Юрий Розин – Демон Жадности. Книга 3 (страница 15)

— Но у нас есть два преимущества. Моя сила Маски, работающая без артефактов. А еще ты. Твое… обаяние, проявленное к Киогару. К тебе, скорее всего, отнесутся мягче. Возможно, даже оставят при себе, как трофей или советницу. Используй это. Держись около него. Улыбайся. Делай вид, что тебе нравится его внимание. Потерпи его немного максимум несколько дней. За это время я и Силар разберемся с обстановкой, найдем слабые места, поймем, где что лежит.

Я положил руку ей на плечо, и она вздрогнула.

— Это не поражение. Это тактика. Они думают, что обезглавят змею, забрав ее клыки. Они не знают, что главная сила змеи — не в клыках, а в ее яде и в ее терпении. Мы просто сменили тактику. Сейчас мы не охотники. Мы — паразиты, которые внедрились в организм и теперь будут пожирать его изнутри. Понятно?

Она сглотнула, кивнула. В ее глазах все еще читался страх, но теперь он был смешан с решимостью. Она понимала. Понимала цену и необходимость этого унизительного, но жизненно важного шага.

— Понятно, — прошептала она.

— Хорошо, — я отпустил ее плечо. — Тогда идем. Нас ждет экскурсия в самое сердце зверя.

###

Полтора дня пути пролетели в напряженном, почти невыносимом ожидании. Я стоял на мостике «Дивного», вглядываясь в бескрайнюю, пустую синеву Неба. Рядом, у штурвала, молча и неподвижно, как гора, замер Силар.

И вот, поздним вечером второго дня, на горизонте появилось оно. Сначала — просто легкая дымка, едва заметное помутнение в идеально чистом воздухе. Затем оно стало расти, уплотняться, превращаясь в гигантский, непроницаемый облачный массив.

Он не был похож на обычные, клубящиеся тучи. Он висел неестественно статично, мерцая изнутри призрачным, перламутровым светом, словно скрывая за собой целый мир.

— Наводит на мысли, — тихо пробормотал я, больше для себя, чем для Силара.

Он молча кивнул, его взгляд тоже был прикован к феномену. Я знал об этом свойстве Неба. Некоторые Руины, особенно крупные, могли годами, веками скрываться у всех на виду, защищенные не магическими щитами, а странными, необъяснимыми аномалиями восприятия.

Объекты терялись в пустоте уже в десятке километров, несмотря на то, что их ничего не загораживало, а гигантские обломки древности могли быть окружены такими вот «зеркальными» облаками, видимыми лишь с одного-единственного подлетного вектора. Со всех остальных сторон это была просто пустота.

Корабли Братства, не сбавляя хода, вошли в облачную стену. Белая пелена сомкнулась за иллюминаторами, поглощая свет и звук. На несколько минут мы оказались в слепом, густом молоке, где не было ничего, кроме ровного гула двигателей и тревожной тишины. А потом мы выплыли с другой стороны.

И открывшийся вид дал более чем ясное понимание, как Дикое Братство смогло не только прятаться от Амалиса, но и активно развиваться на протяжении этих полутора лет.

Эти Руины были даже больше Перекрестка, к тому же с, насколько я мог разглядеть в подзорную трубу, обширными территориями зеленых земель, где можно было выращивать еду, становясь таким образом совершенно самодостаточной силой.

Это был не просто лагерь или база. Это был город. Город пиратов. И в отличие от Перекрестка, привечавшего десятки и сотни пиратских кораблей и капитанов, Руины Дикого Братства безраздельно принадлежали семерым его лидерам.

Наш караван направился к причалу, высеченному прямо в базальтовом склоне рухнувшей гигантской колонны. Гирм, Киогар, Родрик и Лемиан пришвартовались первыми. Их команды строем высыпали на причал, образуя нечто вроде почетного… или охранного караула.

«Дивный» и «Голубь Войны» причалили следом. Я обменялся последним взглядом с Яраной, стоящей на своем капитанском мостике. Ее лицо было бледным, но решительным. Она кивнула. Я ответил тем же.

Только мы откинули трапы, как на палубу хлынули они.

Это был стремительный, отлаженный захват. Они действовали быстро, молча, с поразительной эффективностью.

— Эй, вы что, очумели⁈ — закричал я, идеально изображая ярость и недоумение, выходя на палубу. — Это мой корабль! Убирайтесь к черту!

Передо мной тут же опустились Гирм, Киогар и Лемиан.

Гирм не сказал ни слова. Он просто поднял руку в своей массивной, бронированной перчатке.

И мир изменился.

Воздух вокруг него затрепетал и поплыл маревом. От него потянулись волны давления, мои кости затрещали под невидимой тяжестью. Ноги сами по себе подкосились, и я едва удержался, чтобы не рухнуть на колени.

Стадия Кризиса Хроники. Это была не шутка. Конечно, я еще не активировал артефакты, которые дали бы мне возможность противостоять его ауре без особого труда. Но чисто с точки зрения маны у Гирма было подавляющее преимущество.

Длилось это всего несколько секунд и давление исчезло так же внезапно, как и появилось. Я стоял, тяжело дыша, покрытый холодным потом.

— Это — приказ совета, Болтун, — пророкотал Гирм. — С этого момента твои корабли, весь твой груз, все твое барахло и все твои артефакты — собственность Дикого Братства. — Гирм окинул взглядом моих бойцов. — Вам позволят жить в нашем городе, но только на наших условиях. Хотите эти условия улучшить? Работайте.

Рядом, с «Голубя Войны», доносились такие же возмущенные крики Яраны, быстро стихшие под натиском и угрозами.

Я сделал вид, что обезоружен этой наглостью, отступив на шаг и опустив плечи.

— Но… но это же грабеж! Я же свой теперь! Я клятву принес!

— Именно поэтому ты еще жив, — холодно парировал Гирм. — А теперь отойди и не мешай. Начни доказывать свою преданность с послушания.

Он махнул рукой, и его люди ринулись вглубь кораблей. Послышался лязг открываемых трюмов, грубые окрики, звон выбрасываемого на палубу оружия и ценного груза.

Я стоял, сжав кулаки, изображая униженную ярость, но внутри был холоден. Все шло по плану. И, если так пойдет и дальше, то уже вскоре мы сможем загрузить все отобранное сейчас обратно на корабли с многократными комиссионными.

Но пока что они забрали все. Теперь мы были голы, как соколы. Именно так мы и должны были выглядеть в их глазах — безобидные, обездоленные, побежденные.

Я сглотнул ком унижения в горле — на этот раз почти не притворного — и обернулся к своим людям.

— Всем… — мой голос сорвался, я прочистил горло и сказал громче, с показной покорностью: — Всем сложить оружие. Отдать все артефакты. Все, что при вас. Не сопротивляться.

По рядам прошел сдавленный стон. Но они были солдатами и я уже успел объяснить им ситуацию, так что подчиниться нужно было.

Они молча, с лицами, искаженными гневом и стыдом, начали снимать с себя пояса с кобурами, выкладывать клинки, срывать браслеты и амулеты. Я снял свою саблю и швырнул их к ногам ближайшего пирата.

Потом расстегнул и сбросил на землю пояс, пистолет. Силар, скрипя зубами, последовал моему примеру, сложив к ногам охранников свои массивные мечи и наплечник.

С нас сняли все. Каждую мелочь. Обыскали. Оставили буквально в том, в чем стояли. То же самое проделали с командой Яраны.

Только тогда Гирм снова заговорил, обращаясь уже ко всем нам, к этой кучке обобранных до нитки людей.

— Вы в Братстве. Но Братство — не благотворительность. Здесь каждый кусок хлеба, каплю рома и клочок власти нужно вырвать зубами. Ваш прошлый статус — ничто. Ваши корабли, ваша добыча — теперь общие. — Он обвел нас своим безжалостным взглядом. — С сегодняшнего дня вы — низы. Шлак. Вы будете работать там, где вас примут. На самых грязных, самых опасных работах. Будете слушаться любого, кто стоит выше вас. И если выживете, если докажете, что вы чего-то стоите… может быть, когда-нибудь, вы снова возьмете в руки оружие. Но это будет наше оружие. Понятно?

В ответ повисло гробовое, унизительное молчание.

И тут, как по сигналу, вперед выступил Киогар. Его грудь была колесом, на лице сияла ухмылка победителя.

— Ну, раз уж на то пошло… — он подошел к Яране и остановился перед ней, оценивающе оглядев ее с ног до головы. — Для тебя, красавица, я могу сделать исключение. Не обещаю, что будет легко, но… будешь моей личной помощницей. При мне. Будешь документы вести, распоряжения разносить… Со мной тебе будет куда комфортнее, чем с этим отребьем на тяжелых работах. Как скажешь?

Он протянул ей руку, как будто предлагая не должность, а корону. Все смотрели на нее. Мои ребята — с затаенной надеждой на более скорое завершение миссии благодаря инсайдерству девушки. Его — с похабными усмешками.

Ярана стояла неподвижно. Потом ее взгляд медленно поднялся от его руки к его лицу. Затем кивнула, один раз, коротко и резко.

— Хорошо. Я согласна.

Глава 8

Киогар сиял. Его план сработал. Он получил свой трофей. А мы получили своего человека в самом сердце вражеской иерархии.

Я наблюдал, как Ярана делает шаг к Киогару, ее лицо — маска покорности, но в глазах — сталь. И в этот момент я снова включил свой спектакль. Это был рискованный ход, но необходимый.

Слишком быстрая, слишком спокойная покорность могла бы показаться подозрительной. Им нужно было видеть униженного, отчаянного зверя, цепляющегося за последнее, что у него осталось.

— НЕТ! — мой крик, полный гнева, животной ярости, разорвал напряженную тишину. Я рванулся вперед, словно пытаясь броситься на Киогара, но мои ноги будто подкосились от недавнего унижения. — Ярана, стой! Не смей идти с ним! Это ловушка! Он тебя… он тебя использует!