Юрий Ра – Прекрасное далёко (страница 14)
- А сами водилы?
- Так они водилы и есть, им за ремонт не платят.
- И всё? Машины через полгода просто утыкаются?
- Дальше интереснее. Райотдел заключил в полном соответствии с законодательством на тендерной основе договор с автосервисом на ремонт машин.
- Погоди, что такое тендерная основа?
- Это уже детали. Просто нельзя госструктуре заключить договор с первым попавшимся предприятием, надо выбрать самое дешевое.
- А если оно самое плохое?
- То всё равно с ним. Дальше слушай – автосервис ждет денег за ремонт машин от бюджета, а деньги не приходят. В результате следующую полицейскую машину сервис уже не принимает, а полицию посылает лесом.
- Так разве так можно с полицией? Они же могут и того, как-то отомстить.
- Не могут – автосервис крышует полиция.
- Снова не понял. Где полиция, а где кровельщики. – На лицо Герасимова, пытающего разобраться в бизнес-схемах было жалко смотреть.
- Крыша – это бандитское прикрытие фирмы от наездов других бандитов, полиции, налоговиков… Естественно за долю от доходов.
- Ага, бандитская защита. А полиция…
- А полиция иногда берет на себя функции этих самых бандитов. Где исторически полицейские сильны на этом поле.
- Бред какой-то! Так что, полиция защищает автосервис от полиции, поэтому у полиции стоят неисправные машины?! Потому что область не выделяет деньги на ремонт полицейских машин.
- Как ты быстро во всём разобрался, молодец! Теперь ты понимаешь, как сильно наши силовики в тебе заинтересованы? Вот только чем они с тобой расплачиваться будут – непонятно.
А в остальном получилось весьма удачно, и Селезнёва на переговорах оказалась совсем не лишней. Она не только напоила гостей чаем, а еще и подсказала мастерскую, в которой её любимый племянник Николай смог бы перебрать двигатель УАЗа. Обанкроченная ферма стояла еще не растащенная ни банком, ни работниками. Тем более, что московский банк пока не смог найти не то, что нового владельца на лизинговые активы, а даже не прислал своего представителя всё это безобразие посчитать и описать. Раз собственник, он же директор, он же главбух сбежал, то совершенно неудивительно, что ключи от ангара, мастерской и складов остались валяться у местного бухгалтера, то есть Светы. Да чего там, если уж говорить прямо, на этой импровизированной «стрелке» она держала слово за всю свою банду, не доверив такой сложный процесс желторотому попаданцу:
- Парни, всё здорово, и помогать полиции в деле охраны покоя мирных граждан – святое дело. Только один вопрос – на какие шиши?
- В смысле? – Слегка подзависли переговорщики в погонах, приехавшие договариваться об организации самопального абсолютно незаконного, но при этом качественного обслуживания своей почти боевой техники.
- Про меня вы всё знаете, зарплату не платят, операционной деятельности нет, где найду новую работу, тоже непонятно.
- Ну ты-то не прибедняйся, опять что-нибудь придумаешь.
- Да устала я, Андрей, придумывать. Мне уже не сорок лет, сил нет крутиться. Вот приехал племяш, а я рада – думала, будет кормить меня старую. А с каких кренов он меня будет кормить, если вы ему копейки заплатить не сможете, а?! – Голос обвиняющей женщины возвысился до не очень высокого потолка и припечатал как листом гипсокартона – Жрать нам чего?
- Свет, не ерепенься. Придумаем чего-нибудь. Сама ж понимаешь, материальные благА мы генерировать не умеем, но с моральной поддержкой чего-нибудь скумекаем. Ты нас знаешь, вроде никого не кидали тупо.
- Это да, если и бывало, то всегда с изюминкой. Не подкопаешься.
- На том стояла и стоять будет земля русская – резюмировал молчаливый полицейский коллега Андрея, носящий аж капитанские погоны. Будучи старшим по званию, он доверил ведение переговоров Андрею как выходцу из той же деревни, что и Селезнёва. Принцип «свой своего завсегда поймёт» в полиции блюлся неукоснительно. Тут вообще многое переняли у своих противников и конкурентов, включающих голову чаще, чем просто полистать уголовный кодекс. Как кто-то когда-то сказал из областного УВД про ситуацию на земле: «У них бригада, а вы всего лишь отдел». В районе поддакнули и приняли фразу начальства как руководство к действию. Не сказать, что порядка в районе стало больше, но тише стало, это точно. И показатели выросли.
- Свет, а чего племянник твой так и молчит, как партизан? Он сам-то что думает?
- Не положено ему еще думать, у него для этого тётка есть. И о чём вы вообще думали, когда сюда ехали? Решили, что припашете контуженного за спасибо и похлопывание по плечу? Разок, может, и сейчас получится. А потом опять окажетесь у разбитого корыта, как с тем автосервисом.
- Блин, всё-то ты знаешь. Сидишь в своём Теляково, а из повестки не выпадаешь. Не то серый кардинал, не то спрут.
- Роман Александрович, какой спрут? У нас в округе полтора бизнесмена и три калеки. Все всех знают. Как у одного что случится, остальные мигом в теме. А то бы нас по одиночке давно сожрали. Хоть вы, хоть приезжие, которые с гор.
- Гляди, какая сплочённость нарисовалась.
- А то вы не знали. У нас у самих, если подумать, горы под ногами. Просто невысокие. Короче, последнее слово: пригоняйте машину на профилактику в мастерские, только через Теляково. Запчасти, расходники, масла – всё ваше. А там посмотрим, насколько полезной окажется наша полиция.
- Но-но! Чего-то ты смелая стала. Не ошибись.
- А чего мне теперь бояться? Я теперь безработная практически. Взять с меня нечего, разве что приедете огород потоптать или моркву погрызть как те медведки. Но я сомневаюсь, что согласитесь на такое бесчинство. Телефон вы мой знаете, связь работает.
- Николай, а ты свой номер можешь дать? Чего мы будет твою тётку беспокоить постоянно.
- Нету у него телефона. Сказала – через меня, значит через меня.
- Да дай ты ему самому ответить.
- Не ответит, он включается, только когда машину видит – контуженный. А телефон ему еще долго не светит, без российского паспорта симку никто по закону не оформит. А без закона нам не надо.
- Ишь ты, какие все законопослушный стали, плюнуть не в кого.
- Вот и не плюй. Ни в людей, ни в колодец. Вам налить еще чаю или уже уезжаете?
Намёк на чай полицейские поняли верно, а может просто больше не о чем было разговаривать, но гости откланялись. При этом досады или разочарования на их лицах не было. В любом случае они ничего не потеряли, одну машину им пообещали обслужить, а там будет видно. Вдруг и впрямь, получится чем заинтересовать Селезнёву со своим пришибленным племянником-самородком. Стрёмно немного, но других специалистов, согласившихся копаться в допотопных агрегатах производства Ульяновского автозавода под рукой не нашлось.
До конца недели Николай работал на подхвате у Хотченко, получая свою «законную» тысячу рублей в день. Семен не сказать, что был очень доволен, но и жаловаться было грешно. Во-первых, по вечерам у него перестала болеть спина, благодарно воспринявшая снижение физических нагрузок. А во-вторых, его чувство собственного величия дало первые ростки, хотя Хотченко и не признавался себе в этом. Первый раз в его жизни кто-то по-настоящему и регулярно работал на него, выполняя приказы и распоряжения, соотнося своё время и планы с его величеством господином индивидуальным предпринимателем. Лет пять назад у него в помощниках был сын, но это другое. Сын и так был обязан слушаться отца, впрочем, парень про это регулярно забывал. А тут всё взаправду, нанятый работник.
А в понедельник у Семена работника украли самым безжалостным способом те самые правоохранители. И ведь винить некого, сам в тот раз языками зацепился с ментами на их инвалидском бобике. Не стал бы развивать тему, глядишь, никто бы и не узнал про тайный талант Коляна. Ну или это произошло бы позже. Хорошо, не с маршрута сдёрнули, а то с них станется. В воскресенье вечером ему позвонила Селезнёва и предупредила, что «друзья» Хотченко завтра заберут Николая на ремонт своей машины. Самое обидное, выговаривала она это таким тоном, словно Семен был в чём-то виноват. Еще бы сказала, что он стуканул на племянника, было бы совсем «замечательно». Баба она хоть и не шибко говнистая, но злопамятная. Шепнёт кому на ухо про некорректное, по её мнению, поведение Хотченко, и начнутся пусть не проблемы, но шероховатость в разных местах. А кому нужны шероховатости в малом бизнесе. Тем более в малом бизнесе, в очень малом.
По уму было бы правильно Николаю заранее скататься в тот гараж, который предложила Света, но идти один он не решился, а ей семь километров в один конец не показались той нагрузкой, от которой нельзя отказаться. «Тётя» заявила, что прогулки на свежем воздухе – именно то, что ей было бы максимально полезно, живи она в большом городе. А так, она им и в огороде надышится, и свои пять километров находит, пока будет с лейками туда-сюда челночить. Вот если бы была машина… но машины не было. Вернее были, но в нерабочем состоянии, и стояли они в том самом гараже. И да – без Селезнёвой его туда никто не пустит.
Так что в понедельник в фермерский гараж ехал не только Николай, но и Светлана. Комфортная поездка в салоне слегка подпрыгивающей абсолютно бесшумной «буханки» не доставила женщине больших неудобств. Да и Николай не сильно напрягался, сидя за рулём. Чего напрягаться-то, он человек старой закалки, не избалованный гидроусилителями. Главное, когда тебя на буксире тянут – не зевать и вовремя оттормаживаться. Но вот то, что вместо «горячей» машины на профилактику пригонят аппарат, не умеющий ездить своим ходом, напрягало. Заверения, что «вот буквально сегодня заводилась, а пока до вас доехали, затихла» отнесли в пользу бедных. Работать приходится с тем, что есть, а не с влажными фантазиями, как выразилась Света.