Юрий Москаленко – Там, где нас не ждут… (страница 24)

– Периметр? – переспросил я.

– Я ведь уже говорил тебе, что кидаю тебе в мозг образы, картинки, а он уже переводит в понятный твоему разуму формат. Я говорил о рамках, границах, он смог сжать их до размеров площадки алтаря. Это самое страшное. Вчера я был очень уставший, но сегодня я канна поглощу, впитаю в себя его суть, в течение дня изучу, отформатирую данные, выражаясь твоим языком, а выжимку – самую суть, все его знания, если захочешь, завтра, в это же время, изложу тебе или вложу в тебя, как пожелаешь. Должен же я отблагодарить своего спасителя. Подумай, увы, но я не в состоянии хранить его жизненный цикл в своей памяти постоянно, в пригодном для передачи состоянии, я не "учитель", я – страж, максимум сутки. Не обольщайся, ты не сможешь сразу воспользоваться тем, что я в тебя заложу, ты сможешь постепенно изучить самостоятельно или под руководством опытного наставника. Умные люди учатся всю жизнь. Знаешь об этом? И ещё одно. В этом канне находится Дакк, в тебе он тоже есть. Как он в тебе оказался, я не знаю, если хочешь, я могу посмотреть, но для этого ты должен мысленно раскрыться.

– Постой, постой. Какой ещё даг?

– Не даг а ДАКК. Изделия древних, их инструмент для работы с силой. И если в том, что он находится в канне это объяснимо, то как ты ещё живёшь, нося его в себе, я ответить не могу. Для всех других рас Дакк смертелен.

– А как ты узнал, что во мне живёт этот Дакк?– в замешательстве спросил я.

– А как ещё ты смог бы меня позвать, вывести из состояния ожидания? Это под силу только каннам и то, если они смогли, хоть раз призвать Дакка.

– Ты имеешь в виду трость с камнем в навершии, в комплект к нему идёт ещё колечко. Да?

– Именно!

– Ну, есть оно у меня, примерил колечко сдуру, не подумав, потом двое суток в себя приходил.

– Двое суток!? Да даже лучшие из древних после инициации отлёживались не менее декады под присмотром опытных врачей и наставников, а ты говоришь о двух сутках. Как тебе удалось его использовать?

– Ну, наследующий день на меня напал местный зверёк, что хозяйничал тут у тебя, пока ты отсыпался. Его хозяйственная деятельность отражена в куче костей, принадлежащих животным и разумным, вон за твоим постаментом, около скалы он устроил себе место для пикника, а в большой пещере столовая была, вся костями завалена.

– На следующий день ты призвал Дакка! Что ты с ним сделал, с Койрэ?

– Убил!

– Так просто, взял и убил? Ты же совсем малец!

– Вот с помощью вашего Дакка его и прикончил, правда потом сразу сам отключился, но утром ничего, очнулся – последствий никаких.

– Где он сейчас? Его кто-нибудь трогал? Ты его мясо ел?

В его вопросе было столько тревоги, что я испугался.

– Я не видел, чтобы кто-нибудь его трогал… – проблеял я.

Пёс лежал пузом кверху, положив голову мне на колени. После его последнего вопроса мои руки сильно дрожали и покрылись потом. Я сильно нервничал, предчувствуя большие неприятности. Барбос задумчиво молчал. Долго молчал, минут десять, всё это время я перебирал его шерсть на животе.

– Ты ел его мясо?

– Только язык, – со вздохом сознался я.

– Как давно? – возбуждённо спросил он, внимательно смотря мне в глаза.

– Три дня назад, – обречённо ответил я.

– Голод сильно мучает, дикий аппетит, ешь неестественно много, а видимого результата нет. Всё правильно?

– Да! А ты откуда знаешь??

– А ты думаешь, это был единственный зверь за всё время? И как он возрождается после смерти тебе точно интересно? Ведь за всё время его мясо до сих пор не пропало?

– Только не пойму, причём тут мясо зверушки и его приемник. Откуда взяться новому монстру, и причём тут я?

– Вот и я и сам не пойму, почему до сих пор новый монстр остаётся человеком?

– Ты это о ком? – со страхом спросил я

– О тебе, естественно! Никто не остаётся самим собой после того, как поест мясо зверя, не попробует его кровь на вкус. Ещё ни один канн не уходил, притом, обручённый с Дакком.

– Но я не канн!

– Это ни о чём не говорит!

– И ещё одно. Я его крови не пробовал.

– Как это?

– Он внутри весь запечённый.

– Запечённый?

– Да.

– Как это получилось?

И я вкратце рассказал о всех своих перипетиях – и о пигмее, его заплечном пешке, моей дурости, голоде монстра, и моём снайперском выстреле в пасть зверюге, и последующем желании отведать здешнего мясца. На этот раз бобик задумался где-то на час. Я уже стал клевать носом, пристраиваясь у него на животе поспать, как он снова обратился ко мне.

– Ты жить хочешь? Человеком жить, разумным, а не прожорливым зверюгой?

– Глупый вопрос, конечно хочу, притом долго и счастливо.

– Ну, раз шутишь, и правда, шанс выжить большой.

– Выжить где? – не понял я

– Не где, а от чего!

– И что же я могу не пережить? – напрягся я.

Бобик опять погрузился в свои мысли и были они, далеко не радужные. Я кожей ощущал, как сильно он раздражён, хоть барбос и старался держать себя в лапах, но насколько это трудно ему давалось, знает он один. Но на кого он сердится, на меня, но из-за чего, ведь я его спас – он сам в этом признался, а то, что поел запрещённое мясо, так извините, не знал, голод – не тётка.

Тем временим, бобик почти успокоился, дыхание его выровнялось. Глаза были прикрыты, хвост работал, как пропеллер. Такое чувство, что лохматый хитрован принял какое-то решение, по части меня, но хочет его подать с выгодой для себя, любимого. Интересно, что он там задумал? Во всяком случае, сторожем его владений я становиться не собираюсь, ни в человеческом, ни в зверином обличии.

Вокруг давно ночь. Звёздное небо куполом накрыло небосвод. Довольно светло, метрах в десяти можно рассмотреть даже листья на деревьях.

– Я могу тебе помочь! – с пафосом начал древний дипломат.

"Ну-ну. Давай, давай!"– я специально не закрывал свои мысли от него, пусть видит мой скептицизм на его счёт.

Какие у собак живые лица-морды. Явно было видно, что он поморщился. Учуял, шельмец, что я о нём думаю. Опять затяжная пауза.

"Да у него же давно не было практики в общении с людьми, а в общении с человеком двадцать первого века современной России не было никогда. А у нас, у большинства граждан, выработано предубеждение на всякие обещания, особенно предвыборные" – я не выдержал

– Чего ты хочешь? Давай на чистоту, без недосказанностей.

Пёс вонзил в меня взгляд. Ковыряет, как буровая. Ещё дырок наделает.

– Давай, – наконец ответил он, и через паузу продолжил, – ты должен был заболеть после того, как поел мяса. Больше суток никто не держался никогда, всё превращение заканчивалось ещё раньше. У тебя же только повысился аппетит, добавляется сил, постепенно расширяется энергетический канал. Я не знаю, как развиваются люди. Ведь я сталкивался только со слугами древних, а каннов использовали и в качестве расходного материала в опытах. Но перемены в тебе видны. Заразился ты или нет, сказать не могу, но рисковать тобой не имею права. С другой стороны, и моя возможная помощь далеко не безобидна. – он помолчал, потом продолжил – На экстренный случай в меня заложен пакет помощи от постороннего, даже не мага. Берётся любой разумный, вкладывается в него информация, в течение суток он инициируется, в течении остальных трёх суток – он работает, вернее, я работаю им, а потом он сгорает. Информационный пакет самовосстанавливается через лет сто, иногда больше. Точно не знаю. Пользоваться никогда не приходилось. Но есть одна лазейка, подходящая для нашего случая. Я могу признать тебя своим защитником, благо повод, что надо, не придерёшься. Но только официально, с наложением обязанностей и прав, и на этом основании передать тебе этот пакет. Весь, без оговорок, исключений и запретов. Плюс в этом тот, что не причиняется никакого вреда или ущерба никому – ни мне, ни тебе. А вот минусов больше – я не могу тебя подчинить своей воле. Не смогу тебя контролировать и влиять на твои поступки. Добровольно пойти на контроль ты не согласишься, да и я не хочу этого. Почему это минус и почему не хочу, объясню позже. То, что заложено в том пакете содержит данные по магической "Школе Порядка". Сильнее её ничего нет. В мире она считается утраченной, её удалили древние, вложив её только в свои создания, вроде меня, для обеспечения превосходства в возможных столкновениях. Мы раскиданы по всему миру, нас немного, не больше двух десятков. Мы защищаем природные колодцы магической энергии, особенно пригодной для магии Порядка. Никто не умеет её преобразовывать в энергию, доступную для общего пользования. Если ты получишь пакет и в будущем, даже без посторонней помощи, научишься применять магию его, то может так случиться, что ты станешь опасным для всех, даже для меня и мне подобных. Конечно, у тебя может ничего не получиться, не сможешь овладеть магией, или ты не доживёшь до своего могущества, мало ли может произойти в этой жизни? Но так рисковать, не зная, кем ты станешь, очень опасно. С другой стороны, мне нужна твоя помощь, я не могу раздвинуть сжатые границы. Пробовал, не получается. И если даже порабощу не тебя, а кого другого, мне может не хватить трёх дней, и я останусь заточённым на этом пятачке на долгое время, и не смогу контролировать свою зону ответственности. И что тогда произойдёт, одни древние знают. Отдав пакет тебе, мне придётся научить тебя способам переработки энергии, боевому щиту максимального уровня, который ты в состоянии с моей помощью удержать, и ещё всему тому, что понадобится для снятия периметра. Что именно, будет ясно после того, как я переработаю суть этого мага канн. И пусть ты ещё очень долго не сможешь самостоятельно пользоваться своими возможностями, но при твоих способностях это не преграда к достижению могущества.