Юрий Погудин – Архитектура. Диалектика. Синтез (страница 5)
Соединим подытог раздела «интерьер-экстерьер» с предыдущими результатами в единую категориальную структуру:
a) Функционально-эстетическое перво-тождество
b) Функция – Эстетика
c) Архитектурная форма
a) Конструкция
b) Планировка – Тектоника
c) Факт здания
a) Архитектурная сущность
b) Интерьер – Экстерьер
c) Здание как единство вместилища и оболочки
Предлагаемая эннеада обобщает самые основные архитектурные категории. Дальнейшее движение по намеченному пути ведёт нас к более конкретным архитектурным понятиям – таким, как масштабность, стена, окно и т.д. Мы рассмотрим их не только с отвлеченно-логической точки зрения, но и с конкретно-мифологической.
Категория масштабности
В первой главе говорилось о воплощении человеческого сознания в архитектурной материи. Этому процессу сопутствует обратный: будучи возведённым, здание начинает жить в физическом пространстве и в пространстве человеческого восприятия. Архитектурный объект воплощается (иначе, воздействует) в человеческом сознании-ощущении, в первую очередь по самой общей категории – размера или величины. В человеческом восприятии эта категория модифицируется в
Далее необходимо дать уточняющую модификацию категории масштабности в связи с человеческим телом. Человек воспринимает габариты здания уже не только как объекта «в себе», а в соотнесении с размерами своего тела. Соответственно предыдущему членению, сооружение может быть соразмерным человеческому телу, а значит и психологически комфортным. При несоразмерности здания говорят о «неопределимости физических размеров сооружения»27. Такой способ реализации размера в восприятии использовали древнеегипетские зодчие, создавая колоссальные нерасчленённые массивы пирамид. Мастера западноевропейского Средневековья, наоборот, вводили множество членений в летящую громаду пространства. Неслучайно О. Мандельштам в своем стихотворении связал готику именно с «египетской мощью»: египетские сооружения – это мощь
Обобщая вышесказанное применительно к деятельности архитектора, можно сказать, что сущность масштабности состоит в том, что, регулируя степень расчленённости объёма, можно управлять вариантами воплощённости его размера в восприятии человека, то есть увеличивать, уменьшать или выявлять эквивалентно относительно реально-физическому. Архитектор выбирает тот или иной способ синтеза размера здания и его восприятия человеком в зависимости от характера воплощаемого им мифологического эйдоса. Приведем ещё примеры из классики и современности. Множество вариантов «прямого соответствия пропорционально-масштабных характеристик архитектуры размерам человеческого тела находим в опыте античности… <…> Однако древние греки, а вслед за ними и римляне, создавая пространства для обитания и деятельности людей, приспособленные к человеку и сомасштабные ему, никогда не забывали о том, что дом бога – храм, должен обладать другими качествами и другим масштабом, чем жилище человека, чтобы человек, входящий в храм, чувствовал, что он идёт не в свой дом, а в дом бога»28.
В современной архитектурной практике имеются примеры иного применения средства масштабности, связанные не с мифологическими установками, а с развитием архитектурной науки как таковой. Так, одним из основных положений советского рационализма, выдвинутым Н. Ладовским, была «экономия психической энергии при восприятии пространственных и функциональных свойств сооружения»29. Согласно этому тезису, архитектор должен прилагать все усилия для того, чтобы геометрические характеристики здания прочитывались максимально адекватно. Противоположный подход наблюдается, например, в работах финского архитектора Реймы Пиетиля, не открывающего всего сооружения целиком и внезапно поражающего вошедших внутрь огромностью интерьерных пространств.
Также заметим, что относительность масштабности состоит в ее зависимости от возраста воспринимающего человека, от его роста, а также от специфических особенностей процесса зрительного восприятия форм и пространств30.
Диалектика функции
Основная функциональная типология зданий и помещений выводится нами на основе триединого иерархического строения человеческой природы. Соответственно триаде духа, души и телу будем различать:
1)
(культовая, храмовая архитектура)
2)
(музеи, театры, университеты, библиотеки, культурно-общественные центры и т.д.)
3)
(рестораны, гостиницы, промышленные здания и сооружения и т.д.)
Далее, можно провести то же тройное деление в системе внутренних помещений внутри жилого дома. Ведь жилой дом – такой тип здания, который вмещает практически все функции человека. К оформлению и реализации телесных потребностей относятся такие помещения, как
Таким образом, возникает первая функциональная антитеза – сакральных, священных и обыденных помещений как в общей структуре здания, так и в различии между типами зданий. Ю. Лотман пишет об этом так: «Дом (жилой) и храм в определённом отношении противостоят друг другу как профаническое сакральному. Противопоставление их с точки зрения культурной функции очевидно и не требует дальнейших рассуждений. Существеннее отметить общность: семиотическая функция каждого из них ступенчата и нарастает по мере приближения к месту высшего её проявления (семиотическому центру). Так, святость возрастает по мере движения от входа к алтарю. Соответственно градуально располагаются лица, допущенные в то или иное пространство, и действия, в нём совершаемые. Такая же градуальность свойственна и жилому помещению. Такие названия, как «красный» и «чёрный угол» в крестьянской избе или «чёрная лестница» в жилом доме 18-19 вв., наглядно об этом свидетельствуют. Функция жилого помещения – не святость, а безопасность, хотя эти две функции могут взаимно перекрещиваться: храм становится убежищем, местом, где ищут защиты, а в доме выделяется «святое пространство» (очаг, красный угол, защитная от нечистой силы роль порога, стен и пр.)»31.
Мы обозначили антитезу идеальной (духовно-душевной) и материальной (телесной) функций. Возможен ли их синтез?
Если в понятие материальной функции включить функцию защиты от неприятеля (фортификационную), то одним из ярких примеров синтеза является Афинский акрополь. Акрополь, укреплённая часть древнегреческого города, по определению, выполняет двоякую функцию – содержит храмы божеств, под покровительством которых находится город, и служит убежищем для горожан во время нападений32.
Другой пример синтеза – средневековый монастырь. Это и место жительства монахов, и оборонительная крепость, и перекрестие торговых путей, цель паломников, не говоря о само собой разумеющейся главной функции содействия спасению души.
Соответственно функциям общения (социально данное тождество), уединения (социально данное различие) и их комплексному сопряжению различаются пространства общения (гостиная, кухня и т.д.), пространства уединения (кабинет, спальня и т.д.), смешанные типы пространств. Заметим, что оппозиции идеальной – материальной функций и функций общения – уединения не коррелятивны и потому взаимно перекрещиваются в системе жилых пространств. Так, кабинет и спальня, противоположные по первой из указанных антитез, тождественны по второй в функции (уединения).
Следующая, не менее важная антитеза функциональной сферы, – это противоположность жилого пространства, места отдыха и пространства работы. В мегаполисах эта антитеза причиняет множеству людей дискомфорт от пространственного разрыва «спальных районов» и учреждений, предприятий, офисов, сгрудившихся в центральной части города.
Интересен синтез функций жилья и работы на уровне отдельных домов. Здесь опять вспоминается жившая и в Средневековье традиция размещения жилого помещения и помещения работы (на первом этаже) в одном здании. В современной архитектуре имеются примеры такого синтеза. Так, в Берлине построен комплекс вилл, каждая из которых «выполняет, помимо жилой функции, задачи элемента инфраструктуры. Достигается это тем, что каждую виллу заселяет предприниматель, чьё предприятие занимается обслуживанием населения и располагается оно в этом же доме <…>. Такой необычный для современного градостроительства приём обеспечения «соцкультбытом» по существу возрождает забытые сегодня традиции, когда купец жил над своей лавкой… Совмещение в одном корпусе жилья и места приложения труда выступает с одной стороны в качестве эффективного метода экономии городской земли, а с другой стороны позволяет воздвигать значительные строительные объёмы, несущие в себе репрезентативную сущность, важную для хозяина и обеспечивающую градостроительную значимость здания»33.