Юрий Шкапов – За полями, за лесами, или конец Конька-Горбунка. Сказка (страница 63)
Ни души. И дождь со снегом.
Комментатор бровь в излом:
постовой, ну тот, с жезлом,
дал вдруг «стоп!» своим коллегам,
и пошли стучать «козлом»!..
Вот уж зал – «высоколобы».
Все умы высокой пробы,
им мирское – мишурой.
Будь то взрыв, нарыв на коже,
бархат, ситец иль рогожа –
Истина всего дороже!..
Репортёров вьётся рой.
Нет-нет, слышится порой:
что же людям помогло бы?
Но молчат высоколобы,
строго чтя уставы уний –
смертным важен вид их, мумий…
Комментатор сыплет фразы,
телекамеры – на дверь:
из неё всё раз за разом
(будто – вот оттуда зверь,
или хлынет вал проказы!) –
входит служка Всёпроверь…
Нет известий с космотрасс,
перебои, видно, в чём-то.
Вот, идёт!..
На этот раз
шмыгнул в зал, как мышь,
мальчонка!
Тишина. Учёный сап…
Репортёр тут кошкой – цап!
(Уж на то и репортёры,
случай-миг бока натёр им!)
«Ты куда?» –
«…Сюда я, к мамке». –
«На конфетку… Без обманки?
У-у, футбол! – ботинок рваный…»
(Подтолкнул мальца к экрану.)
«…Верю. Но скажи нам, малец:
кто летит? Не жуй же палец…"
Весь мальчонка крупным планом:
«Горбунок-Конёк с Иваном!»
Что такое? – Вот остряк-то!..
Как искра, души разрядка:
всхлип несмелый, смех… Заржали!
Во всю глотку, во весь рот.
Стёкла жалобно дрожали
(у экранов стыл народ).
Ха-ха-ха!.. Хо-хо-хо-хо-хо!
Хе-хе-хе… Хи-хи-хи-хи…
Многим сразу стало плохо,
кто-то стал читать стихи…
Служка вдруг вернул всех к делу:
«…Свет, идущий с
в свете давнишних кондиций –
в точь состав пера жар-птицы!»
Как – перо? При чём – перо?
Это ж свет иных миров!
Мудрецы-высоколобы
крутят-вертят дельта-глобус:
альфа – нулик, бета – нулик…
Репортёры – те смекнули:
раз перо, то значит – быть!..
И во всю пройдошью прыть
(с перепрыгом после «гопа»)