Юрий Никитин – Передышка не бывает долгой (страница 54)
– За такое дело, конечно, Ваше Величество! Благодарю, пьем за дружбу и взаимовыгодное сотрудничество!
Он сам налил себе на донышко кубка, одним глотком выпил и поднялся, приятно улыбаясь и кланяясь.
Мрак осведомился:
– Ничего, что так долго решали такой сложный вопрос?
Бюрсин счастливо заулыбался.
– Вы правы, Ваше Величество, теперь имею полное право отдохнуть!
Он так и допятился спиной вперед, словно боялся, что пьяный тцар запустит кувшином в спину, а там нащупал дверь, отворил, пыхтя и надсаживаясь, ужом выскользнул наружу.
Мрак вздохнул, да что такое, уже ни рассердиться не может как следует, ни порадоваться. Внутри как выгорело все-все, когда же наконец на опустошенном страшным пожаром поле души снова появятся молодые зеленые ростки?
С неохотой поднялся, что у него за жизнь такая затворническая, выбрел на крыльцо.
Жаркое солнце ударило в лицо, напоминая, что он в общем-то человек Леса, там даже на полянах солнце не увидеть за роскошными многоповерховыми кронами.
Народ по большей части прогуливается по дорожкам, некоторые устроились за столами в тени деревьев, слуги снуют с подносами и кувшинами, меняют залитые вином скатерти и опустевшие блюда.
От группы проходящих мимо славов отделился Ишин, советник их Стародуба Сильномогучего, такой же массивный, как вставший на задние лапы медведь, шагнул в сторону крыльца теремка барбусцев.
– Ваше Величество?
Голос его тоже был похож на медвежий рев, густой и басистый, Мрак посмотрел на него пытливо, знает ли этот первый после тцара слав, что это тцар-звездочет проредил наполовину их делегацию?
– Это я, – согласился он, – выпить хочешь?
Ишин чуть покачал головой.
– Спасибо, Ваше Величество, пока воздержусь, но перекинуться парой слов за столом был бы рад.
– Ух ты, – сказал Мрак с удовольствием, – говоришь по-людски, да еще так складно, будто куяв или вантиец. Заходи, а то одному пить как-то не совсем по-тцарски.
Ишин вошел в комнату вслед за Мраком, быстро и цепко окинул взглядом, медведь тоже умеет быть быстрым, любого коня догонит и схватит, сказал с сочувствием:
– Тцары везде в одиночестве, Ваше Величество… Я слышал, вы договорились с Вантитом продлить их караванный путь через Барбуссию в Куявию и даже в нашу Славию?..
Быстро же тут слухи разносятся, подумал Мрак чуть ошалело. Вот что значит, хорошие команды составили, все на лету ловят, даже то, чего нет, вынюхают.
Он приосанился, ответил с беспечностью тцара-охотника, которому на дела государственные наплевать, для этого есть советники и управители:
– Торговля, как слышал, хорошее дело.
Ишин сказал довольно:
– Хорошее решение, Ваше Величество!.. Торговля оживляет земли.
Выглядел он таким довольным, что Мрак помрачнел, еще не соображая, откуда угроза. Что тут хорошего, если караванную дорогу будут охранять вантийские отряды, а их отберут наверняка из самых ветеранов, вооруженных и одоспешенных во все лучшее.
– О державе заботиться нужно, – сказал Мрак важно, сам подумал, что какая из Барбуссии держава, но закончил начатое тем же державным голосом, – а то за нее обидно.
– Правильные слова, – снова поддержал Ишин. – Вы мудрый тцар, Ваше Величество!.. Поздравляю! Это было очень мудро! Как-нибудь выпьем, а сейчас надо бежать, подписываем последние договоры!
Улыбнулся, уходя, Мрак тупо смотрел в спину, чему он рад, это же придется сразится с вантийским войском, и хотя славы их побьют числом, но Вантит может ответить на оскорбление войной, да и не пожелает терять выгоду в торговле с Барбуссией…
Вдруг мелькнула острая мысль: а что, если война из-за Барбуссии не вспыхнет?.. Славы не тронут вантийские отряды, пусть торговля идет, как шла, только теперь основная прибыль будет поступать не Яфегерду, а тцару Славии. А Вантиту не все ли равно, чья Барбуссия и будет ли она вообще, торговать с населением это не помешает. Может, Вантиту так даже выгоднее, через Барбуссию караваны пойдут не только в Куявию и Артанию, но по дороге сделают крюк и в Славию.
Он вспомнил хитрый взгляд и ухмылочку советника тцара Вантита. Похоже, там уже тогда просчитали, что будет и как будет, если славы захватят Барбуссию. Люди, рожденные на троне, сразу мыслят большими землями, заглядывают за виднокрай, ему с такими не тягаться, продует вчистую.
И вообще, мелькнула горькая мысль, если даже Барбуссию захватит не Славия, а Артания, Вантит продолжит направлять караваны по натоптанным тропам, будто ничего не случилось. Торговля нужна всем, а в Вантите вещи, которых не отыщешь ни в Славии, ни в Артании, ни в Куявии.
Он протянул руку к медному кувшину с богатым узором по бокам, изделие из Вантита, но сжал пальцы в кулак и отдернул. Не до вина сейчас, хотя здесь оно лучшее из всего, что пробовал. Ублажают, у Куявии нет других способов привлечь его на свою сторону, на троне женщина, которой не до завоеваний, свое бы как-то уберечь…
Тяжело вздохнул, поднялся из-за стола. Не его это дело насчет переговоров и плетения интриг, но последний день, надо держать ухо востро, все хитрят, только он и его Хрюндя простые и простодушные…
Ах да, пронеслось в голове, где же моя жабка, не обидели бы ребенка.
Он с усилием поднялся, не хочется идти на люди, но надо, тцар не может отсиживаться в норке, хоть и хочется, начинает понимать Яфегерда, что прячется за составлением звездных карт, вроде бы и при деле, а никто не требует результата.
Вышел на крыльцо, поморщился от яркого солнечного света, в саду кроме зелени яркие цветные костюмы вантийцев смотрятся праздничнее самых пышных клумб с диковинными цветами.
Значит – всплыла угловатая мысль – остаются Артания и Славия. Вантит отпадает, он завоевывает соседей торговлей и редкими товарами, а Куявия предпочитает оставаться в обороне, не расходует силу зря.
Славы жмут, им уже тесно в своих землях, желают выплеснуться за кордоны, но вспомнил суровое и гордое лицо Костобока, настоящего тцара-завоевателя, этот тоже хорош и смотрит на Барбуссию как на добычу.
Несмотря на такой натиск славов, все-таки вторжение со стороны воинственных артан как-то ожидаемее. Те не очень хитрят, у них в чести доблесть и прямой натиск с мечами в руках. Конная армия захватит Барбуссию в два-три дня, в то время как пешее войско славов пройдет ее за пару недель.
Но если славы войдут в Барбуссию первыми, выбить их из городов будет трудно, в застройке у пеших преимущество над конными.
Он в бессилии стиснул кулаки. Кожа заскрипела, попадись камень в ладони, рассыпался бы в песок. Секира не поможет, а у него ничего другого, кроме Хрюнди, коня и скатерти, но и те не помощники в делах государства.
Глава 9
День прошел бестолково, в саду то и дело подходили конты и тцары таких же мелких стран, заводили длинные беседы. Мрак так и не понял, что хотят, хотя говорили красиво и величаво, он вежливо кивал, сопел, даже улыбался, хотя от его улыбки почему-то шарахались, а когда пришел вечер, потащился в флигель с ощущением, что какая-то беда совсем близко, а он не то чтобы дать отпор, даже распознать ее не в силах.
Только и светлого за день, что дважды прибегали Кузя с Хрюндей, а то бы весь день показался чужим и горьким.
Пришел посыльный от куявов, сообщили, что все основные договоры согласованы, завтра состоится подписание и прощальный пир, какого мир не видывал.
Мрак поблагодарил, грандиозный пир – здорово, хотя не за ним он приехал, а так да, пора и по домам.
Сон был, как всегда, чутким, слышал, что и как в тереме и за его стенами, Хугилай явился под утро, веселый и пьяный, Манмурт однажды выходил с Хрюндей в сад и уговаривал ее лучше ломать кусты и рыть норы, чем грызть стулья в доме.
Проснулся с первыми лучами солнца, зевнул, подумал, что в комнате пахнет свежей рыбой, распахнул глаза.
Поверх одеяла над грудью пламенеет узорная перевязь из красной кожи с золотыми бляшками, дальше… деревянные ножны из неведомого дерева, целиком в серебре и золоте, рубины по краю, а нижний конец увенчан большим изумрудом редкого окраса закатного солнца, можно принять тоже за рубин.
Он еще сонно протирал глаза, как дверь соседней комнаты распахнулась, вошел Хугилай, бодрый, трезвый и сияющий.
– Доброе утро, Ваше Величество!
– Утро доброе, – буркнул Мрак. Он взял ножны, пощупал, повертел перед глазами. – Хугилай, эта штука из какого дерева?.. Я думал, знаю все, что в лесу!.. И на небе, конечно.
Хугилай охнул, бережно взял из руки сокровище.
– Ножны? Долго же несли… Или заново сделали?.. Нет, Ваше Величество, такого дерева не знаю. Похоже, тверже камня, а то и адаманта. Знатный подарок!.. Везет же вам!
Мрак сказал рассеянно:
– Да ну, просто заработал.
– Как?
Мрак усмехнулся.
– Что так смотришь? Думаешь, Барбуссию продал? За нее запросил бы больше. Ножны и кувшин вина. Нет, два кувшина!.. Ладно-ладно, не дергайся. Просто сказал, что пруд красивше клумбы. Ну что, сегодня последний день?
Хугилай поклонился, протянул ножны Мраку.
– Да, Ваше Величество. Сегодня все решится. Договоры уже приготовлены, осталось подписать. Ну, конечно, сперва прочитать, если кто захочет. А то, знаете ли, можно как бы невзначай такое словцо дописать, что враз все перевернет да еще сверху притопчет обеими копытами.
Мрак снял со стены кинжал, Хугилай смотрел, как он, почти не глядя, бросил его в ножны. Лезвие вошло в узкую щель быстро и точно, рукоять слилась узором с тем, что справа и слева на стенках ножен, красивая и торжественно украшенная.