Юрий Низовцев – Об информационной картине мира (страница 3)

Само по себе «погружение» сознания в конечное живое существование раз за разом и есть решение проблемы сохранения себя в качестве активного.

Существование в вещах и среди вещей, а также рядом с иными формами сознаниями в виде живого, с одной стороны, позволяет сознанию по реакциям окружающего на свои действия корректировать структуру собственного ядра, чтобы не утерять способность к стремлениям по сохранению своей коренной особенности – активности, а с другой стороны, позволяет пытаться использовать изменения, которые оно способно так или иначе ощущать и/или осознавать, с пользой для себя, а не во вред.

Разнообразие ситуаций в каждом конечном существовании для любого индивидуального сознания означает обретение им в бесконечном числе частиц сознания только одному ему присущего лица.

Тем самым исходные частотные сбои в структуре активного (сознания) не приводят его к катастрофе (распад, или потеря формы), поскольку ядро активного в форме сознания живого существа восстанавливается в конечном живом существе, что, к тому же, делает сверхвысокочастотную волнообразную голографическую проекцию вневременной бесконечности устойчивой в целом, а каждую частицу сознания – способной участвовать в формировании времени и, как следствие, вещных миров во времени.

Таким образом, конечное необходимо бесконечному не только для функционирования мироздания как вневременной и вместе с тем временной системы, которая этим самым удерживается в равновесии, но и для стабилизации активного (сознания) в мироздании, что делает активное неизменным и вечным по своей сущности, но вместе с тем бесконечно меняющимся.

К тому же, восстановлению ядра активного в бытии способствует и то, что распадающиеся пассивные объекты бытия энергией собственного распада как бы подпитывает сознание в живом, которое и за этот счет получает возможность восстанавливать свое ядро, в свою очередь затрачивая часть этой энергии распада на восстановление пассивных объектов в иных формах, тем самым обновляя как себя, так и их.

Глава 1. Человек, информация и текущее время.

О человеке много сказано, но отнюдь не основное, которым является то, что он есть не что иное как информационно наиболее эффективный конвертер всего, воспринимаемого им, в текущее время, создавая условия для изменения и развития в рамках собственного сознания, а также вместе со всем остальным меняющимся живым удерживая мироздания от падения в небытие.

Человек в своих сообществах есть абсолютный нонсенс.

Несмотря на то, что он, в отличие от всех остальных живых существ способен осознавать свое существование во времени и менять собственное окружение в соответствии со своими вполне целенаправленными проектами и даже интересами, он в лице самых выдающихся умов в своей истории до сих пор не знает – зачем он существует в таком качестве и что с ним будет дальше.

Расстройство от такого «подвешенного» состояния волей-неволей обратило его внимание сначала к внешним силам, как именно тем, которые произвели его для каких-то собственных нужд, что выразилось в известных нам религиозных формах, процветающих и ныне.

Однако, с течением времени, человеку стало обидно уповать на какое-то внешнее, непонятное и неизвестное, которое вдруг его произвело, и он провозгласил себя венцом вселенной по той простой причине, что только он умеет мыслить, его разум беспределен и никакого Бога ему не нужно, так как он сам творец и всё ему под силу.

Такого рода крайности, несомненно, свидетельствуют соответственно об ограниченности ума человека и его самонадеянности, а, в совокупности, о глупости, поскольку он до сих пор не осознал, с одной стороны, свою значимость в мироздании, а, с другой стороны, собственную конечность и искусственность.

Правда, надо казать, что препятствием к этому осознанию служит окружающая человека жизненность всего – бурление природы, независимое шествие планет, закономерность и историзм всего сущего, наличие прогресса в форме развивающейся цивилизации и т. д.

Однако, если взять хотя бы все великие творения человечества как в культуре, так и технологиях, то куда всё это денется, когда человечество исчезнет с лица Земли, что неизбежно произойдет в силу его конечности, не вечности как Земли, так и самой Вселенной?

Значит, человек в своих сообществах вовсе не венец мироздания и не он управляет им.

Получается, вроде бы, что правы церковники со своими молитвами к неизвестному им самим внешнему, которое они воспроизводят в своем уме за неимением данных о нем на манер человека, полагая, что этот Бог есть разумное, живое существо по той причине, что он создал всё, в том числе и свой образ в виде разумного и живого – человека, наделив Бога, к тому же, что крайне противоречиво, тем отличием от человека, что Богу присущи свойства, которые отсутствуют у людей: абсолютная единичность, бесконечность, неизменность, всемогущество, вездесущность и всеведение.

Обычная логика указывает на то, что подобное сверхъестественное высшее существо не более чем надуманный фантом. Но за кого еще можно было бы зацепиться?

Явная противоречивость этого «существа» отступала под натиском его необходимости в страшном и непредсказуемом мире быстротекущего времени, в котором опасность подстерегает человека на каждом шагу, а смерть является неизбежностью.

Поэтому каждый скрывал надежду найти за пределом этого гибельного порога хотя бы покой, несмотря на то что по любому здравому рассуждению вне времени и пространства живое и разумное, да еще в единственном числе, проявиться никак не способно.

Тем не менее, если даже допустить существование в ничто одинокого, по определению, разумного высшего существа, то, как известно, разум может проявляться только в общении с аналогичными разумными существами, – без общения разум, сознание ни проявляться, ни развиваться не в состоянии, – но общения нет.

Кроме того, жить Богу, который, по определению, живой, вне времени и пространства нет никакой возможности потому, что в ничто нет предметов, нет событий, значит, не может быть не только жизни, но и обычного движения, да и нечего там делать.

Однако, Бога, создавшего всё, нельзя признать неразумным.

По-видимому, придуманный теологами Бог был помещен в ничто вследствие того, что они встали перед необходимостью полностью отделить это существо от суетного мира, сделав его необыкновенным, и им было не до учета всех возникавших при этом противоречий.

Как бы то ни было, но, чтобы избежать указанной противоречивости, Богу, если он есть, необходимо быть бесконечным и вместе с тем проявляться в конечном, то есть быть как вне времени, так и во времени.

Живой и разумный, по определению, Бог не может быть неизменным, поскольку сама жизнь есть непрерывное изменение, а разум есть сознательный участник этого изменения жизни, которая протекает в рамках пространственно-временных измерений, или в бытии.

Отсюда следует, что, либо Бог является изменяемым и находится в этих измерениях, либо он не имеет ни жизни, ни разума, то есть его нет.

Бог не может быть всемогущим в силу парадокса Рассела.

Его суть состоит в следующем: «Пусть К – множество всех множеств, которые не содержат себя в качестве своего элемента. Содержит ли К само себя в качестве элемента? Если предположить, что содержит, то мы получаем противоречие с «Не содержит себя в качестве своего элемента». Если предположить, что К не содержит себя как элемент, то вновь возникает противоречие, ведь К – множество всех множеств, которые не содержат себя в качестве своего элемента, а значит, должно содержать все возможные элементы, включая себя» [1, гл. II. § 4, 5].

Следствием этого математического парадокса для множеств является парадокс всемогущества, который заключается в том, что если существо выполнит действие, которое ограничит его способность выполнять действия, то это ограничит его собственную способность выполнять действия, следовательно, существо уже не будет всемогущим. Если же существо не может ограничить свою способность выполнять действия, то оно не может выполнять самоограничивающие действия и поэтому не является всемогущим [2].

Бог не может быть вездесущим, поскольку он, по определению, считается неизменным, значит, он не может разделяться. Следовательно, он не может предоставить какие-то частицы, которые проникали бы всюду, во все измерения бытия.

Если Бог признается разумным, то он не может быть всеведущим, поскольку сущность любого живого разума состоит в стремлении к бесконечному познанию, развитию, но никак не к знанию заранее всего, следствием чего является ненужность познания, как такового, для Бога. Но ведь он – живое существо?

В подобной теологической интерпретации Бог есть сущность, надуманная несовершенными, ограниченными, смертными людьми, которые желают в таком противоречивом существе реализовать себя в виде бессмертного, всемогущего, всеведущего существа, которое, тем не менее, было бы таким же живым и сознающим, как они, не принимая в расчет того, что всё живое и, тем более, сознающее, существует только потому, что совместно, а не в одиночестве, действует, так или иначе, во времени и пространстве в подходящих для жизни условиях.

Вместе с тем, отрицание существования Высшего существа, или Бога, как это прокламируется атеистами, тоже неадекватно вследствие того, что они этим фактом отрицания Высшего, или бесконечного существа автоматически признают высшим созданием конечного человека, человечество, что само по себе – нонсенс, поскольку конечное, в данном случае человечество, по определению, не может быть вечным и вездесущим.