Юрий Окунев – Первый Артефактор семьи Шторм 6 (страница 6)
— Он был в спячке долгие годы и ослаб. Плюс, как оказывается, у меня есть некоторый иммунитет к Дару контроля. Уже не в первый раз спасает.
Внутри раздался хохот. Что ж, я могу понять запертого бога — скорее всего все мои прошлые «предчувствия» и возможности заметить Дар контроля его заслуга. Он берёг моё тельце, ожидая подходящего момента.
Но в итоге оказался прикован к древу перерождения, ожидая, пока оно высосет из него все соки.
— Я в порядке и сейчас не время думать о вернувшемся так неожиданно божестве прошлого. Сейчас нужно подготовиться к борьбе.
— Ты имел в виду к войне? — уточнил Сухов.
— Нет, — замотал головой. — Есть шанс не дать войне начаться, ограничиться мелкими стычками. Есть большой проход между мирами, который скорее всего попробуют использовать демоны. И нам нужно его закрыть прежде, чем они войдут сюда.
— Как ты это сделаешь, Сергей? — спросил Черкасов.
— Мне помогут Церберы. — Увидев недовольство на лицах своих людей, дополнил: — Они сами предложили. У них есть какой-то план, и я со своими артефактами смогу закрыть разрыв. — А про себя подумал: также божественностью, как и юный Привалов, но об этом им знать не стоит. — Высшие демоны не смогут войти в наш мир и защищаться станет в разы проще.
— Разумно: перекрыть главную транспортную артерию. Я так понимаю, что она единственная, да, Шторм? — Черкасов смотрел испытующе.
У меня не дрогнул не единый мускул, даже когда Кефир начал двигать бровями, показывая, что я дурак.
— Главный проход один, — обтекаемо ответил я. — Закрыв его мы получим преимущество.
— Ты уверен, что сможешь закрыть его? — уточнил Максим.
Нет. Но кто сказал, что нельзя попробовать. Но вслух я сказал иначе:
— Я обсужу этот вопрос с Церберами, узнаю их данные, после чего уже смогу составить итоговый план по подготовке. После мы сможем запереть демонов по ту сторону.
— А если не получится закрыть? — весомо спросил Черкасов, и все снова затихли, пристально глядя на меня.
Я видел беспокоящиеся глаза, лица соратников, которые со мной фактически с первого дня появления в этом мире. Они до сих пор не знают, кто я, но доверяют несмотря на то, что из-за меня уже не раз страдали.
Вплоть до смерти.
— Меня может испепелить, — честно ответил я, но прежде, чем они начали отговаривать от миссии, поднял руку: — Однако я сделаю всё возможное, чтобы этого не произошло.
— Обычные артефакты не справятся, — не спросил, а утвердительно сказал Антон, а Андрей кивнул.
— Не справятся. Но у меня есть варианты посерьёзнее. Отступать некуда. За нами столица, планета и те, кто в нас верит.
И кто нас любит.
Мужчины молча кивнули, принимая мои слова. Никто не пытался отговорить, переспорить, предложить уйти. Все понимали, что я — один из тех, кто сможет. Из тех, кто уже доказал, что может добиться успеха и победить, даже ценой сломанных рёбер и обгоревших до кости рук.
— Дайте мне сутки, я приду в себя. Смогу откачать вас, если что, — сказал Максим.
Черкасов и Сухов стукнули пацана по плечам, от чего тот сморщился. Однако его глаза улыбались.
Через полчаса я уже набирал номер Церберов:
— Нужно встретиться и обсудить разрыв. Уверен, что вы уже нашли самый крупный.
Анна в трубке несколько мгновений молчала, явно взвешивая, что ответить.
— Хорошо. Завтра утром. Мы подготовим план и пригласим… остальных участников.
На этом мы и сошлись.
После чего я ушёл в подвал, попросив никого меня не беспокоить. Кроме Кефира, понятное дело.
Лис тихо спустился вслед за мной, изучил Инъектор, мягко касаясь его прохладной поверхности носом.
— Не пробовал вытягивать из него силу? — спросил я, проверяя, взял ли всё, что требовалось. В этот раз у меня было очень много металла и камней.
Лис помотал головой.
— Сейчас нельзя этого делать. Угроза демонов — это тебе не игрушки. Вся энергия тебе понадобиться, ничего лишнего не будет. Я себе не прощу, если тебя размажет из-за того, что Инъектору не хватит пары процентов заряда.
— Всё настолько плохо с закрытием разрывов? — почувствовав беспокойство уточнил я.
— Думаешь, почему богов так много? — Глаза Кефариана блеснули. — Потому что держать защиту непросто. Людей много, это ваш, точнее их плюс. Но качество вашей силы также имеет значение. Пока что основная работа всё равно на богах — прошлых и будущих.
— Думаешь, Кирилл станет полноценным богом.
— У него только два варианта: или стать им, или умереть пытаясь.
Разговор сам собой затих, и я перенёсся через алтарь в секретную комнату. Здесь меня ждал мой новый и самый важный проект.
Махина артефакта начинала довлеть надо мной, но пока что это был лишь каркас, голый скелет без мышц и кожи. И для начала мне нужно было всё это ещё раз укрепить, а только потом начать подготавливать «красоту».
Я уселся за стол, который также незаметно притащил сюда, пока все пытались разобраться с ремонтом наверху. Не самый удобный, но сейчас секретность и важность разработки перевешивала даже больную спину.
Снова вспомнилась прошлая жизнь, чего не было уже несколько недель. Тогда я также сидел в скрюченной позе и полировал кристаллы для артефактов вне рангов. Тогда это длилось десятилетиями, а я отдавал все силы, чтобы успеть подготовить их до смерти бренной оболочки.
Сейчас немного проще, потому что многие металлы, даже обычная сталь, могли удерживать силу Дара в себе. Это означало, что я мог сделать даже несущую конструкцию напитанной Даром, избегая при этом дороговизны (как танк из золота) и лишнего усложнения (как нанесение трёх слоёв фольги с разными рунами для укрепления и усиления).
Следующие два часа я наносил руны на сталь, обвязывал крепления вязью, запечатывал контурами.
В нескольких местах пришлось переделать прошлые наработки, потому что нашёл ошибки. А один узел даже выбросил, потому что не сошлись полярности нескольких кристаллов и пришлось заменить на титановый профиль.
Затем я приступил к подготовке «сердца» артефакта, который поможет связать всю конструкцию — сложную, многосоставную — воедино. Здесь я щедро использовал металлы и кристаллы с атрибутом крови, добавляя немного аметистов и других ментальных ресурсов.
Когда я крутил в пальцах, отсекая грани на особо крупном аметисте, почувствовал, как заворочался в плену Бог Контроля.
— Не шурши, отвлекаешь, — сказал я ему мысленно.
— Убери эту хрень, качество ниже, чем яйца таксы.
Я внимательно посмотрел на камень, но ничего странного не увидел. Хороший крупный аметист.
— Да ты примени свой Взгляд, артефактор хренов. Не обычный, а нормальный, божественного уровня. Я же чувствую Дар контроля, как ты чуешь артефакты.
Это могла быть ловушка. Только какая? Пока я использую
Ладно, рискнём.
Сосредоточившись, изучил аметист и вдруг увидел: внутри него была небольшая полость. Она почти не влияла на потоки энергии, поэтому обычный
Но вот при нагрузке или атаке эта полость может выдать совершенно не нужны мне резонанс и рвануть. Оторвав мне ногу. Или задницу.
— Вот видишь, артефактор, — довольно сказал Контролёр. Я решил его так называть. — Это моя стихия.
Я не стал отвечать, продолжив собирать свой проект, выбросив плохой аметист, взяв вместо него два других и сразу проверив их
Лис, который даже не заметил моего общения с самим собою, сидел рядом на столе, иногда мотал хвостом, оглядывался. Пару раз он отходил и телепортировался через алтарь домой, проверяя, как там дела и как Инъектор запирает разлом под моими домом.
— Стал немного, но уже. Процесс идёт, — успокоил он меня. — Но взять Инъектор тебе всё равно придётся.
Я лишь кивнул. Мой главный козырь. И моя главная слабость. Мишень на спине, которая никуда не делать, а лишь временно потеряла в цене. Но стоит мне закрыть разрыв между мирами, как все вспомнят, что у Шторма нет сил защищаться.
Если, конечно, правильно подловить момент.
Я зло усмехнулся, оглядывая свой артефакт. Сейчас он уже был на две головы выше меня и от него исходила спокойная, но мощная энергия земли и огня.
А вот когда я добавлю всё остальное… К нему будет страшно подойти не только человеку с некоторыми атрибутами, но и демону с крупными рогами.
Штормы вновь займут своё место в этом мире.
Спать я пошёл в два ночи, чтобы успеть привести мысли в порядок. Написал Ангелине и ребятам, сказал, что заеду после встречи у Церберов. Девушка ответила через три минуты.