Юрий Романов – Древние. Том I. Семейные узы. Часть I (страница 24)

Волшебница спрыгнула напротив защитников и ринулась напролом. Её безумные глаза кричали о намерении идти до конца, когда же как силы стариков, напротив, были на исходе. Она истерически смеялась, уворачиваясь от пламенеющих ударов стихии, отражая их траекторию собственной тенью и земля была для неё не угрозой, — она уверенно двигалась на свою цель.

— Встречайте королеву Торина! — Кричала она, стремясь вперёд. Её руки обратились в длинные, массивные лезвия из стихии, которой она так хорошо владела; Розель пантерой неслась к принцессе с одной целью — убить последнюю наследницу Торина.

Ялфей тотчас вырвался вперёд.

Выдвигая из земли столбы, размером в свой рост, он умело руководил стихией. Пожилой маг виртуозно двигал плиты между ним и Розель, сталкивал их между собой, валил на поверхность и поднимал до небес, взрывал и тотчас собирал в одной точке, дабы поймать в ловушку неутолимого врага. Сама же Розель умело проскальзывала меж опасных пыльных силков, разбивая мощной магией каждую преграду, что не могла уничтожить. Но один удар Розель всё же пропустила: почувствовав, как из пламени позади возникает Катра, Розель мастерски обернулась тенью и вонзилась в землю. Избежав удара огненной волшебницы, Розель бросился в глаза силуэт Каары, лежащей на земле в собственной крови. Когда Ялфей старался взять противника в кольцо, а Катра бомбардировала синим и зелёным пламенем волшебницу сверху, Розель бросилась к Кааре, и за долю секунды вонзила свой клинок к горстку земли, что была заботливо уложена Ялфеем, — её провели. Едва Розель это поняла, как руку сжали тиски, которые тотчас её поглотили. Громадный земляной шар воспарил ввысь с Розель внутри; Катра окружила его синим пламенем, следом за чем Ялфей покрыл его вторым слоем непробиваемых камней, после — Катра сжала ладонь на фоне парящего шара огня, добавив на ловушку тёмной волшебницы четвёртый слой — слой зелёного пламени. Ялфей добавил последний, пятый слой земли: вскоре оба волшебника единовременно ударили ладонями о поверхность: многослойная пламенеющая бомба с Розель внутри тотчас оглушительно взорвалась.

Осколки раскалённых камней разлетелись в разные стороны. Ялфей мгновенно создал небольшой щит, который укрыл собой спасителей принцессы. Стена из мрака стала стекаться на землю и вскоре исчезла, а все торинцы, пришедшие на помощь принцессе, уже исследовали поле боя.

— Нам нужно срочно в госпиталь. — Борясь с изнеможением пробормотал Ялфей.

Катра его не расслышала: пламя всё ещё бушевало над ними и старушка постепенно уменьшала радиус небесного огня.

— Я говорю, что сейчас же иду в госпиталь, ты со мной?

Старушка слабо улыбнулась: небольшие язычки стихии неспешно догорали, растворяясь в воздухе. Катра уж было собралась ответить, как повернувшись, тотчас была поймана в клещи тьмы: старушку пронзила возникшая из воздуха тёмная игла, а созданные Розель по бокам силки тёмной стихии вцепились в тело старушки, словно охотничьи собаки в дичь, — огни вмиг потухли.

Если бы не подоспевшие волшебники среди толпы, Ялфей и Каара в ту ночь погибли бы. Массивные обстрелы территории поразили плечо и живот Розель, — собралась целая армия на защиту дворца. Обессиленная тёмная волшебница, пережившая схватку с сильнейшими магами Торина, сейчас ничего не могла противопоставить целому государству.

— Мы ещё встретимся! — Яростно кричала Розель из-под земли, пока окончательно не растворилась. — Всё или ничего!

После ошеломительного поражения, Розель вновь стала скрываться. Её лицо было всюду в Торине и окрестностях — волшебницу разыскивали как особо опасную преступницу, участь которой заключалась в расщеплении тела и души на Сатурне. Девушка скрыла лицо капюшоном, ни с кем не говорила и проводила всё время в одиночестве. Взяв громадного пса, она рисковала быть пойманной, но совершенно этого не боялась. Волшебница устремилась на Север и долгое время скиталась, занимаясь привычным для себя делом: убивать и грабить, но в этот период её жизни она не получала удовольствия ни от первого, ни от второго. Розель ничего не брала с собой, кроме пары кусочков хлеба и фруктов, что можно было носить в кармане. Её верный спутник следовал за ней всюду и больше не требовал контроля. Мысленно и телом волшебница словно вернулась ко времени скитания без пути там, на Венере и там, в прошлом, куда путь ей более не доступен.

На пути, как назло не было ни единого поселения. Всюду — безжизненные горы и тягостный, ноющий ветер под тусклым светом осеннего Солнца.

Куда идти и что дальше делать — она не знала, но знала, что должна отомстить. Отомстить за своё поражение и за то унижение, которому старики подвергли её вследствие, опозорив тем самым перед всем Торином. Как сейчас, наверное, ухмыляется Каара, торжествуя над ней, смеётся, что одолела эту слабую и ни на что не способную волшебницу. Душу пожирала обида. Обида за своё поражение, обида за насмешки, которые посыпались на неё после победы стариков и, в конце концов, обида за падение с вершины. Розель не понимала почему, но чувствовала, что это задело её больше всего. Когда волшебница властвовала над Торином, она не чувствовала нужды, не было надобности задумываться о безопасности и защищаться, было в избытке тепло и забота её новой матери. Матери. Образы перемешались в голове девушки и теперь Хельм в её голове стала на этот период единственным родителем, которого её несправедливо лишили.

Послышался грозный рык. Розель вспомнила, что слышала такой в прошлой жизни, когда, придя в сознание на венерианской пустоши, обнаружила себя окружённой двумя дикими псами. Её верный, как она считала, друг, противился идти дальше. Встав в угрожающую позу пёс оскалился. “Мы не ели несколько дней” — Подумалось девушке. Пёс приготовился к нападению и едва не кинулся на Розель, жалобно лая, верно борясь с агрессией. Безмолвно двинув пальцами, волшебница перерезала горло псу мелькнувшей струйкой тени, что нырнула обратно под животное. Дикая собака рухнула к ногам хозяйки, что несколько минут смотрела, как завороженная, в глаза животному, пока пса не покинула душа.

Долгое время Розель не находила себе пристанища, часто впадая от безысходности в раздумья. Волшебница прошла множество километров бесхозной земли, обошла десятки государств и узнала о множестве культур, доселе ей незнакомых и влюбилась в Землю. Нет, не в людей или животных, но в морскую и земную флору, подолгу проводя время на природе, часто вспоминая те немногие счастливые и тёплые моменты из детства, где они с Большим были вместе, среди ласкающего ветра, сочной травы и мелких её обитателей, но всегда её душу и сердце атаковали тёмные воспоминания: об отце, трагической судьбе её матери и болезненной ране, что ей нанесла Каара. Розель воспринимала своё поражение и последующее изгнание, как удар по чести, уничижение её гордости и несправедливый захват всего того, что она имела: положение, власть, и новую мать, которая, к слову, её особо не волновала.

Дойдя до границы континента, где вовсю правило неуёмное море, Розель без раздумий обернулась тёмным облаком и, словно птица, планировала над водой. Без страха и волнения, избавившись от тщетных надежд и ожиданий, Розель день и ночь двигалась, сама не зная, куда, пока не достигла берега на другом конце мира.

Розель продолжала парить над городами, видя идиллистические картины мирного сосуществования царств. Здесь, континентом из десятков мелких княжеств правило одно, выступая как политическим, так и духовным центром западного полушария. То была самая мирная земля из всех, что были на голубой планете, веками не ведавшая горестей разрушения и славилась уникальной библиотекой Галактики — Всемирной Аррозией. Розель часто слышала это название, будучи в Торине и несколько оно попадалось ей на улицах столицы континента. Розель жадно вслушивалась во все разговоры, где рассказывали об Аррозии. Там, по слухам, находится артефакт, созданный самими Темперидами, в котором таится одна из пяти Великих Сил — Сила Энергии и Пространства. Узнав, где находится заветное здание, Розель немедля выдвинулась к нему.

Взойдя по массивным мраморным ступеням, волшебница вошла в приоткрытую расписную дверь из красного дуба. В Аррозии её ждали бесчисленные полки с артефактами, записями мудрецов ушедших эпох и множество вещей, собранных со всей Вселенной. Розель неспешно проходила ряды с многовековыми знаниями, аккуратно уложенными и раасфасованными по буквам алфавитов тех народов, кому они принадлежали. Она искала вслепую, искала наугад некий предмет, дающий великую силу, надеялась встретить служителей Аррозии, чтобы найти направление — но здание было пусто. Волшебница долго блуждала среди нескончаемых рядов диковинок, упирающихся в бесконечные потолки, но не встретила ни единой души. Розель в очередной раз слабо окликнула служителей библиотеки, но получила в ответ лишь эхо, которое разносилось по зданию, словно бьющийся о стены пропасти камень.

Тогда волшебница побродила ещё немного, внимательно всматриваясь в каждый артефакт, в каждое название и состав, если то был продукт, затем сделала вид, что уходит из здания, заподозрив неладное. Розель резко навстречу двери и спокойно вышла из Аррозии. Сделав вид, что удаляется от здания, она пустила свою тень в обход и невидимо для тамошних обитателей тонкой струйкой проскользнула по земле, затем, добравшись до здания, продвигалась по двери, потоку и взобралась на одну из этажерок в Аррозии. Невидимая во тьме и бесшумная клякса перемещалась с полки на полку, чтобы засечь тех, кто отчаянно от неё прятался.