Юрий Окунев – Город Кондора (страница 14)

На помощь пришли расчёты. Не просто искусственные модели, которыми развлекали себя математики на протяжении столетий, а полноценные цифровые копии реальности. Каждый шаг, каждое решение загружались в компьютеры, становясь частичкой уравнения. И компьютеры стали подсказывать, что делать и как уменьшить риск.

А потом удалось создать «Глубину» – симулятор реальности, где воссоздана каждая сторона бытия. Она позволила построить альтернативную вселенную напрямую в мозгу. Полное погружение ускорило обучение, а постоянная обратная связь и изменение параметров позволили определить, в чём лучше всего себя проявит конкретный человек.

Человечество придумало способ найти призвание для каждого.

В итоге каждый занят своим делом. Уровень счастья, эффективности, стабильности вырос. Человечество выжило. И двинулось дальше.

Движение вперёд и поддержку системы обеспечивают Наблюдатели. Они же следят за выполнением подсказок машин, за появляющимися рисками. И если что-то идёт не так, передают дело в руки Исполнителей. А те, в свою очередь, готовы и трубу прочистить, и вирус уничтожить, и оружие против немногих оставшихся врагов применить.

Крыло Исполнителей, докуда наконец дошли Кир и Мио, всегда жужжит, трещит и пахнет. Слышен звук сварки, и выползает из щелей немного приторный и горьковатый запах. Доносится стук молотков о металл и кулаков – о набитые песком груши. Рычат движки транспортных «сосисок», байков «Хайвеев», бронированных «Лонов» и прочего автопарка.

И, разумеется, куда же без него: запах наваристого кофе вперемешку с запахом машинного масла, которое потребляют наравне как люди, так и машины. Если вовремя не смазать протез, то его обязательно заклинит в критической ситуации. Неудивительно, что даже Мио, как Наблюдатель, пахла маслом – ей приходится смазывать свои когти, чтобы они переходили в боевое состояние моментально. А кофе помогает поддержать в таком же боевом состоянии психику и обычное тело.

Они не зашли в основной ангар, а сразу отправились в отсек команды Кира. Бывшей команды, поправил себя Кир. Команды, у которой один боец погиб, двоих отправляют на лечение, а командира – в бессрочный отпуск в связи с расследованием. И это всё чуть более чем за сутки.

Если вчера здесь гудел холодильник, то сейчас гудел Ли, чьи возмущения было слышно даже в коридоре за закрытой дверью.

– Наши повреждения не такие страшные! Какого эрху3 нас выводят в запас? Делов-то: вправить тебе ногу, обновить мне руку, дать три дня на тренировку – и в бой. Командор бы такого не допустил!

В этот момент Кир вместе с Мио зашли в отсек.

– Приятно слышать, что ты такого мнения обо мне, Ли. Даже после того, как ушёл из моей команды.

– Командор? – Ли сначала побледнел, а затем кинулся к нему и обнял. – Командор, ты можешь вернуть нас в строй? Не давай нас списать! Что мы будем делать больше месяца в санатории? Это же настоящий ад!

– Не суетись, Ли, – отодвинул его Кир. – Если ты слышал решение Наблюдателей полностью, то я сейчас в отпуске. Бессрочном. Верно, Мио?

Девушка, которая осталась стоять в дверях, кивнула.

– Командор, но почему? Ты же ничего не делал? Я сам видел, как в тебя стреляли, ты действовал по обстановке. Откуда появилась та картинка, непонятно. Но как быть? Посмотри, Кирк вообще впал в ступор!

Командор не стал отвечать, что Ли и Кирк подали прошение об уходе из-за того, что погиб Антон, пусть они и знали, что в их работе потери неизбежны. И как-то он не заметил их сопротивления во время просмотра в зале памяти. Но вот когда он посмотрел на Кирка, все его мысли и ехидные замечания испарились.

Боец сидел на своём сидении, без брони, без механической ноги, с наполовину подстриженной бородой, и смотрел в одну точку перед собой.

– Он так сидит с момента сообщения, – прошептал Ли, будто только что не орал. – Вот прямо во время бритья остановился, отошёл от зеркала и сел.

Действительно: голографическое зеркало продолжало висеть в воздухе, показывая последний кадр – отвернувшегося от него Кирка.

– Кирк, ты меня слышишь? – спросил Кир.

– Он не реагирует ни на что, – продолжал шептать бледный Ли. Он мял в кармане бумажку от энергетического батончика, и она противно шуршала.

Командор поморщился и приказал:

– Кирк, доложить обстановку.

По телу бойца прошла волна, и его взгляд стал осмысленным. Кирк повернулся к командиру, мягко улыбнулся, словно увидел котёнка, и сказал:

– О, Командор. Рад тебя видеть. Новости слышал? – Он засмеялся, словно озвучивал старый фильм ужасов. – Мы теперь умрём. Все умрём. Как Антон. Нет, хуже.

– Что ты несёшь, Кирк? – спросил Кир, и даже Ли, к которому Командор не обращался, вжал голову в плечи.

– Антон ушёл раньше этого позора. Командор, нас выбрасывают. Все знают, что ссылка в санаторий – это первый шаг к увольнению. Сначала упадут характеристики. Потом начнут отказывать импланты, которыми долго не пользовался. Экран статистики окрасится в красный, а потом – в чёрный.

Кирк вновь отвернулся и принялся смотреть перед собой. По его криво побритому лицу блуждала улыбка праведника, восходящего на костёр. По крайней мере, картинки именно с такими людьми показывала Киру мама в детстве.

Руки Командора коснулась Мио.

– Мы займёмся им. Я попрошу знакомых поработать с Кирком и Ли. Они лучшие.

– Лучшие – это те, кто убедит нас, что увольнение – это лучший выход? – спросил с вызовом Ли, продолжая шуршать бумажкой.

– Нет, не так. – Мио включила свой металл, и Ли присмирел. – После санатория вас ждёт долгая и преданная служба «Группе» и человечеству. Ведь человечество стоит?

– Человечество стоит, – эхом ответил Ли.

Кирк продолжал смотреть в одну точку.

В этот момент за дверьми загрохотали ботинки, и несколько человек из общего ангара в простой, не боевой, форме подошли к дверям.

– Командор, приятно слышать, что с вас сняли обвинения. – МакКортни, начальник транспортного отдела, пожал Киру руку. – Нам приказано доставить ваших ребят к профессионалам для восстановления. Жаль, что им это потребовалось. – Ему почти удалось скрыть самодовольство в голосе.

– Да, слышал. – Кир кивнул, не обостряя ситуацию, и показал пальцем на своих бойцов. – Проследите, чтобы они добрались в целости и сохранности.

– Да, ничего с твоими орлами не случится, Командор. – МакКортни организовал сборы вещей, с хитринкой поглядывая на двух бойцов, которых выпихнули из игры.

Его ребята помогли поднять Кирка, который не реагировал на происходящее.

– Такое я уже видел, – тихо сказал транспортник и, обращаясь уже к Мио, добавил: – Надеюсь, ваши ребята помогут ему. Нам нужны бойцы их уровня.

Кир не поверил его словам, но взять его за шиворот и «уточнить нюансы» не мог. Не в том положении.

– Мы сделаем всё возможное, – ответила Мио. Почему-то её глаза сверкали зелёными искорками почти так же ярко, как во время психологического допроса Кира. Видимо, не только Киру показалось, что начальник неискренен.

Ребята уже выходили из комнаты, когда Кир вспомнил и крикнул Ли:

– Эй! А мои доспехи где?

– Их отправили на утилизацию. Ещё вчера. Кито приказал не оставлять этот хлам и уничтожить. Говорит, что планирует выдать тебе новую броню, когда вернёшься в строй, – сказал Ли и скрылся в коридоре.

Старые предохранители, которые так и остались лежать в шлеме, утилизировали вместе с доспехами. Сомневаться в этом не приходилось. Кир молча сел на сиденье, откинулся на спинку и закрыл глаза.

Сердце билось через силу, а лёгкие судорожно сжимались. Ему пришлось сосредоточиться, чтобы не дышать слишком шумно. Ходячий детектор лжи всё ещё находился рядом.

После глубокого вдоха и медленного выдоха он открыл глаза и глянул на Мио. Она, наклонив голову, смотрела на него беспристрастно и холодно. Их взгляды встретились. Его простые, поблёкшие глаза смотрели устало, он даже чувствовал вокруг них морщинки на сухой коже. Её – переливались зелёными бликами продвинутой техники, созданной для тщательного анализа каждого шага окружающих людей и событий. У Кира мелькнула мысль, как же красиво в некоторых людях сочетается человеческое и искусственное, как тонкая резьба мастера по кости древнего мамонта. Ведь если бы не импланты, она смотрела бы на него простыми тусклыми глазами, а не этими переливами…

Глаза Мио отвлекали от проблемы, уводили прочь. Несмотря на это, сама задача никуда не делась: Командору в ближайшее время необходимо найти замену предохранителям и сделать это без поддержки Марты и даже руки.

Глаза девушки перестали переливаться, и она протянула Киру руку:

– Пошли. Тебе нужно вернуться домой и отметиться там. Это условия твоего отпуска.

Он взял её за руку и встал:

– Этот отпуск слишком похож на прогулку на поводке.

– В отличие от обычного случая, размер твоего мира зависит от скорости, а не от длины поводка.

– Спасибо, поддержала, – улыбнулся он ей в ответ.

Они вместе дошли до станции монорельса, она впустила его в вагон и на прощание сказала:

– Завтра я тебе принесу ID-карту, сможешь и в вагон зайти, и хот-дог купить. – Она всё-таки заметила его голодный взгляд в сторону автоматической будки. – А мы продолжим разбираться в том, что происходит.

– Спасибо, – успел сказать Кир прежде, чем дверь вагона закрылась, отсекая его от Мио.

Она не махала ему на прощание, хотя выглядело бы это вполне естественно. Она просто проводила вагон взглядом до поворота, за которым он и скрылся.