Юрий Нестеренко – Самооборона (страница 10)

Как, впрочем, и не пробирался бы в одних плавках через кубинские джунгли, кишащие коммунистами и змеями.

И стоило мне об этом подумать, как резкая острая боль пронзила мою лодыжку.

«Змея!» — с ужасом подумал я, рефлекторно отдергивая ногу. Наверное, это было не слишком правильное действие — резкое движение могло спровоцировать новый укус. Но, к счастью, никакой змеи не было. Вместо ожидаемой раны от ядовитых зубов я увидел на своей лодыжке лишь здоровенного рыжего муравья с непропорционально большой головой. Я еще раз дернул ногой, стряхивая зловредное насекомое о траву; укус все еще продолжал болеть. Черт побери, я уже сыт по горло этими приключениями! Не дожидаясь, пока мною приползет полакомиться кто-нибудь еще, я решительно вышел на дорогу.

Возница запнулся на полуслове — должно быть, даже когда ты живешь на Кубе во время гражданской войны, не каждый день на тебя из зарослей выходит почти голый, серый от облепившей потное тело пыли тип, со злобным выражением на физиономии и блестящим крупнокалиберным «магнумом» в руке.

— Base americana, — сказал я, махнув для убедительности стволом пистолета на север. — Rapide. Si?[13]

— Si, senor, — поспешно ответил владелец «Форда».

Развернуть упряжку на узкой дороге оказалось весьма непростым делом, потребовавшим активного участия всех присутствовавших, но четверть часа спустя мы с Мирандой уже спокойно сидели в кузове на каких-то коробках, и двигатель в две мулячих силы влек нас на северо-запад.

— И кто мне что-то говорил насчет разбоя? — промурлыкала моя спутница.

— Никакого разбоя, — возразил я. — Все его — при нем, он даже топлива на нас не тратит. А мулы потом бесплатной травки поедят. И я, заметь, не произносил никаких угроз в его адрес. Лучше скажи, почему тебе не удалось его уломать?

— Он не хочет на север. Говорит, красные взяли Гуантанамо, и он от них сматывается.

— Нашу базу?! — вытаращился я в полном шоке.

— Да нет, город Гуантанамо, он дальше к северу. Тут есть еще и река с таким названием, привыкай.

— Надеюсь, надолго привыкать не придется. А это правда, про красных? Если мы едем прямо к ним в лапы…

— Ну, от города до базы еще далеко… Сам он снялся с места, когда бои шли еще на окраинах. Он-то из пригорода, в городе мулов держать несподручно… Не знаю, чем там кончилось. Сейчас посмотрю в инете, рядом с базой связь должна быть хорошая…

Миранда вытащила из кармана квадратик своего компа, затем — сложенный в несколько раз гибкий экран. Расправив экран на коленях, она прилепила комп с задней стороны; в нижней части экрана тотчас нарисовалась клавиатура. Миранда занялась просмотром информационных сайтов; так как я сидел напротив нее и читать вверх ногами, да еще под большим углом, мне было неудобно, я и не пытался это делать, а ждал, что она скажет.

— В общем, как всегда на войне, — недовольно резюмировала она наконец. — Коммуняки говорят, что взяли, абанское правительство это отрицает, по картинке со спутника хрен что поймешь — дым пожаров вперемешку с облаками… Наши не комментируют, янки и бразильцы тем более. Это по местным масштабам взятие такого города — событие, а за пределами Кубы до этого мало кому есть дело. В последние дни красные успешно развивают наступление на востоке, зато их потеснили на западе… очередное заявление «Международной амнистии»… президент Франции выразил озабоченность поступающими сведениями о массовых казнях… в общем, это уже все неинтересная болтовня. Скоро сами увидим, что тут творится — по крайней мере, на подступах к базе.

Не то чтобы мне понравилось услышанное, но я решил сосредоточиться пока на текущих проблемах и попросил Миранду выяснить у возницы, нет ли в его коробках какой-нибудь одежды.

— Уже спрашивала, говорит, что он человек бедный и на продажу ничего нет. В любом случае, тебе его шмотки не подойдут. Он слишком тщедушный, и нога маленькая.

В самом деле, об этом я не подумал. Совсем уж карликом кубинец не выглядел, а я слишком привык, что, когда я захожу в примерочную, комп сам сканирует все мои параметры и тут же подбирает мне подходящую одежду. Я и размеров собственных не помню. Способен ли женский глаз заменить комп? В некоторых случаях, видимо, да.

— Раз ты сидишь в инете, поищи сообщников Пэйна, — посоветовал я. — Кто еще из офицерских жен хвастался дорогими подарками в это время?

— Верно мыслишь, партнер, — улыбнулась Миранда, — но я это сделала, еще когда мы качались на волнах у берега. К сожалению, ничего примечательного. То ли у этих типов все-таки нет жен, то ли они осторожнее по части подарков.

— А летчик? Ты нашла, кто летал на этом гироджете? Кстати, их должно быть даже двое…

— Скорее всего, один, — возразила Миранда. — Конструкция предусматривает место второго пилота и дублированное управление, но на военных машинах оно обычно не занято. В воздушных силах предпочитают доверять дублирующие функции компу, нежели рисковать жизнями сразу двух офицеров, особенно в таком неспокойном месте, как Куба. Или же правое кресло используют для обучения курсантов, но они, как ты понимаешь, не образуют постоянного экипажа.

— Ну все равно, этот один наверняка что-то знает. По меньшей мере — что машину списали в годном состоянии. Как он к этому относится, другой вопрос…

— Увы, — качнула головой она. — Пыталась найти по бортовому номеру, но в открытом доступе ничего не нашла. В архивах базы, конечно, эти данные есть, но из инета до них не добраться. Чисто физически. Это только в тупых фильмах можно хакнуть Пентагон с любого вокзального терминала. Нужен комп, подключенный к внутренней сети Гитмо. Может быть, из дома Магды…

— Погоди. Ты анализировала только текст? Как насчет фотографий?

— Хм, хорошая идея! Если номер не фигурирует в подписи, это еще не значит, что его нет на самом фото. А на борту военных машин часто пишут и имена экипажа. Правда, распознавалка изображений работает намного дольше текстового поиска… особенно если надпись мелкая и нечеткая… Ограничимся для начала поиском по сайту базы и архивам «Гуантанамо Бэй Газетт».

Несколько минут мы провели в молчании, нарушаемом лишь мягким постукиваньем копыт да скрипом дряхлых рессор пикапа. Наконец я увидел, как на экране появилось изображение залитого солнцем аэродрома со стоящими на нем винтокрылами.

— Нашлось?

— Не совсем, — закусила губу Миранда. — Это фото шестилетней давности, когда партия новых машин поступила на базу. На тот момент их еще не распределили по пилотам. Ладно, придется искать в инет-логах, хотя это куда больший объем…

На этот раз ждать пришлось заметно дольше, и все же усилия были вознаграждены — вновь благодаря женской нескромности. Некая Донн ризоны — именно так звучал ее ник — хвасталась перед подругами успехами своего жениха, лейтенанта ВВС, который служит на «этой кубинской базе» и недавно освоил новый тип самолета (разница между самолетом и винтокрылом была, как видно, Донне неведома). Сообщение иллюстрировала фотография, где этот самый жених был снят вместе со своим инструктором после первого самостоятельного вылета на фоне послужившей для обучения машины, обломки которой ныне покоились на дне Карибского моря. Бортовой номер читался весьма отчетливо, а имя пилота на двери, куда более мелкое, можно было разобрать с трудом. Не то Марк, не то Макс, то ли Дональдс, то ли Рональдс — а может, и что-нибудь более экзотичное. Правда, у нас было его фото, что заметно облегчало дело. Полтора года назад, когда был сделан снимок, он находился в звании капитана.

— Ну, где будем искать его дальше? — осведомился я.

— Я знаю пароль к одной базе… ограниченного доступа, но, тем не менее, выложенной в инет… — Миранда заерзала, меняя позу. Может быть, потому, что ей надоело сидеть в одной и той же, а может — хотела расположить экран так, чтобы мне было совсем не видно изображения. Я оперся локтем о край кабины и принялся демонстративно смотреть на тянущийся вдоль дороги лес, показывая, что мне нет дела до ее секретов.

— Нашла, — заслышав ее голос, я вновь обернулся к ней. — Марк А. Рональдо, последнее звание — капитан ВВС, последнее место службы — Гуантанамо Бэй…

— Он что, погиб?

— Нет, вышел в отставку в этом феврале.

— Хм, интересно, почему.

— Здесь не сказано. Возможно, возникла угроза некоего скандала, связанного с известными нам махинациями. Возможно, сам решил, что нахапал достаточно и не хочет больше риска. А может, это связано с какими-то совершенно другими причинами, не касающимися нашего дела… Так или иначе, на базе его нет.

— А его нынешний адрес? Электронный и физический?

— Здесь не указаны. Можно попробовать поискать, но это будет не очень просто. Особенно если он сам не хочет, чтобы его нашли.

— Попробовать по-любому стоит. Да и в логах заодно порыться на предмет упоминаний гипотетического скандала…

— Я вижу, ты втянулся в работу, партнер, — Миранда блеснула белыми зубами и вновь принялась что-то вводить в комп.

На сей раз, однако, инет не принес нам ничего определенного. Миранда нашла пилотскую и водительскую лицензии Рональдо, но это, естественно, ничего не говорило о его нынешнем месте проживания. Была еще куча сведений о разнообразных Марках А. Рональдо без фотографий; часть из них можно было отбросить сразу, другая не позволяла понять, о ком речь. В том числе удалось выцепить несколько адресов, электронных и физических, но мы рассудили, что без уверенности в желании адресата сотрудничать (а скорее мы могли подозревать обратное) писать ему — значит спугнуть его, и прижать его к стенке можно только при личном визите. Что обещало обширную географию поездок, даже если не рассматривать адреса в Союзе (а кто сказал, что Рональдо не мог перебраться туда?) В инет-дневниках удалось найти несколько упоминаний Рональдо, явно сделанных его сослуживцами с Гуантанамо, но они были вполне нейтральными, не сообщая ни о каких скандалах и подозрениях. Правда, в этих же логах имелись стертые записи, а также записи, закрытые от публичного просмотра, в том числе несколько относящихся к интересующим нас периодам времени. Но что это доказывало? Ничего — кроме разве что того, что с незнакомцами на темы этих сообщений, какими бы они ни были, без очень веских причин общаться не станут.