Юрий Шкапов – За полями, за лесами, или конец Конька-Горбунка. Сказка (страница 40)

«…Первый друг матроса – кок,

от него всей службы ток.

Вот вам камбуз; это вот,

так сказать, наоборот.

Вот вам всем отец и мать –

боцман, надо понимать…»

(Ух, пронзил кавказским взглядом!

Видно, боцман здесь что надо!)

«…Это все – друзья-матросы.

Нет вопросов. Есть запросы?»

«Боцман» гаркнул: «Дать ушат!»

Окатил. «Зачислить в штат!»

Пожилой тут мичман вышел.

(Весельчак застыл, не дышит,

лишь в глазах искрятся бесы:

салажня – тире – балбесы!)

Оглядел всех строгим взглядом.

Представлять его не надо –

боцман сам.

«Ну что ж, добро! –

к козырьку ладонь-ребро. –

Наш корабль теперь – ваш дом.

Но… не тихая обитель.

Служба, как и всё, трудом…»

(Философствовать любитель,

на сознательность берёт!)

«Чтоб страна всё шла вперёд…»

Вдруг прервал, одёрнул китель:

Появился командир.

«…Смир-рно!»

«Здравствуйте, матросы!»

Речь сказал, как штрих-пунктир

(о стране, борьбе за мир…)

Ох, язык кривляк-задир –

точно, кончил: «Есть вопросы?»

Дудки боцманской рулады.

Выход в море!

Дробь докладов:

«Пост… БЧ… в поход готовы!»

Командир: «Отдать швартовы!»

Гордо взмыл на гафель флаг.

Первый выход для салаг –

что девчонке выйти замуж

(правда, только в первый раз):

где что сделать – мигом там уж,

хоть в уменье не горазд.

Люк задраить, чтоб втугую

все «барашки» на винтах.

Шлюпки, балки, снасть какую

раскрепить надёжно так,

чтоб при качке, на ветру ли

не могло за борт слететь.

Лишь на камбузе кастрюли

могут ездить по плите.

Вот корабль неспешно, споро

за кормой оставил створы.

Вот выходит он из бухты –

вмиг волна накрыла – ух ты!

И – ныряет в непогоду,

и вскипает буруном…

(Так в деревне агроном

в дождь идёт проверить всходы:

как чехол, брезент накидки,

ветер рвёт, рука на вскидке,

и тугой расхлёст полы…)