Юрий Романов – Зелёный гамбит комбинатора (страница 9)
– Нет, это проза.
– Какая ещё проза?
– Юморная проза жизни – это промежуток между двумя романами!.. Вот у Маши Распутной была история… Пришла она к своему портному и попросила быстренько укоротить ей юбку. Портной сильно удивился:
– Ещё укоротить?
– Ну да!
– Тогда вам сначала надо сходить к электрику…
– Причём здесь электрик? Мне только юбку немного надо укоротить!
– Оно, конечно, так, но пусть он сначала перенесёт вашу розетку чуть повыше!..
– Да у Распутиной почти половина её нарядов смахивает на нижнее бельё!..
Вдруг к женщине подошла девочка лет семи:
– Мама, мама, я хочу в туалет!
– Мало ли чего ты хочешь! А я хочу в Париж!.. Потерпи.
А их соседи по столику активно обсуждали житейские темы:
– Понимаете, …у нас с мужем в сексе была полная гармония…
– Это как понимать?
– Он не хотел, а я и не просила, а когда мы разводились, то мы всё поделили поровну. Мне машину и квартиру, а ему ребёнка!
– Не расстраивайтесь. Дети у нас уже есть.
– Как это?
– Когда я работал на заводе презервативов, то у меня появилось двое детей от первого брака и двое детей от заводского брака. А вообще, дорогая, давайте о чём-то другом.
– Давайте!.. Скажите какое у вас коронное блюдо?
– Ну, … я не плохо ставлю чайник!
– Вы такой умный, что я иногда даже слышу, как гремят ваши мозги!
– Сознаюсь тебе, дорогая, если я выхожу из дома и у меня в кармане нет «штуки», то я себя чувствую, как будто я вышел на улицу без штанов!
– Я тоже, … но без того и без другого!
– Ну что, дорогая, тогда я предлагаю пойти домой и заняться тем, чего не было в Союзе.
– Ты имеешь в виду… кастингом? – и проявляя свои познания в кастинге вдруг пропела: «Если долго мучиться, что-нибудь получится!»
Творческую паузу решил заполнить Бендер:
– Ну, что парни, предлагаю на этих эротических нотах временно прервать прослушивание, «мастеров кастинга» и как говорит мой знакомый гинеколог: «садитесь поудобнее, а то я вас не узнаю». Давайте, как в старые добрые времена, обсудим дела наши «бренные» под дегустацию пива в рамках профилактики гриппа! – предложил Бендер, – но бывшие члены Союза «Свободных Мыслей» ещё какое-то время продолжили «помогать обществу» тщательно пережёвывая пищу, обдумывая с чего начать…
Глава 4. Веселись народ, к нам дерьмо плывёт!
– Ну что задумались, «вещайте» господа-товарищи-бояре! У вас что, … сели «батарейки»? Только говорите громче, – надеюсь нас подслушивают!
– Правда?
– Да я пошутил!
– Но и шуточки, шеф, у тебя стали! А нам здесь не до шуток. – Альхен с облегчением выдохнул, – не пугай, мы и так здесь напуганы, бандитами, депутатами в цветных пиджаках, какими-то новыми «гнилыми яблоками» и прочим людом с настоящими и поддельными удостоверениями.
– Каков режим, таков и юмор, – отреагировал Пендюров.
– А что такое «гнилые яблоки»? – поинтересовался Иванов-Бендер.
– Это партия такая, – пояснил Пендюров, – которая пытается обещаниями за несколько дней стабилизировать экономику и обманным путем влезть в душу народа.
– Да в нашей стране сейчас постоянно где-то горит, где-то заливает. А то, что не горит и не тонет, – нами руководит! У нас вообще происходит такое, что наступает какой-то «сифилитический» реализм, – уточнил Балабол.
– А это что ещё такое? – поинтересовался Оскар.
– Новая реальность нашей жизни. При содействии либерально-сексуальной «революции», которую подготовил Меченный с козлом Яковом, после Пьяньциньевских стрельб по «Белому дому» и проведения мутных «выборов», – главой нашей страны сам себя назначил Пьяньцинь, который сначала хреново говорил, а потом и думать перестал.
– Что стружка в мозг попала?
– Не знаю. В общем, как в народе говорят, – продолжал Пендюров-Кобыловский, – голосуй не голосуй все равно получишь…! – Пендюров махнул рукой. – Одним словом, чиновнику – сунь, гаишнику – кинь, врачу – вынь, а зарплату – хунь! – и он замолчал.
Балаболу же тема пришлась по душе:
– На все секретные объекты Пьяньцинь запустил западных и заморских наставников-шпионов. Одним словом, велика Россия, а спрятаться негде. Сейчас всем рулит «царь Бориска» и его «семья», – Подосиновские, Хлюпиковские, Гусики, рыжие Чудики, Бобики, нежданчики и плохиш Гейдарик со своей «жоповой терапией» и многие другие, … были пешками, а при помощи Бориски, уже вышли в ферзи и стали миллиардерами, присвоив себе народное добро.
– Но видимо при таком состоянии дел некоторые ферзи как были, так остаются пешками – предположил Бендер.
– И как такие подлецы находятся?
– Во-первых, Альхен, не жоповой, а шоковой. Это у тебя страшный радикулит и поэтому ты завсегда о ней думаешь! Во-вторых, подлецы не находятся, а просто они не теряются, – уточнил Пендюров.
– Какая-то уж очень странная терапия, – произнёс Оскар, разделываясь с очередным лобстером.
Альхен продолжил: «А те, у кого ничего не осталось, научились продавать толчёную пыль и своё тело. Вот девочки стоят на тротуаре …» – указал он, – за окном, стоят стройные «Курочки» вдоль дороги, но без кос! И это жизнь и больше ни чего! Раньше в стране всё было народное, а теперь «семейное». Наше предприятие «Союзминцветмент», такое было стабильное и то развалилось под руководством нового ген. директора. Теперь он всё это НПО присвоил себе, а помещения, где были лаборатории с мощным оборудованием, сдал в аренду разным мутным фирмам: «МММ», «Деловые бумаги», «Аромат пота», «Кран на рогах». Да что говорить! Раньше зарплата была хоть маленькой, но хорошая… для обмыва. И выплачивали её регулярно! – он замолчал.
– Странные какие-то фирмы. И что? Действительно изготавливают новые типы кранов? – заинтересовался Оскар.
– Говорят! Что у тех, у кого есть рогатая живность или рога, спиливают их, измельчают, сушат, рассыпают в пакетики, коробочки и за бешенные деньги продают мужикам, – Кобыловский подмигнул Оскару.
– Ну и что показала проверка? – поинтересовался Иванов-Бендер.
– Да мы не в теме, – отреагировал Пендюров-Кобыловский! – Свою зарплату мы давно не видели. Даже свой «Золотой запас» пришлось проесть, – при этих словах Пендюров широко открыл осиротевший, без золотых коронок, рот.
– Теперь Бориска начал играть в теннис, – вставил Балабол, – а на народ положил пенис! Принимать на веру приходится практически всё, … даже лекарства.
– Да, … самые дорогие приёмы закатывают нам врачи. В общем, сплошное «облико-аморалис»! – подытожил Пендюров.
– А что народ? – поинтересовался Иванов-Бендер.
– Может быть социальный взрыв, – выдохнул Пендюров, – зреет революция, но мы оптимисты.
– Революции начинаются, когда разочаровываются последние оптимисты. Вообще, социальный взрыв – это как граната, брошенная в выгребную яму, … нам только этого не достаёт, – Балабол задумался, … Как говорят, пожуём, увидим. … и народ пока безмолвствует, как в классической пьесе.
– Надеется, что появится
– В тоже время, – продолжил свою мысль Альхен, – собачья жизнь нас учит не только огрызаться, но и вилять хвостом! – Да, … много новенького появилось в вашем лексиконе. Видимо потопталась судьба по душе народа! Похоже горе, – налог на бывшее счастье, но этот путь слишком оригинален, чтобы быть верным! – согласился Оскар, – что-то мы всё о серьёзном да о грустном! А вот с изложением мыслей у вас что-то случилось.
– Потому что в основном молчим, а сейчас выговориться захотелось. Ведь слово не воробей, но, если ему не дают вылететь он будет летать в душе и гадить, гадить, гадить! – Альхен снова потеребил свою бороду.
– Мне кажется, что ты в этом прав, – подержал его Оскар, – как сказал один умный человек: «Говорить и думать, о том, что наговорил, полезно! Ведь, когда думаешь долго об одном, многое становится понятно!» … Но, а что-то хорошее кроме этого ассортимента, что на нашем «столе», появилось?
– Конечно! – оживился Пендюров. – Например, стало много разноцветных палаток. Рядом с ними, у бабулек, можно по дешёвке купить водку в пластмассовых стаканчиках …
– Я же просил о хорошем, а ты, дорогой, опять о своём. Одним словом, кто о чём, а вшивый про баню! Ладно, мужики, я понял, Вас, как женщину легче уложить в пастель, чем в регламент!
– В этом ты прав, – согласился Пендюров-Кобыловский, – Альхен, наливай!
– Что? – переспросил Альхен.