Юрий Поляков – В ожидании сердца (страница 30)

ВИКТОР. Кабулов? Узбек? В Ташкенте надоели! Думал, хоть в Москве отдохну…

КАБУЛОВ. Документы!

ВИКТОР. А что случилось?

КАБУЛОВ. Проверка паспортного режима.

ВИКТОР. А! У нас режим – пожрали и лежим!

Виктор уходит за документами.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Нурали, что случилось?

КАБУЛОВ. Зарегистрироваться надо было.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Ну и что теперь будет?

КАБУЛОВ. Напишу протокол (вздыхает), отведу в обезьянник. Пусть посидит, подумает… С бомжами и хулиганами на сленге поговорит…

ИВАН АФАНАСЬЕВИЧ. Зачем же человека в обезьянник?

КАБУЛОВ У человека должна быть регистрация.

ИВАН АФАНАСЬЕВИЧ. Значит, не труд, а регистрация делает обезьяну человеком?

Раздается телефонный звонок. Караблев уходит в кабинет.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Нурали Худойназарович, ты пургу-то не гони! Мы же люди. Договоримся!

ИВАН АФАНАСЬЕВИЧ(из кабинета). Вера, иди сюда! Это Иосиф. Из Бостона звонит… Прилетает!

КАБУЛОВ. Кто?

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Сын. Из Америки.

КАБУЛОВ. У вас тут прямо караван-сарай….

Она уходит в кабинет. Появляется Виктор с пачкой документов. Он уже в рубашке, но все еще в трусах.

ВИКТОР (по-узбекски). Няге мангя ёпшин колдингь… итватччя!

КАБУЛОВ. Сам ты ишачий сын! Э! (По-узбекски.) Сэн каярге?

ВИКТОР. Из Ташкента. А ты?

КАБУЛОВ. Из Коканда. Зачем в Москву приехал?

Виктор протягивает документы. Кабулов берет паспорт, а орденские книжки возвращает. Внимательно изучает документ.

ВИКТОР. А ты зачем?

КАБУЛОВ. Меня перевели. Еще при советской власти.

ВИКТОР. Ладно врать-то! Небось взятку дал?

КАБУЛОВ (по-узбекски). Сэн нима дияпсан узыы? Кунака пора?

ВИКТОР. А что я такое говорю? Так тебя без взятки в Москву и перевели! Прямо тут в России кроме капитана Кабулова, порядок навести некому?! Не справляются! (По-узбекски.) Куанча тулядингь?

КАБУЛОВ. Нисколько не платил.

ВИКТОР. Врешь. Я заслуженный строитель, но меня никто в Москве не ждет. А я ведь здесь родился. Институт закончил. Потом сдуру в ваш Ташкент поехал. По комсомольской путевке. Город после землетрясения отстраивать. «Едем мы, друзья, в дальние края…» Приехали. Ты посмотри орденские книжки, посмотри! Тебе полезно….

Виктор протягивает орденские книжки. Кабулов бегло просматривает.

КАБУЛОВ. Вот и строй в Ташкенте, если такой заслуженный! А то все теперь в Москву, как мухи на рахат-лукум…

ВИКТОР. Я бы и строил. Да профессия моя теперь там не нужна…

КАБУЛОВ. А какая теперь профессия нужна?

ВИКТОР. Узбек. Знаешь такую профессию?

КАБУЛОВ. Ну и что? Раньше была профессия «русский», а теперь «узбек».

ВИКТОР. Никогда не было такой профессии – «русский»….

КАБУЛОВ. Была. Я знаю.

Раздается звонок в дверь. Появляется Вера Михайловна, направляется к двери.

ВИКТОР. Да откуда ты знаешь, чурка кокандская?

ВЕРА МИХАЙЛОВНА (на бегу). Виктор, ты базар-то фильтруй! С ментурой базлаешь.

ВИКТОР Что?

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Выбирай выражения. Оденься!

КАБУЛОВ. Она у вас всегда так говорит?

ВИКТОР. Всегда.

КАБУЛОВ. Ай-ай-ай….

Входят широкоплечие, коротко остриженные молодые люди, похожие на телохранителей. В руках у них большая корзина цветов.

1-й ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ. Здравствуйте!

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Здравствуйте… Это что такое?

1-й ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ. Велели передать.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. От кого?

1-й ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ. Сказали – не говорить.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. А кому цветы?

2-й ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ. Сказали – сами догадаются… До свиданья!

Телохранители уходят.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА (осматривая цветы). Улет! Иван, иди-ка сюда! Иван!

Из кабинета выходит Иван Афанасьевич.

ИВАН АФАНАСЬЕВИЧ. Это тебе?

ВЕРА МИХАЙЛОВНА. Мне? Лет тридцать назад я бы не удивилась.

ВИКТОР. Ну, вы здесь в Москве совсем опухли! Неизвестно кому. Неизвестно от кого. У нас в Ташкенте за такую клумбу месяц пить можно…

КАБУЛОВ. Да и у нас в Москве… На пару недель хватит… закусывать.

ВЕРА МИХАЙЛОВНА (громко). Эдита!

ИВАН АФАНАСЬЕВИЧ. Думаешь, Эдитке?