Юрий Погуляй – Зодчий. Книга V (страница 14)

Хм… Вот оно как. Ладно, поиграем в аристократию. Срываться на мне не нужно.

— Несомненно, Павел Александрович, понимаю, — с максимально серьёзным видом сказал я. — Да, у нас там с образованием не очень хорошо, но тоже есть различные курьерские службы. Кстати, отрадно видеть, что Его Императорское Величество находит достойное применение вашим талантам. Должно быть, много времени проводите в воздухе?

Он побледнел, пошёл пятнами, но быстро справился с собой.

— Не так много, как следовало бы. Наш император мудр и великодушен. Для него нет разницы кто перед ним: человек благородных кровей или везучий выскочка. Иногда приходится доставлять совершенно разные послания. Рад, что на данный момент вы получаете порцию благосклонности. Так будет не всегда, помните это.

— В любом случае с нетерпением буду вас ждать. И если перед следующим вашим визитом увидите в продаже лимонад Иркутского завода, то прихватите ящик, раз вам всё равно по дороге. Вы человек в доставке опытный, наверняка не разобьёте. А сейчас простите, должен откланяться. Дела, знаете ли. Впрочем, не стану отвлекать вас от государственной службы. Хорошего вам полёта.

Генерал-адъютант стиснул зубы, развернулся и двинулся к трапу. Молча поднялся в брюхо вертолёта, закрутились винты, поднимая ветер. Я прикрыл лицо рукой, глядя на машину сквозь пальцы, и когда двигатель взревел — аспектом земли швырнул мелкой монеткой в корпус вертолёта. Пилот закрутил головой, почувствовав неладное, аппарат вильнул в сторону, а затем резко пошёл наверх.

Я подошёл к тому месту, куда упала монетка, на которой остались небольшие следы обшивки вертолёта. Это, плюс с материалом из лаборатории, мне поможет.

После обеда и рутинных дел по Конструкту, я снова навестил Тень. Девушка опять спала, но врач разрешил мне посидеть немного в палате, но ни в коем случае не будить. Клятвенно заверив доктора, я осторожно пристроился на стуле возле кровати. Без вечной бравады, мечей и камуфляжной формы дочка Вепря казалась совсем другим человеком. Слабой и беззащитной. И это странным образом подкупало.

Я поймал себя на мысли, что любуюсь безмятежным лицом спящей. Но через миг уже и думать об этом забыл. На телефон пришло сообщение от Черномора.

«Хозяин, детекторы засекли движение под землёй! Не могу с вами связаться. Координаты места, где сработали датчики…»

Дальше шли цифры. Я поднялся, оглядев палату. Этот чёртов сплав, ограничивающий способности моего ИскИна… Уж я с тобой разберусь когда-нибудь.

Тихонько поднявшись, я бесшумно добрался до двери и вышел, напоследок повернувшись к Тени.

И мне показалось, будто бы та на миг открыла глаза. Задержавшись в проёме, я некоторое время наблюдал за лицом спящей и не мог отделаться от ощущения, что сквозь узкую щёлочку между век за мной тоже следили.

Ладно, это сейчас неважно.

На место, указанное в координатах Черномора, я, Снегов и трое гвардейцев прибыли уже через полчаса. Находилось оно на северных пределах, почти на границе с землями Володина. Пока наш отряд выдвигался — неизвестный крот продвинулся почти на двести метров и шёл дальше с неплохой скоростью.

— Кто бы это ни был — брать живьём, — повторил я свой приказ. После чего присел, коснувшись земли перед собой. Плавно потянул энергию аспекта, набираясь мощи. Трава заплясала на закипающей почве, а после вниз устремился ход, под небольшим углом. Первым в проём вошёл Снегов. Топор остался за плечами, задевая древком вершину хода, перед собой витязь держал алебарду. Следом шли Саньков, Якимов и Фёдоров.

Я двигался замыкающим. Душный запах свежей земли забивал ноздри, и от него даже чуть кружилась голова. Проход, пробитый неизвестным, был выше человеческого роста, с оплавленными краями. Впечатляет уровень владения как огненным, так и земельным аспектами. Маг сюда пришёл крепкий.

И по следам он был один. Фёдоров и Якимов остались держать коридор, ведущий в сторону земель Володина, а мы втроём двинулись по следу неизвестного чародея, стараясь не шуметь.

Он ждал нас. Вернее — она. Женщина с запавшими глазами и ехидной полуулыбкой встретила нас в очередном коридоре, освещённом несколькими огненными сферами, кружащимися вокруг чародейки.

Витязь шёл первым и ускорился, едва во тьме появились отблески огня. Однако именно он и попал в приготовленную ловушку, провалившись в зыбь по пояс. Земля, поглотив Снегова, тут же затвердела. Витязь забился, пытаясь освободиться. Его переступил Саньков, быстро бросивший протазан и вскинувший штурмовую винтовку, но на него обрушился целый пласт земли. Очередь ударила по ушам, но пули погрязли в почве. Я толкнул всю освободившуюся груду вперёд, сметая её с несчастного гвардейца, пытающегося подняться. Услышал сдавленный голос чародейки, переступил через лежащего и схватился с магическим потоком чужого земельного аспекта. Противница смогла отбиться, связать в огромный ком свободную землю и теперь пыталась швырнуть его обратно в тоннель. Я сопротивлялся как мог, чувствуя, жар нагревающихся амулетов. Земли вокруг было множество, и мы оба черпали её из недр.

Против меня выступила Ткач Реальности, не меньше. Если бы не мой богатый опыт и амулеты, то она легко вытолкала бы меня в тоннель и похоронила под толщей земли.

Разрезав поток ледяным клинком, а ударил воздухом в появившуюся брешь, разбивая в пыль каменную крошку. Услышал ругань ослепшей чародейки и прорвал ослабевший поток земли. Вышел в коридор, где пыталась очистить глаза ошеломлённая женщина. Отбил один за другим все огненные сферы, до этого парящие в воздухе. Пламя угасло, и чародейка испуганно попробовала высечь новое, но засипела, не в силах вздохнуть. Я двигался вперёд, удерживая блок воздушным аспектом.

Ткач впала в панику и провела несколько сокрушительных земляных атак, направленных просто на обрушение хода. Мне удалось заблокировать аспект чародейки и удержать своды на месте, а затем я всё-таки добрался до неё.

Она словно почувствовала приближение и выхватила острый узкий клинок, похожий на шпагу.

— Химический состав на острие опасен для жизни! — высунул голову из стены испуганный Черномор. Я отбил выпад культистки.

Она хрипела, не в силах дышать, и мой воздушный аспект очень быстро слабел из-за этого заклинания. Ещё один выпад отравленной шпаги я сбил на землю, наступил на узкий клинок ботинком и услышал, как тот хрустнул. После чего оказался рядом с геоманткой, заслонился водяным барьером от обжигающей вспышки и ударил женщину гардой в лицо. Послышался хруст сломанного носа, чародейка всхлипнула, и, наконец-то, смогла вдохнуть. Однако мой клинок уже прижался к шее гостьи.

— Чем обязан Аль Абасу? — сказал я, надавив чуть сильнее. Позади слышалось сипение Снегова, запертого в земле. Саньков ругался как сапожник, барахтаясь в земле. Огонь фонарика то появлялся, то пропадал.

Я видел лицо женщины и без этого, хотя поддерживать линзу после почти полностью высосанного аспекта воздуха стало непросто. И отчаянная решимость пленницы мне совсем не понравилась.

— Регистрирую инициацию другого химического состава! — завопил Черномор из стены. — В ротовой полости.

Чёрт. Я совсем не по-джентельменски схватил женщину за нижнюю челюсть, пытаясь открыть ей рот, почувствовал, как геомантка всё-таки сглотнула, и ударил в живот, надеясь вызвать рвотный рефлекс. Позывы скрутили тело культистки, и через несколько секунд она исторгла содержимое желудка.

— Слава Истинному Строителю… — выдохнула женщина, улыбаясь окровавленным ртом и обмякла. Я почувствовал новые конвульсии, и через несколько секунд опустил на землю уже мёртвое тело. Фанатики… С ними всегда сложно.

— Выпустите меня отсюда, — вдруг заорал Снегов, забившись в объятья ловушки. Голос витязя звучал панически. — Стены давят!

Я вернулся к другу, размягчил почву, в которой тот застрял и помог выбраться. Здоровяк дёргано высвободил оружие:

— Мы должны выйти отсюда! Ваше благородие, пожалуйста! — с непривычным ужасом сказал он. Задел плечом стенку и со всей яростью обрушился на ней кулаком, выбивая себе чуть больше пространства.

— Уже выходим, Станислав Сергеевич, — попытался успокоить я перепуганного витязя. Вот уж не ожидал, что мой телохранитель из тех, кто боится замкнутых пространств. Да, стены хода давили и на меня, но в панику я впадать не спешил.

К нам пробился Саньков:

— Фух. Живы! — обрадовался он.

— Вытаскивайте её наружу… — указал я не лежащую чародейку. Фонарь лизнул окровавленное лицо мёртвой женщины.

Я обратился к Черномору:

— Мне нужно всё про эту женщину. Вообще всё, что сможешь найти! Данных предостаточно, надеюсь?

— Елена Васильевна Одуванчикова, похоронена семнадцать лет назад на кладбище Марии Первозданной в Новосибирске, — начал ИскИн. — У меня есть справедливые сомнения в достоверности этой информации. Мой анализ показывает, что даже если смерть была инсценирована, то сейчас Елене Васильевне должно быть больше семидесяти лет. Краткая биография…

Он начал перечислять, и я задумчиво кивал слушая. Одновременно помог Снегову выбраться наружу, где витязь, наконец-то, вздохнул спокойно. Хотя руки его ещё подрагивали.

— Простите, ваше благородие, — выдохнул он. — Христа ради простите за слабость… Это выше меня.

— Должны же быть и у вас слабости, Станислав Сергеевич, — задумчиво произнёс я.