Юрий Петросян – Древний город на берегах Босфора (страница 5)

В то время Византий был одним из самых верных сторонников Афин. Когда возникла ситуация, благоприятная для создания нового объединения греческих полисов вокруг Афин, одним из инициаторов^ его организации стал именно Византий. В 378 г. дон.э. Византий оказался в числе пяти городов с демократическим устройством, которые приняли решение заключить союзный договор с Афинами, находившимися в тот момент в состоянии войны со Спартой. В числе этих городов были также Хиос и Митилены. Договоры Афин с этими городами заключались вначале как двусторонние, а потому византийские послы побывали в Афинах, где их принимали с почетом. Так через столетие после создания Афинского морского союза возникло новое надгосударственное образование, которое вошло в историю под названием Второго Афинского морского союза. Он отличался от своего предшественника тем, что несколько десятков присоединившихся к нему городов обеспечили себе закрепленную в соглашении автономию во внутренних делах. В компетенцию Афин входили главным образом вопросы внешней политики. Члены союза не вносили фороса, который был памятен как обременительная и унизительная дань Афинам, они договорились о добровольных взносах на военные нужды. Такие условия объединения были очень выгодны византийцам. Город обеспечивал себе и защиту от спартанцев, и экономическое процветание.

В первые годы после создания союза афиняне не вмешивались во внутренние дела Византия, но затем начали вновь проявлять стремление к господству. Вследствие этого среди византийцев стали крепнуть антиафинские настроения. В 364 г. до н. э. в черноморских проливах появилась фиванская эскадра под командованием Эпаминонда. К тому времени Фивы превратились в одно из самых сильных государств Греции. Византий вышел из Афинского морского союза, решив в дальнейшем опираться на помощь Фив, которые были заинтересованы в союзе с богатым торговым городом. Однако афиняне послали к Византию большой флот и силой вернули византийцев в Афинский союз. С тех пор отношения между Афинами и Византием носили далеко не дружественный характер. Теперь уже Византий не был представителем и торговым посредником Афин на понтийском торговом пути. Более того, византийцы позволяли себе действия, направленные прямо против Афин. Например, они нередко принуждали афинян разгружать суда в порту Византия и захватывали груз (обычно это бывал хлеб). Афиняне были вынуждены регулярно направлять в проливы военные корабли для охраны караванов судов с зерном. Примечательно, что местом стоянки афинских военных кораблей была в тот период не гавань Византия, а небольшой залив на азиатском берегу Босфора. Антиафинские настроения жителей Византия проявлялись и в том, что силой возвращенный в Афинский союз город продолжал поддерживать с Фивами самые дружественные отношения. Византий даже оказывал Фивам материальную помощь в трудные для тех времена.

В 357 г. Византий заключил союз с рядом городов, также стремившихся разорвать ставшие тягостными союзнические связи с Афинами. Образовался новый союз, в который кроме Византия вошли Хиос, Родос, Кос, Селимбрия и Калхедон. Это было весьма сильное объединение морских городов, располагавшее значительным флотом. Во всяком случае, когда Афины направили против них свой флот, ему не удалось одержать победу. Не смогли афиняне на этот раз и силой овладеть Византием. А вскоре афинский флот потерпел тяжелое поражение в бою с эскадрой союзников. В результате в 335 г. до н. э. союзные морские города окончательно отделились от Афин. Отныне Афины окончательно утратили гегемонию в черноморских проливах.

Последующий, почти полуторавековой отрезок истории Византия был периодом его бурного экономического роста. Быстро развивалась торговля боспорским хлебом через понтийский морской путь, имевшая теперь огромное значение для всей Греции и неуклонно увеличивавшая доходы Византия. Существенным источником доходов византийцев мало-помалу становилась и работорговля.

Торговля Византия была свободна от контроля извне, и значительная часть получаемых от нее доходов, в том числе от транзита, шла в казну, способствуя процветанию города. Порт Византия все более расширялся, принимая суда всех крупнейших торговых городов Средиземного и Черного морей.

Обладая значительным флотом и войском, Византий распространил свое влияние на соседние города Пропонтиды. Он установил контроль над Селимбрией и Калхедоном. Именно тогда начали намечаться контуры будущего огромного города, раскинувшегося на обоих берегах Босфора.

Жизнь Византия в описываемую эпоху характеризовалась почти полной утратой влияния землевладельческой олигархической знати. В городе укрепился строй рабовладельческой демократии. Однако гражданскими правами обладала сравнительно небольшая часть жителей, ибо наряду с рабами их были лишены и многочисленные иностранцы — метеки. Дешевый рабский труд получал все более широкое распространение в сельском хозяйстве и ремесленном производстве. Богатство отдельных жителей стало достигать весьма значительных размеров. Все это не могло не порождать недовольство беднейших слоев. Источники свидетельствуют о том, что уже на рубеже IV—III вв. до н. э. в процветавшем городе не раз проявлялось недовольство мелких ремесленников и торговцев, вызванное имущественным расслоением среди свободного населения.

В тот период византийцам вновь пришлось сражаться с фракийцами. Один из фракийских царей, Керсаблепт, часто тревожил византийцев, вторгаясь в пределы городской округи. Общие интересы сблизили Византий с Перинфом — городом, которому также угрожал Керсаблепт.

Яркой страницей истории Византия стала его борьба против македонского царя Филиппа II, с именем которого связано превращение Македонии к середине IV в. до н. э. в мощнейшую державу Балканского полуострова и установление македонской гегемонии над Грецией. Филипп понимал выгоды, которые сулило македонянам обладание таким портом, как Византий. В период, когда войска Филиппа завоевывали земли Южной Фракии, между македонянами и византийцами был заключен союз, который, однако, оказался непрочным. После завоевания Фракии корабли македонян начали препятствовать торговле афинян, захватывая их суда в проливах. От нарушения торговых связей через понтийский морской путь начал, естественно, терпеть ущерб и Византий. Поэтому там все большую популярность приобретала идея союза с афинянами против Филиппа. Афины тоже были склонны пойти на союз с Византием, ибо было очевидно, что Филипп намеревается установить свой контроль над жизненно важным для афинян торговым путем, их главной хлебной артерией. К тому же размах морских операций Филиппа в проливах стал настолько значительным, что их жертвами стали многие десятки афинских торговых судов. Филипп пытался заставить Византий выступить на его стороне против Афин, но византийцы отвергли эти притязания. Видя, что нападения войск Филиппа городу не избежать, византийцы начали переговоры о союзе с Афинами, послы были направлены также на Родос и Хиос. Тем временем сами византийцы начали оказывать вооруженную помощь Перинфу, который осадило македонское войско. Тогда Филипп решил захватить Византий.

Воспользовавшись тем, что основная часть военных сил византийцев участвовала в обороне Перин-фа, Филипп приказал, не снимая осады Перинфа, перебросить половину армии к почти беззащитному Византию. Это произошло в 340 г. до н. э. Героизм и стойкость защитников города оказались столь велики, что македонянам так и не удалось взять Византий штурмом. В одном из декретов афинского народного собрания той поры воздавалась хвала жителям Византия, их доблести при отражении врага. Беспредельное мужество, проявленное горсткой защитников города, позволило им продержаться до прибытия подкреплений с Хиоса, Родоса и Коса — старых союзников Византия. Они прислали большой флот, а вскоре в проливы прибыли и морские силы афинян. Осада Византия со стороны моря оказалась отныне для Филиппа невозможной. Тогда македоняне усилили натиск со стороны суши. Одновременно Филипп решил погубить руководителя обороны города — Леона. Он переправил в Византий подложное письмо, из которого явствовало, что Леон — изменник. Византийцы поверили клевете, и Леону грозил суд сограждан. Не сумев или не пожелав оправдаться, Леон покончил с собой.

Филипп стянул к стенам Византия мощную осадную технику. Для снабжения македонских войск через Золотой Рог была сооружена дамба из камней и земли. Войско Филиппа разорило окрестности города. Однако осажденные отражали все атаки македонян. Не помогли воинам Филиппа и высоченные осадные башни, тараны и катапульты. Стены Византия уже в который раз оправдывали свою славу. Положение осажденных облегчалось и тем, что корабли союзников регулярно доставляли им продовольствие и подкрепления. Македоняне устали от затянувшейся осады. Тогда царь приказал прорыть подкопы под стенами. Но и тут македоняне не добились успеха. Когда темной ночью под проливным дождем они сделали попытку проникнуть через подкопы в город, византийцев не удалось захватить врасплох. Этот эпизод породил много легенд. В одной из них говорится, что в ту ночь над Византием зажгла свой факел, предупреждая об опасности, богиня Геката Светоносная, и защитники города были подняты на ноги лаем собак. Убедившись в бесплодности своих попыток, Филипп вынужден был снять осаду и отказаться от мечты о господстве над проливами.