Юрий Мухин – Как не надо делать революцию (страница 3)

Вы можете усомниться – а как же Гитлер – при такой личной свободе покоренных народов – собирался заставить нас работать на оккупантов? Элементарно, Ватсон! Он собирался завозом импортных товаров стимулировать туземцев России и Украины идти в шахты и на заводы, чтобы вывозить на Запад богатства недр СССР.

Насколько нынешнее положение России и Украины соответствует планам Гитлера, просто поражает. Выше вы видели, что немцы строго боролись со взяточничеством, даже начальника концлагеря Бухенвальд расстреляли за это. Но боролись они со взяточничеством только среди немцев и, соответственно, Геббельс, едва Германия оккупировала Польшу, записывает в своем дневнике и сам подчеркивает: «Поощрять слабость и коррупцию. Так лучше всего управлять побежденным народом». Мы что – не видим эту самую коррупцию в России и на Украине?

Видим все, но не понимаем, что происходит.

(Кстати, а зачем оккупанту нужно иметь коррумпированный туземный государственный аппарат? Потому, что честный туземный чиновник будет служить своему народу, у оккупанта не будет рычагов заставить его предать народ. А коррумпированного чиновника можно заставить служить оккупанту угрозой разоблачения его воровства и поощрить тем, что дать ему спрятать украденные деньги за рубежом).

Итак, зачем Гитлер хотел предоставить туземцам России и Украины индивидуальные свободы? Чтобы, цитирую Гитлера, «извлечь из оккупированных русских территорий все, что можно». Почему индивидуально свободные русские будут рабами? Потому что немцы предоставили бы им импортные, снова цитирую, «…промышленные изделия и тому подобные вещи».

А что происходит сегодня? Сегодня мы сами своими руками грабим будущее своих детей, извлекая из России и Украины все, что можно – нефть, металлы, энергию, – и отправляя это на Запад. И делаем это совершенно свободно за все те же импортные товары.

В чем разница между сегодняшним днем и немецкой оккупацией? Немцы на наших землях хотели и сами работать, и грабить нас. А сейчас на Западе нет желающих работать самим, и нас только грабят. Вы можете оценить размер грабежа по непрерывно растущим ценам, по ликвидации бесплатного жилья, бесплатного образования, бесплатного лечения.

Но зато, как уверяют нас грабители и их местные холуи в науке и прессе, теперь у нас есть свобода. Да, есть. И эта свобода гитлеровская – фашистская.

Тут можно было бы начать – а кто ж его знает? Кто как хочет, тот такое определение и дает.

Вот директор Центра постиндустриальных исследований В. Иноземцев разъясняет нам, что это:

«Классические определения фашизма указывают на его основные черты, которыми считаются: политическая эстетика романтического символизма, массовая мобилизация, апология мужского начала и харизматического лидерства, а также допущение насилия, производимого «от имени народа», как массового явления. Многие авторы подчеркивают, что фашизм выставлял себя жестким оппонентом «морального упадка». Одно из определений, принадлежащее Роберту Пакстону, стоит воспроизвести полностью: «Фашизм – это политическое движение, отмеченное болезненной концентрацией внимания на социальном упадке, унижении или ощущении себя жертвой и на компенсаторном культе единства, энергии и чистоты, в рамках которой массовая партия индоктринированных националистических активистов в трудном, но эффективном сотрудничестве с представителями традиционных элит попирает демократические свободы и посредством «спасительного насилия», отрицая юридические или этические преграды, обеспечивает подавление недовольных внутри страны и ее внешнюю экспансию». Если вы поняли, о чем этот Иноземцев говорит, и по этому определению можете узнать фашистов, то я вас поздравляю. Мне такое не по силам.

В «Электронной еврейской энциклопедии» статья «Фашизм» говорит и о том, и о другом, и о третьем, но, отдадим ей должное, она, все же, четко указывает, откуда у фашизма ноги растут: «Как и все другие разновидности тоталитаризма, фашизм представляет собой максималистскую реакцию на издержки, противоречия и конфликты, которые обнаружились в западном обществе, основанном на началах парламентаризма, либерализма и плюрализма». То есть, фашизм является детищем либерализма с его свободными выборами и плюрализмом мнений. И заканчивается эта статья, надо сказать, логично: «До настоящего времени термины «фашист», «профашистский», «полуфашистский», «фашиствующий» и т. д. во многих странах, особенно демократических, в том числе и в Израиле, нередко используются для дискредитации политических противников». Короче, тот, кто хочет, тот и обзывает, кого хочет, фашистом. Понятное дело, что при таком определении того, что является фашизмом, и отъявленный фашист будет вполне уверенно называть демократов фашистами.

Но ведь людям не нравится фашизм не за плохое звучание этого слова, в самом этом явлении заключена некая мерзость, которую люди чувствуют, даже не заботясь о точном определении. Поэтому, чтобы понять, что такое фашизм, именно эту мерзость из данного явления и надо выделить.

История показывает, что идеологии у фашистских партий и движений могут быть самыми различными – как социалистическими, так и капиталистическими, как интернациональными, так и расистскими. Совершенно ошибочно считать, что фашизм обязательно должен иметь претензии к другим народам как внутри страны, так и за ее пределами, – целью прихода фашистов к власти может быть банальное стремление фашистской элиты к обладанию материальными благами или честолюбивые амбиции этой элиты.

Но раз фашизм это не идеология, то что? Это цель осуществления власти. Фашизм это далеко не обязательно силовой захват власти, это часто победа на выборах, как победил, скажем, Гитлер. Но фашизм это альтернатива тому, чем является демократия. У демократической власти цель – служить народу, а у фашистской власти цель – заставить народ служить себе. Раньше бывало, что и своим идеям, а сегодня – своей алчности. Чтобы узнать фашиста, поговорите с ним о народе и фашист раскроется – для фашиста народ это быдло, которое должно во всем слушаться его – фашиста. Мнение народа для фашиста не существует.

А внешне фашистская власть может быть неотличима от демократической, – те же «свободные» выборы, те же «свободные» СМИ.

Вот это давний фашизм, исторический, однако сегодня развитие либерализма внесло коррективы. Как видим, фашисты приходят к власти путем выборов и устанавливают свою диктатуру, чтобы удовлетворять свои (сегодня, повторю, сугубо алчные) интересы. Раньше, во времена Гитлера, Муссолини, Франко и даже Пиночета, любое сопротивление фашистам было антифашизмом. Сегодня это уже не так, сегодня в стране могут быть несколько фашистских группировок, конкурирующих друг с другом, и тогда возникает еще большая видимость демократии, поскольку фашистские СМИ разных группировок полощут друг друга и следят за честностью выборов. Но фашистская цель-то – удовлетворение интересов своих группировок за счет народа, – остается.

Если одна из группировок побеждает, как это произошло в России, в которой победила фашистская группировка, скажем так, силовых структур, то фашизм становится абсолютно диктаторским. Если борьба продолжается, как это было, да и остается на Украине, то тогда группировки продолжают конкурировать за единоличное право грабежа народа, и вместе выступают только против народа и своего фашистского права его грабить.

Однако оскорбительно, что те, над кем фашизм и глумится в первую очередь, – граждане страны, – избирают фашистов во власть в ходе свободных выборов, либо терпят их и поддерживают. Как такое может быть?

Дело в том, что перед тем, как голосовать за ту или иную политическую силу, люди, разумеется, думают (или думают, что думают). Но чтобы их свободный выбор был полезен для них и страны, необходимо, чтобы избиратели думали правильно – логично. Напомню, что логическим мышлением является такое, которое при точных исходных данных для мышления позволяет получить правильный результат мышления. То есть, недостаточно быть умным до гениальности – чтобы получить правильный результат мышления, обязательно нужны точные исходные данные для мышления. И введение в исходные данные для мышления лжи, начисто лишает народ возможности логически (правильно) мыслить, даже если избиратель умеет это делать. Следовательно, ложь в информации лишает народ возможности предсказать последствия своих политических решений, в том числе, и в первую очередь, – возможности предсказать последствия поддержки тех, кто станет фашистом. А исходные данные в информационное пространство данной страны вводят те, кто вещает в СМИ. Вот тут и проявляется роль СМИ и то, почему СМИ называют четвертой властью.

Рассмотрим для примера роль СМИ Германии в приходе к власти в ней нацистского режима, вызвавшего исключительно тяжелые потери немцев до момента, когда этот режим пал.

Вождь немецких нацистов Адольф Гитлер в написанной еще в 1927 году своей программной книге «Майн кампф» с предельной откровенностью писал, что его партия национал-социалистов, совершенно сознательно возвращается в своих стремлениях на 600 лет назад. Немцы должны окончательно порвать с существовавшей до Первой мировой войны колониальной и торговой политикой, должны прекратить стремление на юг (в колонии) и на запад Европы, и вместо этого захватить территории, расположенные на востоке Европы – в России.