного наблюдения доложила, что объект купил двухнедельный тур в Грецию. Потом съездил в транспортное агентство и оформил авиабилеты на утро. Позже Вакула зашел перекусить в ресторан и теперь едет в направлении дома.
– Он точно один? – уточнил по рации Игнатов. С группой захвата он больше часа ожидал Вакулу возле его дома.
– Точно, точно один! – подтвердили наблюдатели. – Минут через десять-пятнадцать будет у вас. Принимайте!
Чтобы не допустить сопротивления или стрельбы на улице, брать Вакулу решили в подъезде. На время захвата участковый с нарядом милиции застопорит лифт на верхних этажах и заблокирует лестницы, чтобы кто-то из жильцов не попал под раздачу.
Каледин еще раз прошелся по плану операции, проинструктировал и расставил спецназ. Все погрузились в молчаливую болотину ожидания…
Рация заработала на канале бригад наружного наблюдения.
– Внимание! – предупредили оперативники. – Объект на подъезде! Сворачивает на вашу улицу!
– Поняли!– отчеканил Игнатов. – Ждем с нетерпением! Через несколько минут напряженного ожидания рация выстрелила заключительные сводки.
– Объект у дома! Идет на вас! Встречайте!
Тут же заговорил канал группы захвата.
– Готовность номер один! – спокойно произнес Каледин. – Объект закрывает машину…
Майор Игнатов с двумя спецназовцами встал за дверью и вытащил пистолет. Капитан Кузин укрылся на лифтовой площадке. Поймав взгляд майора, он сделал жест рукой – ОК.
– Идет, идет со стоянки! Внимание! В руках барсетка!… – комментировал полковник. – Под ветровкой может быть оружие!
Игнатов сжался, как пружина, готовая мгновенно развернуться и освободить спрессованную в ней энергию. Майор слышал приближающиеся шаги и точно знал, как будет действовать. В конце концов, на Вакуле пора поставить точку.
– Пять метров!… – негромко шуршало в ушной гарнитуре. Обратный отсчет означал, что через несколько мгновений дверь распахнется и шальным вихрем взорвется ЗАХВАТ.
Расслабленно, спокойно, походкой человека, не подозревающего ни о чем, Шлепик шел через двор. В трех метрах впереди массивная дверная ручка, которую надо потянуть…
Еще шаг…
Вакула почти остановился. Бросая тело вперед, он почти вытянул руку к двери. От него до ручки полметра… Еще немного…
Внезапно раздался негромкий шлепок. Каледин его не слышал. Только видел, как объект выронил барсетку. Голова упала набок безвольно и неестественно. Странно подогнул колени, будто из надувной игрушки выпустили воздух… На шее вспыхнуло алое пятно. Словно поскользнувшись на арбузной корке, Шлепик рухнул у двери парадного. Это было последней точкой. Точкой на его линии жизни.
– Приказы надо выполнять! – произнес довольный собой Обухов, глядя, как из подъезда выскочили люди и бросились к мертвому телу. Он знал, кто эти люди, и знал, что они охотятся за ним. Но он не думал, что так быстро они явятся за Шлепиком. Обух успел вовремя, а его коронный выстрел в шею как всегда достиг цели, перебив позвоночник.
Волна удовлетворения мягко коснулась снайпера.
Обухов бросил винтовку на чердаке и, не мешкая, побежал. Тяжелые шаги поднимали пыль и песок. Испуганные голуби по-куриному бестолково хлопали крыльями, вылетая через узкие отдушины. Добежав до последнего подъезда, снайпер кинулся к лестнице.
Все остальное он проделал почти автоматически, по привычному сценарию.
Контрразведчики выскочили на улицу, но все закончилось – их единственный подозреваемый был мертв.
– Пуля в шею, товарищ полковник, – доложил Кузин. – Надо умудриться, чтоб так точно попасть.
На Каледина напал спазм удушья. Не от того даже, что фигуранта убили. Память открутила с десяток лет назад и напомнила, как в октябре девяносто третьего в стране дымилась гражданская война. У Белого дома таким же выстрелом в шею убили альфовца Генку Сергеева.
Молодой капитан Каледин оказался неподалеку. Поняв, что произошло, офицер почувствовал уходящую из-под ног землю. Без всяких преувеличений предательская пуля могла взорвать Россию.
Чекисты заметили позицию снайпера и бросились к нему. Двоих, прикрывавших его огнем с соседней крыши, уничтожили на месте, но пока поднимались наверх, прочесывая подъезд за подъездом, преступнику удалось скрыться.
Теперь Каледин не сомневался, что тогда и сейчас стрелял один и тот же человек, напомнивший о себе спустя десяток лет.
Не знал полковник, что фамилия преступника – ОБУХОВ!
Два бритоголовых крепыша коротали время игрой в нарды. Вторые сутки они маялись от скуки и не могли дождаться, когда Жмых пришлет кого-нибудь им на смену. Малыш сгонял за пивом, и настроение немного улучшилось. Но только на время. И очень короткое.
– Да не придут они! – категорично заявил нервозный Фока, хлопнув шашкой по доске. – Что они, дураки? Малыш не соглашался.
– А в чем проблема-то? – не понимал он. – Им же лох нужен, значит, могут и наехать! Да мне похрен! Припрем хачиков к стенке, а рыпаться будут – я с ними цацкаться не буду! Закачу в лобешник девятью миллиметрами, и все тут!