Юрий Погуляй – Мертвая пехота. Книга первая. Крах (страница 15)

– Скорп доберется не раньше, чем через три дня! Не раньше! – загромыхал развалившийся в кресле грузный человек-скала с бешеными глазами. В корпусе его звали Ветродав. Голограмма лорда постоянно подергивалась рябью. Мясистые пальцы бесшумно плясали по поверхности стола. – Три дня! Вы вообще понимаете, что тараканы сделают с планетой за три дня, а?!

Лицо боевого лорда раскраснелось. Фразы он попросту выплевывал и каждый раз после этого плотно, до побеления, сжимал толстые губы.

– Три дня, будь я проклят!

– Он прав, – мягко поддержал его Дракон, невысокий, сухопарый и бледный человек с опасным огоньком в голубых глазах. – За это время мы можем потерять последние плацдармы на планете! По сводкам Калькуляторов на Раздоре остались люди Радикала. Маяк на южной базе еще работает. А значит, на планете еще идет сопротивление, и мы должны поторопиться.

– И закопать проклятых тараканов туда, откуда они вылезли! – рявкнул Ветродав и хлопнул ладонью по столу, который здесь, в каюте «Рывка», был чуть выше, чем в каюте советов на корабле шумного лорда. Поэтому Элаю показалось что тяжелая рука вошла в столешницу на несколько сантиметров.

– Благородные доры, нам нельзя торопиться, – подал голос Коса и тем вызвал разъяренный взгляд Ветродава в свою сторону. Элай про себя отметил ошибку Косы. Эти двое – новая кровь «Имперских карателей». Детища нововведений Стоика. Ни один из них не принадлежал к благородным и могущественным родам империи, и потому подобное обращение для них было скрытой издевкой. Раньше безродных даже не подпускали к должности стратега. А теперь охотно ставили у руля целых эскадрилий. Хорошо, что еще корпусами не командуют. Ведь могут и туда добраться.

Элай молчал. Его слова ничего еще не значат. Несмотря на то, что он остался предпоследним стратегом в эскадрильи Радикала. Так что пока Сепар не выйдет на связь – все решения придется принимать Ловсону. И даже если пропавший стратег объявится – по рейтингу Элай все равно выше, а значит, и ответственность будет на нем.

«Вот только не плачь!»

– Три дня – это самый лучший прогноз. Я опасаюсь, что Скорп с основными силами появится в системе через неделю, если не больше. И все это время мы будем смотреть, как там гибнут наши люди? – вкрадчиво спросил Дракон. Тихий, невзрачный, но очень сильный человек. Его изображение также подрагивало, как и облик Ветродава. Оба лорда только вышли из межсистемного портала, расположенного между Раздором и пограничной системой, и потому мощности сигнала на качественную передачу не хватало. – Посмотри отчеты Калькуляторов, Коса. Посмотри, как гаснут их жизни. Это ведь не просто лампочки, ты же знаешь.

Коса помрачнел.

– Нам необходимо действовать, – настойчиво продолжал Дракон. Его темные глаза смотрели на соратника внимательно, с тенью понимания. – Когда владыка отдавал свой приказ, он знал лишь о гибели станции. Он не знал, с чем мы столкнемся!

– Согласен. Но я собираюсь вернуться к спутнику Калькуляции и выйти на связь с владыкой. Уточнить данные.

– Чего же ты раньше не додумался до этого, а? – фыркнул Ветродав. – Сразу бы и связался.

Коса пропустил его шпильку мимо ушей, хотя ответ интересовал и Элая.

– Пока ты вернешься, Коса, пока они подтвердят право твоей крови, пока пришвартуешься, пока направишь ресурсы Калькуляторов в нужное тебе русло – пройдет время. Невероятно ценное время, понимаешь? День минимум.

– Мы солдаты, и должны подчиняться приказам, – угрюмо напомнил Коса. – Владыка приказал ждать общего сбора!

– Клянусь Глубиной, Коса, ты стал слишком старым! – возмутился Ветродав. – Там, на планете, скотские тараканы доедают солдат Радикала. А мы должны болтаться на орбите и ждать, пока старый пердун соизволит прибыть в сектор? Думаешь, он даст другой приказ? У нас свыше ста тысяч подготовленных бойцов. Мы камня на камне не оставим от таракашек!

– Там не только тараканы, – произнес, наконец, Элай.

– «Стальной клык»? – Дракон посмотрел на него как на заговоривший стул.

«Откуда мне знать? Ты уверен, что видел что-то? Ты уверен, что тебе не показалось, а?»

– Солдаты рассказывают, что среди напавших на базу были мутанты, дор Дракон.

Тот вежливо улыбнулся.

– Кто, простите?

– Мутанты, дор Дракон!

– Вас как зовут, юноша? – Лорд щелкнул пальцами, будто вспоминая.

– Это стратег Ловсон. Он замещает Радикала, – вмешался Коса.

– Ловсон? Хорошо, Ловсон. У вас есть факты? Есть хотя бы трупы так называемых «мутантов»?

– Мутантов я видел лично, – решился Элай. – И поверьте, если бы у меня было время там, на Раздоре, то я раздобыл бы вам парочку. Но как-то не до того нам было, знаете ли.

Угрожающе засопел Ветродав. Коса бросил на Элая подбадривающий взгляд, и только Дракон никак не отреагировал на иронию. Он выслушал Ловсона с рассеянной улыбкой на лице. Кивнул, глядя куда-то в сторону.

– Значит, фактов у вас нет? Только рассказы перепуганных и необстрелянных солдат императора?

Ловсон задохнулся от ярости. Это он-то необстрелянный?

– Чего ты добиваешься, Дракон? – опять вмешался Коса. – Тебе недостаточно того, что объявился «Стальной клык»? И что он вместо возвращения в лоно империи уничтожил станцию да повесил в секторе корабль радиоборьбы? Тебе не кажется это странным? Здесь явно замешано нечто большее, чем вторжение Улья.

– Дела благородных нас не касаются, дор Коса, – тихо ответил Дракон. – Всем известно, что отношения Воннерута и Стоика были далеки от дружеских, несмотря на их дальнее родство. Почему бы одному из них не мешать солдатам другого? Это в стиле Халамеров. К тому же, насколько я понимаю, еще не доказано, что на станции не был запущен механизм самоуничтожения…

– Там, внизу, нас убивали не солдаты, а тараканы, – раздраженно процедил Элай. К чему клонит Дракон? Ведь он точно чего-то добивается.

– Он прав, – поддержал его Коса.

– Ты завел себе любимчика, да? – пошевелился в кресле Ветродав. На Ловсона он даже не посмотрел. Да и на Косу тоже. – Молодое и трусливое мясо из благородных?

– Я бы попросил вас! – возмутился Элай.

Толстяк презрительно поджал губы, но так и не поглядел в сторону Ловсона:

– А то что, стратег?

– Ветродав, хватит! – попытался урезонить его Коса.

– Мой друг, действительно, не стоит ссориться. Мы все-таки на одной стороне, – Дракон неожиданно пришел на помощь Элаю. – Я хочу извиниться за то, что первым позволил себе…

– Мне плевать, доры, – прервал его Ветродав. – Щенок хотел о чем-то меня попросить! Пусть попросит!

– Я хотел бы напомнить вам о цели совета, – Коса побледнел от ярости.

– Какая цель? Сидеть и ждать? Я только время с вами теряю! – рявкнул Ветродав. – Бла-бла-бла одно. Делом надо заниматься, а не ерундой. Общайтесь дальше, но без меня. Через пять часов я буду уже на орбите Раздора. Вот что важно.

Лорд исчез – видимо, на его корабле отключили связь.

– Я буду вынужден доложить об этом… – Коса посмотрел на Дракона.

Тот пожал плечами и тонко улыбнулся:

– Я не оправдываю Ветродава, но он всегда был немного горяч.

Злость вспыхнула в Элае ярким светом, но он промолчал. Горяч – это мягко сказано. Нет, надо было все-таки вызвать на поединок жирного мерзавца. И выпустить ему кишки на арене. Закомплексованный урод! Там, внизу, копошатся древние враги империи, а он тут уязвленное благородство строит.

«После драки кулаками не машут, Элай».

– У меня тут какие-то помехи, – сообщил Дракон, и спустя секунду его изображение также исчезло. В комнате переговоров повисла неловкая тишина. Коса окаменевшим взглядом смотрел прямо перед собой, и на его скулах нервно играли желваки.

– Он сам отключился? – нарушил молчание Элай. Он все еще не верил в то, чему только что стал свидетелем. – Но почему? Как?

– Транспорт с топливом прибудет через два-три часа, стратег Ловсон, – официальным тоном произнес Коса.

– Что происходит, дор Коса? – Ловсон почувствовал неладное.

– Они вам ничего не предлагали? – вдруг поинтересовался лорд. Прищурился, изучая лицо Элая.

– Мне? А что они могли мне предложить? – изумился тот.

– Совместную атаку на Раздор, дор стратег.

– Святой Лоден, дор боевой лорд, я заперт на орбите! У меня едва хватает энергии, чтобы поддерживать системы жизнеобеспечения и искусственную гравитацию на борту! Какая, к Глубине, атака? – вспылил Ловсон. Он плотно сжал кулаки и почувствовал, как машинально ощерился. С трудом расслабил мышцы лица, надеясь, что его вспышка осталась незаметной. – О чем вы?!

– Простите, дор Ловсон, – Коса неожиданно отвел взгляд в сторону. – Незадолго до совета Дракон предлагал мне совместный штурм Раздора.

Новость совсем не удивила Элая. У лордов свое понимание чести. Кто больше принесет голов с поля боя – тот и велик.

– Но это же мятеж, – устало отметил Элай.

– Это лотерея, сынок. И, как бы мне не было неприятно, я надеюсь, что они в нее выиграют. Даже если это будет означать, что проиграем мы, – Коса тяжело выдохнул. – И я рекомендую вам набраться терпения, Ловсон. Судя по моим данным, никто лучше вас не подойдет на должность нового командира эскадрильи. Как только появится владыка – я буду свидетельствовать в вашу пользу. Не знаю, что скажет Ветродав или Дракон, но я был бы осмотрительнее и скромнее на следующем сеансе связи. Ветродав может быть и глуп, он, может быть, и слишком агрессивен, но вы пока еще стратег, а он все еще боевой лорд. Будьте сдержаннее, дор Ловсон. До связи.