Юрий Розин – Демон Жадности. Книга 3 (страница 45)

— Полгода? — переспросил я, прекрасно понимая смысл этого срока.

— Да. И из-за ее пассивности главный огонь сейчас между Риленом и Тивалем. Они уже начали кампанию клеветы друг против друга, готовят почву для чего-то большего. Но я знаю Дейлу. Она не трусиха и не простак. У нее есть причина так себя вести. Причина, которую она не стала раскрывать. Но… — Сабина замолчала, глядя на меня с внезапной жалостью, — она отдала один очень конкретный приказ своим людям. Искать тебя. Она сказала, что если ты найдешься, то титул кронпринцессы у нее в кармане.

— Я понимаю, — сказал я. — Спасибо, Сабина. Это… очень ценная информация.

— Моя вина перед тобой никуда не делась, — ее голос дрогнул. — Но мой долг перед сестрой и перед родом моего мужа… он перевешивает. Прости меня еще раз, Макс.

Прежде чем я успел что-то ответить, она резко подняла руку. На ее пальце блеснуло одно из колец. Из него вырвался тонкий, черный, как смоль, сгусток маны, который взмыл в ночное небо и растворился в темноте.

— Это сигнал тревоги для дворцовой стражи, — пояснила она, и в ее глазах читалась неподдельная печаль. — Они будут здесь через несколько минут. Лучше сдайся, с тобой будут обращаться максимально вежливо.

Я нахмурился, активировал «Юдифь», осмотрился. Воздух вдалеке уже трепетал от приближающихся аур. Две сильные, на стадии Завязки Хроники и с десяток более слабых — Развязки Сказания.

Дейла явно перестраховалась, но все же недооценила меня. Она помнила меня как Артефактора на Эпилоге Сказания, застывшего в развитии из-за проклятия «попаданца». Она не могла знать, что Маска Золотого Демона разорвала эти оковы.

Мои артефактные татуировки, закрывавшие большинство необходимых в бою аспектов, позволяли мне сражаться с противниками даже на стадиях выше своей. Победа над Гирмом была тому прекрасным доказательством.

С учетом того, что я сейчас был на Развитии Хроники, я мог бы остаться и разобраться с этой охотничьей группой за пару минут. Но раскрывать свои козыри так рано? Перед дворцовой стражей и Сабиной, которые непременно доложут Дейле? Это было бы верхом глупости.

Принятие решения заняло меньше мгновения. Я активировал татуировки «Прогулок» и взмыл в небо на скорости, недоступной ни для одного Артефактора ниже ранга Предания.

Через несколько минут я уже был на окраине города, замедлил ход и снова активировал «Ольву», меняя черты лица на еще более незаметные и обыденные.

Затем я просто растворился в ночных улицах Баовальда. Я бродил по пустынным переулкам, заходил в еще открытые таверны, делал вид, что рассматриваю витрины. Я был просто одним из многих ночных гуляк.

В половине первого я свернул на знакомую улочку и подошел к «Тихой Заводи». Ярана уже сидела в кресле в вестибюле. Увидев меня, она резко встала, ее лицо выражало смесь облегчения и раздражения.

— Ты опоздал на полчаса! — прошипела она, подходя ко мне.

— Ну пришел ведь, — парировал я, осматриваясь. Все было спокойно. — Пойдем наверх.

Мы поднялись по лестнице к нужному номеру. Я вставил ключ в замок, повернул его и толкнул дверь.

В номере горел свет. В единственном кресле, спиной к камину, в котором тлели угли, сидел человек. Он был одет в дорогой, но темный и простой камзол без опознавательных знаков.

Принц Рилен фон Амалис медленно поднял на меня свой холодный, оценивающий взгляд. Ярана застыла у меня за спиной, ее рука непроизвольно потянулась к эфесу меча.

— Кто ты и откуда тебе известно о Шелане? — напряженно спросил он вместо приветствия.

— Ты сам мне рассказал о нем и о всех ваших тайных паролях, когда однажды нажрался до свиного визга и пускал сопли, жалуясь на жестокую судьбу принца королевства, — хмыкнул я, и золотистая дымка «Ольвы» растаяла, обнажая мое истинное лицо.

Рилен вздрогнул. Его ледяное спокойствие дрогнуло, глаза на мгновение расширились от шока. Он знал, что я жив, но видеть меня здесь и сейчас, после всех этих лет, было для него неожиданностью.

В отличие от Дейлы, однако, он не стал сыпать оскорблениями. Его мозг уже работал, перебирая варианты.

— Максимилиан, — произнес он, растягивая мое имя. — Или как тебя теперь? Зачем ты здесь? Это как-то связано с… нашими текущими семейными разногласиями?

— Именно за твою способность быстро соображать, а не рвать на себе волосы, ты мне всегда и нравился, Рилен, — я улыбнулся и жестом указал на второе кресло Яране. — Давай обсудим, как нам всех спасти.

Мы сели. Я затем повернулся к Яране, которая стояла, словно вкопанная, ее взгляд метался между мной и принцем.

— Офицер Жермин, полагаю, пришло время для полноценного представления. Меня зовут Макс и я — попаданец. Меня призвали в этот мир девять… уже почти десять лет назад, чтобы заменить погибшего принца Гильома фон Амалиса. Меня пытались сломать и переделать в него, но я инсценировал свою смерть и сбежал.

Ярана от удивления и неожиданности буквально открыла рот.

— Рилен, — я повернулся к принцу. — Кем я был в прошлом — не так важно. Сейчас и для тебя я — капитан Коалиции Мак Марион.

— Очень приятно, — улыбнулся Рилен.

— Ага. А теперь к делу. Я знаю, что нужно в Амалисе Кабану. И я знаю, как не допустить к трону Дейлу. Она, при всей ее талантливости, импульсивна и вспыльчива. Под патронажем высшей империи она загонит Амалис в череду бесконечных войн за пару лет.

— Высшая империя? — голос Яраны прозвучал резко и громко. Она шагнула вперед. — Капитан, мы должны немедленно вернуться на базу! Вмешательство в дела высших империй может…

— Ярана, — я перебил ее, мой голос стал холодным, как сталь. — Ты дала слово. Слушаться моих приказов и хранить молчание. Если ты не в состоянии его сдержать, я свяжу тебя, надену блокирующие наручники и буду держать под замком до конца операции. Выбор за тобой.

Она замерла, ее челюсти сжались. В ее глазах бушевала война между долгом и данным словом. Наконец, она отступила на шаг, молча скрестив руки на груди. Ее поза кричала о протесте, но она подчинилась.

Я снова посмотрел на Рилена.

— На Балу Невинности я нейтрализовал тебя и Тиваля, чтобы сорвать вашу встречу с Кабаном. Потому что любое соглашение с ним — это ярмо для Амалиса.

Рилен вспыхнул, его щеки покраснели от гнева.

— Ты посмел…!

— Посмел, — холодно парировал я. — Считаешь, что я неправ?

— Нет, — покачал головой Рилен спустя несколько секунд. — Я тоже был против этого альянса и полетел в Зейсавию вслед за Дейлой и Тивалем лишь потому, что иначе у меня не осталось бы никаких шансов на трон. Там, на Балу, это была самоубийственная гонка. Но ты сказал, что нейтрализовал меня и Тиваля, а значит Дейла все-таки встретилась с Кабаном, а теперь внезапно перешла к обороне. Это как-то связано с тобой?

— Мы с Кабаном заключили пари, — объяснил я. — Он откладывает свою поддержку Дейле на полгода. Если за это время я не выполню его условие, он вложит в нее ресурсы, которые я обязался компенсировать. Так что я, скорее всего, умру, пытаясь собрать столь нереальную сумму. Поскольку твой брат Тиваль — марионетка королевы, а Дейла — угроза для страны, ты остаешься единственным более-менее разумным кандидатом. Поэтому я предлагаю тебе сотрудничество. Вместе мы совершим кое-что совершенно безумное. Украсть трон короля Амалиса. Именно он нужен Кабану. Не знаю зачем, но нужен.

Рилен откинулся на спинку своего кресла, пальцы сложив домиком. В его глазах, обычно холодных и расчетливых, плескалось редкое для него волнение.

— Есть более простой путь, — произнес он, и в его голосе звучала уверенность человека, привыкшего действовать грубой силой и интригами. — Мы идем к отцу. Раскрываем все. Весь этот заговор с Кабаном — графом Роделиона. Отец… он ведь обожает Амалис. Мысль о том, что какой-то имперский аристократ хочет превратить его королевство в свой личный банкомат, приведет его в ярость. Он отдаст тебе этот проклятый трон с руками и ногами, лишь бы сорвать планы Кабана. А мне… мне даст карт-бланш на расправу с Тивалем и его кликой за то, что он, как и Дейла, пытались втереться к Кабану в доверие.

Я медленно покачал головой.

— Я уже обдумывал этот вариант, — сказал я тихо. — И отверг его. Задумайся: если бы все можно было решить так прямолинейно, Кабан просто пришел бы к твоему отцу и предложил сделку. «Отдай мне трон, и я оставлю Амалис в покое». Или пригрозил бы. Или купил бы трон. Но он этого не сделал. Вместо этого он затеял эту сложную, многоходовую игру с вами, наследниками. Почему?

Рилен нахмурился, его уверенность пошатнулась.

— Потому что хотел поставить на самого слабого и управляемого? Чтобы легче было манипулировать?

— Нет, — отрезал я. — Потому что он должен сохранить истинную ценность трона в тайне. Не от тебя, не от меня. От твоего отца. Или, что более вероятно, от тех, кто стоит за твоим отцом в самой империи Роделион. Возможно, у короля есть свой покровитель при дворе, конкурирующий с кланом Кабана. И если твой отец узнает, зачем на самом деле нужен трон, он немедленно сообщит об этом своему патрону. И тогда Кабану не видать этого артефакта, как своих ушей.

Я сделал паузу, давая ему осознать масштаб игры.

— Мы не можем просто попросить трон. Мы должны его украсть. Тихо, чисто, так, чтобы никто, особенно твой отец и его патрон, не догадались о его истинной ценности.