Нина. Какие же писатели нудные!
Появляется Паркинсон с блюдом.
Паркинсон. А теперь – десерт.
Даша. Я не хочу десерт. Я хочу… Я хочу… в море.
Олег. Уже темно, а ты боишься темноты!
Даша. После шампанского я ничего не боюсь! Идешь со мной?
Олег. Я плохо плаваю, ты знаешь…
Нина. Как же вы тогда написали свой «Экстаз в океане»? Там все происходит в воде!
Олег. Для писателя главное – воображение.
Нина. Увы, это так.
Андрей. Даша, давайте я с вами сплаваю!
Олег. Это не опасно?
Нина. Не волнуйтесь. Мой муж может сплавать в Турцию и обратно. Он мачо. Водоплавающий…
Андрей и Даша уходят.
Нина (глядя вслед). Наивная дурочка… Тебе с ней не скучно?
Олег. Ну, знаешь, твой тоже заторможенный какой-то. Ты ему часто изменяешь?
Нина. Не очень. По субботам.
Олег. Почему по субботам?
Нина. По субботам он ходит с Волчатовым в баню.
Олег. Вы все время вспоминаете этого Волчатова…
Нина. Жуткий человек. Бандит. В постели с ним чувствуешь себя самоубийцей. Но что поделаешь – фирма и деньги принадлежат ему. Андрей у него на побегушках. К сожалению, я поняла это слишком поздно.
Олег. А что, на ядовитых аэрозолях можно хорошо заработать?
Нина. На каких аэрозолях! Это – крыша. На самом деле Волчатов… (шепчет на ухо).
Олег. Кошмар! Это же опасно!
Нина. Еще бы! Живу и не знаю, когда вдовой стану.
Олег. Ты, конечно, можешь наплевать на мой совет. Но как твой бывший… Ты должна убедить мужа бросить это занятие!
Нина. А на что мы будем жить? Не все же замужем за Ольгой Чибисовой. Знаешь, где работал Андрей до того, как появился Волчатов?
Олег. Где?
Нина. В детской спортивной школе. Тренером. Догадываешься, сколько он получал?
Олег. Я за тебя боюсь!
Нина. Ты лучше за себя бойся. Твоя половина очень странно смотрит на моего благоверного. Все время смотрит.
Олег. Даша не такая!
Нина. Дурак ты, хоть и Ольга Чибисова! Верность жены это всего лишь одно из достоинств ее мужа…
Олег. А верность мужа?
Нина. Стечение обстоятельств.
Олег. Надо записать! Ты не только похорошела, но и поумнела.
Нина. Спасибо! Просто ты от меня отвык.
Олег (потирая щеку). Это верно…
Появляется Паркинсон. На голове у него венок, в руках снова лира.
Паркинсон. Если не возражаете, я исполню вам песнь Анакреонта.
Олег. Валяйте!
Паркинсон (бряцая лирой):
Поредели, побелели
Кудри, честь главы моей.
Зубы в деснах ослабели
И потух огонь очей.
Сладкой жизни мне немного
Провожать осталось дней:
Парка счет ведет им строго,
Тартар тени ждет моей.
Не воскреснем из-под спуда,
Всяк навеки там забыт:
Вход туда для всех открыт —
Нету выхода оттуда…
Затихает пение. Все трое сидят в задумчивости. Быстро входит взволнованная Даша. Следом за ней плетется растерянный Андрей.
Олег. Замерзла? Холодная вода? Ты вся дрожишь!
Даша. Вода. Какая вода? Ах, да – очень теплая. Но мы заплыли слишком далеко.
Нина. И насколько же далеко вы заплыли?
Раздается телефонный звонок.
Паркинсон. Господин Петров, вас!
Андрей подходит к стойке, берет трубку, некоторое время слушает и меняется в лице.
Андрей (в трубку). Ты?.. Не понял… Понял. (Кладет трубку, поворачивается к жене.) Это Волчатов… Он в городе. Прилетел из Москвы. Что-то случилось…
Нина. Что случилось?
Андрей. Не знаю. Но что-то очень серьезное! Вызывает…
Нина. Когда?
