Юрий Ра – Знаменосец забытого бога 2 (страница 20)

А еще Тимура слегка коробило от слова «колчан». Те реконструкторы-историки, которые учили Василия обращению с боевым луком говорили, что футляр для стрел — это тул. А колчан – тюркское слово, как и саадак, чехол для самого лука. Но что есть, то есть – в спорте прижился именно иноземный восточный термин.

После одной такой тренировки он пришёл домой и не застал там Светлану. Ужин ждал на столе, так что версия с внезапно напавшими и похитившими тётку инопланетянами отпадала. Телефонный звонок, раздавшийся через пару чаосв всё расставил по местам.

- Алло, Тимур, привет! Это я.

- Привет, это ты! Задерживаешься в гостях?

- Уже догадался, молодец. Слушай, ты же взрослый, не забоишься один ночевать. Я сегодня в гостях останусь. – Голос Светланы был слегка подзагулявший.

- Если тебя удерживают силой, скажи кодовую фразу «плохая погода».

- Чего? Шуточки у тебя, Тимур, дурацкие. Всё нормально у меня. Справишься один, ты поел?

- Справлюсь, не переживай. Ты лучше сама будь там поаккуратнее. А предохраняйся во всех смыслах.

- Чего?

- Без резинки не чпокайся, а то привезешь в свой совхоз гадость какую-нибудь.

- Ты охренел, козел! Пошёл ты знаешь куда! Дебильный урод…

И Светлана бросила трубку. Обиделась что ли? «Вот почему так всегда, - искренне недоумевал Тимур, - заботишься о людях, подсказываешь им важные вещи. А они орут чуть не матом. Хорошими делами прославиться нельзя, это точно!» Долго он не переживал из-за этой размолвки, а лёг спать совершенно уверенный, что всё само собой рассосётся.

На следующий день Света появилась в поле зрения только по возвращению Тимура из школы. Он тактично не стал спрашивать, как всё прошло, тем более после вчерашнего недоразумения с недопониманием. Светлана тоже немного дулась, но ту историю не поминала, она даже накормила подростка обедом, как обычно вкусным. Да и вообще, в этом плане она была мировым парнем, как принято говорить в этой эпохе. Кто старое помянет, тому глаз вон! Сказали друг другу то, что думаем, залепили по разу в морду, ну и нечего старое ворошить, надо жить дальше.

Календарь на стене вдруг подсказал, что до возвращения родителей всего два дня. О как, а они даже не позвонили ни разу. Значит всё у них хорошо, увлечены путешествием по самую маковку. А потом Тимур себя одёрнул: стоп, какое «позвонить»? Времена сейчас как-то не располагают к заграничным телефонным звонкам, особенно с борта круизного лайнера, мобильная связь того, еще не изобретена. А если кто-то что-то подобное уже придумал, то еще не раскрутил.

Он вспомнил забавную передачу на каком-то стрёмном канале, где старенький дедушка рассказывал, какой он замечательный учёный, что сотовую связь придумал именно он в конце шестидесятых годов. Ну придумал ты ковёр-самолёт, молодец. Но до тех пор, пока его не соткал, пока не облетал его, ты просто сказочник. Тоже мне, изобретатели. Тимур со своим послезнанием тоже может всякого «наизобретать», вот только какой смысл? Патентов в СССР не выдают, практический смысл? Вот он и посмотрит, во что выльется его подсказка про магниты.

«Так, родители! Они возвращаются через два дня» - снова вспомнил Тимур. К их приезду надо готовиться? В квартире вроде норм, тусовок он тут не устраивал сам, не разрешал тётке. Тётя Света, с ней вроде тоже всё норм, отношения спокойные. Но надо сверить показания, что родакам рассказываем, а что упускаем. Встречать их из аэропорта не нужно, да и возможности нет. Вот если бы раньше машину выиграл… Ага, кто ему разрешил бы в «Шарик» гнать тачку? До первого патруля ГАИ. С другой стороны, может же его удача порешать этот момент. Надо думать, но сначала неплохо бы заполучить авто в семейную собственность.

Родители! Послезавтра прилетят. А у нас всё готово, можно не дёргаться! Только с родственницей перетереть. «Светлана! Ты где, разговор есть!» – закричал Тимур, не найдя женщину в квартире. И только потом сообразил, что она могла прятаться в туалете. Через какое-то время пропажа «нашлась»:

- Чего орёшь, чего опять неймётся тебе?

- Свет, скоро родители приезжают. Надо бы подготовиться.

- Тебе они родители, ты и готовься. А моё дело сторона. Уеду из вашей Москвы, и поминай как звали.

- Я что думал, надо договориться, про что рассказываем, про что не нужно.

- Ты в этом смысле. – Тётя посерьёзнела. – Боишься, что буду жаловаться на тебя?

- Ничуть. Просто не хочу людей расстраивать. Опять же ты маме не чужой человек, родственница. Я хоть и комсомолец, а понимаю, что правда не всегда нужна. Зачем им знать, к примеру, про твои амурные подвиги. Или как мы потасовку устроили. Ву компрендэ?

- Последнее слово не разобрала, но общий смысл мне ясен. Шантажировать решил.

- Да ни в жисть! Нафига мне это надо! С тебя и не стрясёшь ничего, какой смысл в шантаже. Тем более, что тебе про меня рассказать нечего. Криминала не было, в ванной я за тобой не подсматривал, мелочь из карманов не тырил, портвейн не употреблял.

- Не слушался, хамил, сукой обозвал. Мало этого?

- Это рассказывай, не жалко. И сукой за дело назвал тогда. Не настолько мы близки, чтоб у тебя было право меня бить. Мужа своего бей. Ой, так может он и сбёг от тебя оттого, что ты его поколачивала?

- Я его выгнала! Сама! Никто от меня не сбегал! – Взревела Светлана, невольно давая понять, что предположение не лишено оснований. – А то смотри, я не посмотрю, что племянник, так отлупцую…

- Я тоже церемониться не буду. Сломанным носом не отделаешься. – Блин, поговорили по душам, называется. – Всё, мир! Никто никого не бьёт. Просто скажи, ты поддерживаешь мою идею не волновать маму с папой?

- Ладно, договорились. Чтоб я еще когда-нибудь согласилась за тобой присматривать!

- Забей, ситуация уникальная, повторения не будет. Тем более, мне вот-вот пятнадцать исполнится, можно будет одного оставлять хоть на полгода. Да и сейчас мог один жить, просто родителя за свою нервную систему переживали, а о твоей не подумали.

- В кои-то веки с тобой не поспоришь. Между прочим, ученые недавно открыли, что стрессовые ситуации очень вредны для организма. Если ты в курсе значения этого слова. – Пожалела себя, а заодно подколола собеседника Светлана.

- И про стресс знаю, и про его вред для психики. Даже знаю, какое средство лучше всего помогает от этого стрессового состояния.

- Водка?

- Водка слишком сильное и тоже вредное. А лучшее – это сиськи! Одна беда, они прикреплены к самому большому источнику стресса.

Тимур был морально готов к нападению, так что успел увернуться от диванной подушки, а потом и вовсе сбежать в прихожую. Впрочем, Светлана и била без острастки, просто показать, кто тут взрослая и умная женщина, умеющая постоять за себя, а у кого язык без костей.

- Ладно, возвращайся, обещаю сильно не бить. И я согласна с тобой, некоторые подробности нашего общения Ольге и Павлу знать не обязательно.

- Чего, мир тогда? – Предложил Чирков.

- Мир. – И только тогда Тимур смело уселся на диван.

А потом приехали родители, не сразу, а ровно в назначенную дату. Были они загорелы, особенно лицами, в условиях зимы светлые пятна от очков вокруг глаз смотрелись особенно вызывающе.

- Да-а, наши люди зимой на курортах не загорают! – Оценила видок Светлана. – И в булочную на такси не ездят.

- Хоть бы поздоровалась для начала, Свет! Или тебя наш Тимур окончательно заездил? Признавайся, сын, сильно надоедал тёте? – Посвежевшая и слегка европеизированная мама Оля пыталась напустить на себя строгий вид, но не могла.

- Свет, ты только посмотри, как эти гражданка ухитрилась наехать на нас обоих одной фразой? – Тимур тоже был рад видеть ближайших родственников своего тела и принял подачу.

- Вы первые на нас напали! Из-за спин возмутился папа.

- Потому что мы пролетариат и крестьянство! Не нужен нам берег Турецкий и Африка нам не нужна! Да, Свет?

- Да, Тимур. Эти обуржуазившиеся представители прослойки нам не близки. И если они не откупятся от нас подарками, бусами и стеклянными шариками, я за себя не отвечаю.

- Павел, они спелись.

- Тогда давай откупаться, Олечка. Не вижу других вариантов.

Есть такая традиция у людей, вернувшихся домой из туристических поездок – первым делом раздать подарки близким. Наверное, так и нужно. Чтоб тех, кто оставался дома, не терзала зависть и справедливая ненависть к этим счастливчикам, побывавшим в сказке. Подарки способны частично примирить с пониманием того факта, что одни уже вон чего, а другие ни в одном глазу, и никакой уверенности, что побывают там. А так хоть какая-то польза от чужого отдыха.

Коллег по работе тоже одаривают сувенирчиками именно по этим соображениям. Кроме тех случаев, когда «Привет из заграницы» призван позлить заклятую подружку и еще раз напомнить: «Я оттуда, а ты тута». Сразу после подарков идут рассказы, они тоже становятся трофеями близких и в назначенный час демонстрируются корешам и одноклассникам. «Мои родители были там-то, видели вон чего, батя прямо потрогал его за эту фиговину!» Дальше по цепочки шли рассказы одноклассников. Они тоже в теме, они могут рассказать во дворе, что родители их одноклассника были аж там-то. Такая вот пищевая пирамида, если рассказы про чей-то отпуск могут быть пищей для умов.

А всё почему? Времена такие, что про забугорный мир можно узнать только из материалов газет и рассказов одноклассников мальчика, чьи родители… И неизвестно, откуда получится почерпнуть больше правды. Потому как железный занавес, идеологический фронт, холодная война и всё этим факторам сопутствующее. Тимур мог бы задрать нос и заявить, что уж он-то знает, что и как за бугром, но нет.