Юрий Шершнев – Сказка о богатыре Колояре Твердиславиче (страница 7)

Сын подошёл и óбнял маму:

– Ты на меня, мам, не серчай.

Кому ж ещё, коль я не стану,

Родную землю защищать.

– Я всё, мой рóдный, понимаю.

Я, так: ворчу себе под нос.

Сколь я живу, столь ожидаю,

Чтоб ворон вѐсти не принёс.

С её щеки слеза упала,

В ладони сына растеклась.

– Не бойся за меня, родная.

– А за кого ж бояться-то?

Хочу, чтоб рядом был, с Забавой.

Да внуков нянчила бы я.

Я тем живу, о том мечтаю.

Один, сынок, ты у меня.

Я помню, Твердислав обнимет

И скажет: «Зоренька моя,

В бою ты придаёшь мне силы.

Ты – свет очей и жизнь моя!»

Ждала: и денно я, и нощно.

А он: в походах, да в боях.

Казалось – жить так не возможно.

Тебя носила на руках.

И помню летнюю дорогу:

Князь скачет вѐрхом – пыль столбом.

За ним ещё народу мно-о-о-го.

С коня сошёл, и – прямо в дом

Меня он о́бнял: «Милорада,

Твой муж пал в сече. Спас меня.

Пронзённый стрел хазарских градом,

Был богом принят в небеса.

Он был мне друг, и верный воин,

И сердце доброе имел.

Твой Твердислав дружины стоил.

Не заменить его никем.

Семья его – моя отныне:

Ваш сын и ты – моя семья.

Я забираю ныне сына,

Пусть Колояр придёт сюда».

Ты к князю вышел.

– Это помню:

Он пóднял нá руки меня.

Казался мне таким огромным -

Подня́л меня до потолка.

– Сегодня ты: такой же воин,

Как твой, сынок, отец тогда.

Великой чести удостоен -

За князем следовать всегда.

– Ты спрашивала: что случилось?

Отравлен князь. Остался б жив.

Убийцы подлою стрелою

Подкараулен в утро был.

– Да, как же?! Господи, заступник, -

Перекрестилась, – Боже ж мой!

Чего сидишь? Меча не сыщешь? -

Толкнула сына в бок рукой.

Собрали Колояра быстро.

Припас – в подсумках у седла.

Копьё нашлось – торчало в ты́не.

Отцовский нож мать принесла.

– Сынок, возьми.

– Отцовский, точно!

Он им свистульки вырезал:

Обычный, с рукояткой скромной, -