Юрий Романов – Очищение (страница 85)

– Я всё сделал, как ты просил. Теперь тебе ничего здесь не мешает, – сказал монотонным голосом куда-то в пустоту Ершов.

– Коля! – крикнул ему майор изо всей силы. – Мать твою, ты что творишь?!

Но Коля даже не обернулся, продолжая выжидающе глядеть куда-то в потолок.

Внезапно у правой стены зала возникла высокая человеческая фигура в черном. Прикованный к стене майор устремил туда взгляд и по очертаниям уже догадался, кому принадлежал этот мрачный силуэт.

Фигура простояла в тени несколько секунд, а затем направилась к алтарю. Это был Аполлион, всё с теми же длинными черными волосами, в рясе с синими полосами вдоль пуговиц и жуткими красными глазами и лицом.

Ершов повернулся к приближающемуся Аполлиону, а затем встал перед ним в полный рост, словно по стойке смирно.

Уже прекрасно понимая, что ничего хорошего дальше не произойдет, майор начал изо всей силы дергать браслеты на своих руках. Но все эти отчаянные попытки были бессмысленны – цепь была прикована к стене намертво.

– Черт… – отчаянно проворчал Васильев.

– Алтарь с печатью вновь в твоем распоряжении, – сказал Ершов, когда к нему приблизился Аполлион. – Шесть жертв прямо тут, как ты и просил.

– Спасибо, Николай. Я не сомневался в тебе, – размеренным тоном ответил колдун-упырь.

– Колян, очнись! – тревожно прокричал майор. – Это я, Лёха! Услышь меня!

– Поздно кричать, Алексей, – Аполлион повернулся к Васильеву. – Это уже не твой друг, а мой…

– Сволочь! Отпусти его! – крикнул майор в ответ.

– Зря ты не пошел на сторону своего генерала. А ведь такие, как ты, обычно выбирают из двух зол меньшее.

– Такие, как я, выбирают из двух зол никакое!

– Ну да, ну да. И результат, как видишь, на лицо. Одних губит жадность, других излишний альтруизм. Всё закончилось вполне закономерно.

– Ни хрена не закончено! Все твои помощники уже мертвы! Ты сгниешь здесь при любом раскладе!

– Это верно, я остался практически один. А значит, мне снова предстоит доводить цель братства до конца. Не просто так сам царь Абаддон вдохнул в меня новую жизнь в прошлый раз. Всё ведь к этому и шло. А тебе, Алексей, давно пора было смириться с очевидным исходом.

– Да иди ты к черту вместе со своим братством! Откуда вы все только взялись, злобные твари?

В это время Ершов подошел к месту, где лежал труп Крылова и медленно поднял с пола ритуальный нож, который до этого кинул на пол Васильев.

Аполлион повернулся и прошел к алтарю, минуя пентаграмму, и продолжил говорить с майором:

– Мы далеко не злобные твари. Мы, Алексей, такие же люди, как ты, и как любой другой человек в этом мире. Просто у нас более адекватное и правильное отношение к остальной человеческой расе в целом. Ведь любой человек по-своему злобная тварь. Просто выдуманные нами же так называемые «нравы» заставляют людей притуплять в себе естественные инстинкты. Выражаясь твоим языком, в каждом сидит частичка генома дьявола. Даже в тебе…

Майор нервно дернул цепью от такого высказывания. Коля с ножом в руке начал приближаться к пленнику, который был прикован к нему ближе всех.

– Да, да, Алексей, – Аполлион подошел к пьедесталу и с легкостью взял вращающийся шар в свои руки. – Если бы ты был не такой, ты бы не пошел в милицию, где без насилия никак не обойтись. Ты бы бросил свои поиски в Ховринке, так как знал, что они рискованные и опасные. Но ты втянул сюда посторонних. Как результат, многие из них погибли. Ну и чем ты лучше остальных после этого? Мы свою сущность не скрывали, в отличие от остальных, кто делает вид, что они адекватные люди с человеческими нравами. А ведь суть человека – это разрушение и насилие, захват территорий и пожирание других. Добро и вера в светлых богов – это лишь мера самоконтроля и ограничения. Любой человек от природы зверь и всегда тянется к плохому и запретному. Лишь перешагнув через глупые нравственные предрассудки, он становиться по настоящему свободным. У такого человечества должно быть и соответствующее божество. Дьявол…

– Знаешь, мне уже надоело слушать всю эту вашу бредовую философию. Делай со мной, что хочешь. Я так устал от всех вас…

– Согласен. Я тоже очень устал жить в настолько прогнившем мире. Поэтому не будем тянуть время и начнем творить новую историю прямо сейчас.

Аполлион встал ровно по центру алтаря, поднял руки с печатью кверху, после чего магический артефакт начал подниматься в воздух, снова вращаясь по своей оси. Коля в это время уже подошел вплотную к самому первому узнику – молодому парню, который забился от страха поближе к стене.

– Начинай! – громко сказал упырь.

Реплика была обращена к Ершову, так как он тут же резко схватил пленника за горло, подержал его так секунд пять, а затем хладнокровно нанес ему несколько проникающих ударов волнистого лезвия в область живота.

– Коля! Нет! – отчаянно крикнул Васильев.

Но Ершов продолжал находиться в зомбированном состоянии. Он за секунды буквально выпотрошил бедняге брюхо ритуальным ножом.

Дальше началась жуткая чертовщина. Парящая над Аполлионом печать зажглась еще более ярким свечением. Огромные молнии расходились в разные стороны, а на самого упыря из магического шара устремился некий энергетический поток.

Аполлион задергался под воздействием едва видимого луча из печати Абаддона и крикнул:

– Продолжай! Не останавливайся!

Ершов принялся за следующего пленника. Теперь это была совсем молоденькая девушка со светло-русыми волосами. Она тряслась от страха и жалобно выла, но Коля, всё с тем же безмятежным взглядом через мгновение резко полоснул ножом по её тоненькому горлу.

Васильев брезгливо отвернулся.

Пока Ершов занимался кромсанием новой жертвы, в помещении образовался сильный ветреный шквал, будто внутри поднялся ураган.

– Великий Абаддон! – начал громогласно причитать упырь, вознеся кверху руки и дергаясь от воздействия магии печати. – Царь бездны и опустошения! Я вновь дарую тебе свою земную оболочку, в которую ты вдохнул частичку себя в прошлый раз!

Земля начала слегка трястись. Помимо сильного потока воздуха внутри образовался гул, похожий на звук заводящегося двигателя большой мощности.

Ершов принялся уже за третью жертву. Васильев был в ряду прикованных к стене жертв самым последним. До него Коле осталось разобраться еще с тремя пленниками.

– Отдаю тебе себя и весь мир на очищение во имя вечного царствия силы преисподней, – продолжил читать мантру Аполлион. – Очисть этот мир от гнили и смрада и возглавь его именем великого владыки!

Майор, нервно озирающийся по сторонам и слегка зажмуривший глаза от мощного света и громкого гула, заметил, как Аполлион начал постепенно видоизменятся. Краснота на лице и глазах исчезла. Теперь глазные яблоки были мутного белого цвета, а лицо наоборот приобретало более темный оттенок. Его тело немного расширилось, словно он стремительно набирал вес, а кожа на вытянутых руках покрылась частичками некой коричневатой коросты, похожей на чешую.

– Да будет установлен истинный порядок на этой земле! Да будут преданы забвению ложные божества и мысли! Пускай человечество вернется к своей отправной точке и заново познает истинную суть этого мира и своё предназначение!

Васильева окончательно одолело безграничное чувство жуткой паники и страха, которых прежде еще не было. Даже во время самого первого блуждания по ночной Ховринке он так не боялся. Это был нестерпимый ужас. Осознание всего происходящего не могло уложиться в сознании майора.

Теперь положение, которое ему диктовал покойный генерал Крылов, уже не казалось таким страшным и безысходным. Настоящий кошмар и осознание собственной беспомощности творилось именно сейчас.

Майор проделал такой опасный и длинный путь, но всё оказалось впустую. Прямо на его глазах Аполлион осуществляет главный ритуал по вызову сил ада в наш мир и сам при этом превращается в еще более страшное чудовище. А его лучший друг наглухо зомбирован и жестоко кромсает ни в чем неповинных людей. Лучше бы Ершов убил майора самым первым.

Коля отрезал голову четвертой жертве. Тряска усилилась. Теперь на полу помещения начали появляться небольшие трещины, а шум только нарастал. У Аполлиона вдруг резко начали расти руки и туловище, от чего на его теле разрывалась в клочья одежда. Само тело упыря почти целиком покрылось слоем темной коросты, глаза стали больше и сделались еще белее. Это метаморфоза чем-то напоминала превращения в монстра у персонажа комиксов по имени Халк.

Майор закрыл глаза, приняв решение ожидать своей участи вслепую. За это время Коля хладнокровно убил еще одного человека. Трещины в полу стали еще шире, в одну из них провалилось мертвое тело генерала Крылова.

Аполлион увеличился в размерах почти в пять раз и сильно сгорбился. Из его спины вдруг начали прорастать дугообразные высокие крылья, очень похожие на те, которые изображены на символике секты «Фетус Инфернум» и печати Абаддона.

Из щелей в земле повалил дым серебристого цвета, про который ему рассказывал Маврин. А из самих щелей полезли огромных размеров личинки насекомых желтоватого цвета. Их тело было покрыто острыми шипами, в области рта были острые клыки, а глаза были черными, с желтыми вытянутыми зрачками посередине.

Личинки словно вслепую неторопливо и хаотично начали ползать по полу, перебирая передними лапками то взад, то вперед.