Юрий Москаленко – Там, где нас не ждут… (страница 66)

Теперь уже Мартин задумался. Я ждал. Терпеливо, боясь нарушить его мысленный процесс. Стрелок чего-то не понимал. Что-то его удивляло в моём предложении, а значит, пугало или беспокоило.

– Вы предлагаете мне стать вашим другом и за это хотите оплатить дворянством? Вы, случайно, не принц в изгнании?

Шутит, уже хорошо, значит, пружина стала ослабевать, и разговор закончится вполне мирно, во всяком случае, я на это надеюсь.

– Вы меня неправильно поняли. Я действительно предлагаю вам нашу с Хэрном дружбу. Скажу честно, мы нуждаемся в ней. Сами понимаете, что дети сами по себе в этом жестоком мире не живут. Они либо рабы, либо чьи-то родственники, а путешествовать дети могут только с лучшими из них и нам нужна в этом вопросе так же ваша помощь. Насчёт какой-нибудь оплаты за ваши услуги, извините, речи не идёт. Просто у меня, в данный момент, есть возможность сделать вас дворянином, виконтом, благородным с длинной родословной и кучей влиятельных родственников, причём, последнее скорее недостаток, чем хорошее приобретение. Это я о родственниках.

– Извините, лэр, но вы до сих пор так и не объяснили мне, что я, конкретно я, должен для вас сделать?

"Малыш, остановись, перенеси разговор на завтра. Сошлись на то, что мы слегка пьяны, а такие вопросы надо обсуждать на трезвую голову. Пусть и так прозвучавшее предложение он сначала обдумает. Пускай заглотит наживку, а его внутренняя, как ты выражаешься, "жаба", эти сутки, его конкретно погрызёт" – прокричал мысленно канн.

Хэрн умеет называть вещи своими именами, но стоит всё же в разговорах с ним быть более внимательным, а то точно скоро только на стебе будем разговаривать.

– Уважаемый Мартин. Мы сегодня отдыхаем, вы учите меня пить вино, сегодня в планах ещё купание. А серьёзные вопросы стоит всё-таки решать на трезвую голову. Вы согласны со мной?

Мартин явно был не согласен. Но деваться ему некуда. Этикет, мать его, и простая порядочность, не позволяли требовать продолжения разговора у ребёнка.

– Что же, отдыхать, так отдыхать. Хэрн, ты что это умолк и совсем не наливаешь. Непорядок! Я предлагаю поднять этот кубок за достойного…

И пьянка продолжилась дальше. Мне больше не наливали, мотивируя это моим малым возрастом и, как выразился Мартин, "вино, лэр, очень плохо действует на внутренний мир ребёнка" и тут же Хэрну " ты не представляешь, какая у неё была задница…". Ничего не меняется, что в том мире, что в этом, мужики остаются мужиками, но это, конечно, если мало водки, а вот если много… (то они обычно превращаются в св…).

Купался я один. Два "субчика" были уже не в состоянии, хорошо, что салатов не было, а то бы.. а так просто уснули. Хэрну было просто много, а Мартин всё же был ещё очень слаб. Слаб-то слаб, но до гномьей настойки они всё-таки добрались. Выжрали всё, чем завтра похмеляться будут? Непонятно. У Хэрна точно в заначке что-нибудь найдётся. Вот, во истину "Хомяк", с большой буквы Ха!!!

Давно я так не отдыхал. Вино видимых проблем не оказывало, настроение прекрасное, и я, вместе с малым, сидящим где-то глубоко внутри меня, просто радовался жизни. Сходил в лес, проведал железного панка. Ого, как разросся с нашей помощью и заботой Хэрна. Нарвал яблок. Послушал птичек, подышал влажным, лесным воздухом. Живность не проверял – я отдыхаю.

Дома бардак после пиршества. Из принципа убирать не буду, сами нагадили, сами уберут, но своё фу-у обязательно выскажу, причём обоим.

Сходил, проверил бобика и близлежащие окрестности. По дороге пылят повозки, караваны двинулись на прорыв. К бобику посетители, а он вальяжно развалился и со снисхождением поглядывает на них. Подарков не слишком много, но мясо, пожалуй, можно сегодня не готовить.

Вернувшись, набрал кусков рыбы, захватил шампура – и в грот. Кресло, водопад, огонь, который весело трещит и кидается угольками. Лепота!

По дороге в грот проверил лошадей. Угостил их яблочками, подсыпал овса, принёс свежей воды. Катар, видно, верховодит в этой троице. Даже второй работяга, здоровенный коняга, признал его главенство и не пытается показывать характер. Общаюсь с ними я пока с опаской, всё-таки раньше никогда с лошадьми дело не имел.

Возле дров обнаружил баулы вещей, кинутых сюда, обычно очень аккуратным, Хэрном. А ведь мы так и не просмотрели, что там нам досталось в виде трофеев от эльфа и компании. И вот тут мой взгляд и зацепился за смутно знакомую форму какого-то мешка. Я недоумённо смотрел на мешок, по форме напоминающий грушу и никак не мог понять, что же передо мной такое.

– Боги, да это же музыкальный инструмент, что-то типа гитары или мандолины, в общем, что-то струнное – дошло до меня!

Я подхватил мешок, и принялся спешно его развязывать. Точно, гитара, по форме, как гавайская, только струн восемь. Класс! Спасибо, господи, за такой подарок!

Я, конечно, не большой специалист в музыке, но кто из нас в детстве, в восьмидесятые, не бренчал на шестиструнке? И петь я очень люблю и песен много знаю. Но была у меня, к сожалению, раньше проблемка маленькая – ни голоса, ни слуха, медведь в детстве на ухо наступил, и не просто наступил, а ещё и попрыгал напоследок. Но петь я любил, особенно под водочку, ну, а когда в конце девяностых пошло караоке, то… в общем, вы сами понимаете. Интересно, как обстоят дела с музыкой у меня теперь. Гитару конфисковываем.

Покупался в заводи, возле грота, поел рыбки. Хорошее место здесь, но шумное, мне бы такое, где тихо, уж больно хочется гитару проверить, побренчать, а вдруг получится.

И такое место я нашел, в бывшей спальне. И тихо и акустика изумительная, и присесть есть где.

Устроился я классно, в спальне на мешках с вещами, как в ложе, в полулежащем положении, под голову большой баул галлов, получилось, как офисное кресло с большой спинкой. С трепетом и большой надеждой взял в руки чехол с гитарой, аккуратно вытащил её. Осмотрел. Даже не знаю, как выразить своё восхищение, поистине произведение искусства. Вся, какая-то ладная, законченная, совершенная. Голову на отсечение даю, изделие древних или эльфы такие вещи делают. Я не знаю, да и по большому счету, мне всё равно. Вещь очень красивая и для души просто необходимая. Большая она для меня, до края грифа левой рукой достаю с трудом. С настройкой инструмента обычно раньше у меня не ладилось, то ноту Ля не мог настроить, то в унисон на пятом ладу струны поймать не получалось. Но оказалось, эти проблемы для меня в прошлом. Я буквально кожей чувствовал звучание струн, и настройка прошла быстро и главное, качественно. Струны из белого, непонятного металла, звучание гитары сильное, насыщенное и одновременно нежное. Пальцы рук, непривычные к такой своеобразной гимнастике, слушались плохо. Кто в своё время учился играть на гитаре, тот меня поймёт. То аккорды плохо прижимаются и звучание глухое, как по палкам палкой бьют, то перебор постоянно срывается, пальцы порядок работы забывают. Но я получал от всёго этого огромное наслаждение, а малой был просто в "шоке" – отголоски беспредельного удивления и восхищения накрывали волнами, как в море после шторма. А что, мы и не такое могём!

Сколько я так просидел, не знаю, но отвлёк меня от занятия Мартин, что с нескрываемым удивлением и злобой уставился на меня через отверстия входа в пещеру. Я даже опешил от этого, не мог понять причины такой ненависти во взгляде наёмника. Интересно, давно он так там сидит?

– Мартин, ты как, уже проснулся? – ничего лучшего в голову не пришло, кроме этого, явно риторического вопроса.

Мартин молчал, и также зло-удивлённо рассматривал меня, явно чего-то не понимая.

" Блин, а вдруг это его гитара? – с тоской подумал я – а я взял её без спроса".

Как же не хотелось её отдавать, казалось, она всёгда была моей. Так жалко!

– Мартин, вы спите, а я погулял, и вот в вещах там инструмент нашёл. Захотелось побренчать. Она, наверное, твоя? Тогда прости, я не хотел тебя обидеть, взяв её без спроса.

Он не отвечал, продолжая рассматривать меня, что-то явно решая для себя. Через некоторое время он спросил:

– Ты ничего не почувствовал, когда дотронулся до её струн? – и тут же сам, не дав мне даже раскрыть рта, ответил за меня – Да и как бы ты не смог не почувствовать, что тебе пальцы на руках отрезало? Значит, признала. А если признала, то значит ты – эльф. Но на эльфёнка совсем не похож, значит, может, полуэльф. Но это инструмент высших, а он полуэльфов не признает. Следовательно, эльф – завёл свою пластинку стрелок по новой. Я ничего не понимал и уже сам уставился на него удивлённым взглядом, правда злость в моём взгляде отсутствовала, пропадала она и во взгляде Мартина.

Сколько продолжался бессмысленный монолог Мартина не знаю, но вывел его из непонятного состояния Хэрн. Подойдя к нему тихонечко сзади, подслушав тот бред, что он нёс, Хэрн просто схватил его за шиворот, и, резко дёрнув назад, сбросил в воду с карниза.

– А он хоть плавать умеет? – спросил я, появившуюся в проёме входа в пещерку рожицу канна.

– А я знаю? И вообще, что тут у вас происходило?

– Сам не понял – и я рассказал ему все, что у меня произошло, пока он спал. Мы уселись на карниз, свесив ноги с обрыва, я рассказывал, Хэрн слушал, и вместе мы наблюдали, как Мартин, доплыл до берега, скинул с себя мокрые вещи, и вернулся обратно купаться.