Юрий Москаленко – Руссия магов (страница 9)
Наконец, я приметил животных. Кошки и собаки тут водятся, но ведут себя крайне странно, держатся обособленно, особенно собаки, к которым подходить чревато и местные уважают их право на независимость и свободу. Не орут, не гонят, а те не рычат и не гавкают.
Тут есть всё для культурного отдыха. Передвижные закусочные, небольшие кафе, заманивающие праздношатающихся горожан посидеть в тени деревьев и побаловать себя напитками, или полноценными порциями ароматной еды.
Фонтаны с неизменными барельефами и статуями добавили уюта в общую картину парковой зоны. Я сильно озадачился, когда кто-то призвал на помощь… не могу поверить тому, что услышал из уст пацанёнка. Он попросил не кого-нибудь, а городового!
Да, именно так прозвучало обращение к стражу порядка, одетого так, как я помнил из фильмов про дореволюционную Россию. Тёмные галифе с лампасами, белая гимнастёрка, или рубаха, очень на неё похожая. Широкий ремень из кожи с портупеей и подвешенной шашкой или саблей.
Этот усатый человек озадачился проблемой снятия кошечки с дерева. Я удивился и мысленно положил ещё одну гирьку на весы в пользу России, как страны в мире, куда я провалился из-за экспериментов прозрачной фурии с лавками и качелями.
Мама моя дорогая! Какого лешего? Это что за развитие такое странное в этом параллельном или перпендикулярном мире? Не знаю, как миры такие правильно называются, да и неважно это, в принципе.
Пацанёнка сопровождает дама, одетая в пышное светлое платье с подъюбниками и корсетом, подчёркивающим талию. Я поначалу принял его за свадебное. Голову женщины украшает элегантная шляпка, в руках она держит крохотную сумочку, украшенную сверкающими камнями и ажурный зонтик от солнца.
Но есть в композиции что-то ещё, отличающее эпоху от той, что я знаю по историческим картинам и фильмам своего мира, нечто неуловимое и немного современное в стиле просматривается. Не пойму, что конкретно.
– Да-сс. Ну что вы так распереживались? – городовой очередной раз прошёл под мощной ветвью дуба, посмотрел вверх. – Надоест и слезет! Домой-то точно воротится к ночи.
– Милостивый государь, – женщина всплеснула руками и уронила зонтик. – Ей же страшно!
– Да-сс! – усатый снова глянул на ветви. – Вполне вероятно, что доля истины присутствует в ваших словах. Сколько лет?
– Вы сударь – хам! – женщина попыталась шарахнуть городового по морде, но он перехватил руку. – Такое спрашивать у незнакомой девушки? Хам и невежа! – добавила она, выразительно гневаясь и разочаровываясь в страже одновременно.
– Кх-м, – он отпустил вовремя пойманную руку дамы. – Я имел в виду питомца на дереве. Да-сс…
– А мне почём знать? – женщина начала закипать. – Я что, всех их на учёт ставлю? Да и какое отношение имеет это к данному положению?
Я не вытерпел и подошёл, твёрдо намереваясь влезть на дерево и скинуть кошака, иначе риск лопнуть от смеха станет реальным продолжением наблюдения за брифингом.
– Простите, что вмешиваюсь, но… – слова застыли на устах, как только я приблизился и хорошенько рассмотрел довольно молодую девушку. – Посторожите сумку, пожалуйста! – я бросил ношу ей под ноги.
Кора старого дерева столь сильно испещрена, что влезть на сук труда не составило. Сунул фыркнувшего кошака за пазуху ветровки, вжикнул застёгивающимся замком и слез. Потратил меньше минуты на всё про всё.
Подойдя с почтением к даме, я выпустил животинку, и питомец бросился в дебри парка, на прощание, помахав пушистым хвостом.
– Вот и всё! – я потёр ладонями, сбивая пыль и труху. – До свидания, милая леди, и вам – молодой человек, – обратился как можно почтительнее к девушке и пацанёнку.
Отметил ухоженность рук у дамы, дороговизну материала и сверкающие камешки на сумочке. Это точно аристократка какая-то, как пить дать! Решил не наглеть и быстро слинять. Ещё и полицейский или как его тут называют, прищурился, подозрительно осматривая моё одеяние, особенно джинсы, заранее рваные и потёртые по современной моде моего мира.
– Не спешите, – девушка остановила меня. – Я обязана вас отблагодарить, и не пытайтесь спорить! Рассержусь! – она так мило сжала губки и нахмурилась, изображая недовольство, что у меня улыбка сама собой расползлась по физиономии.
– Я спешу, даже опаздываю уже, – я нашёлся с отмазкой. – А то ещё и мне прилетит оплеуха, – посмотрел на краснеющего стража порядка, – а это не входит в мои планы, тем более, мы не знакомы.
Я приложил все возможные усилия для проявления такта и культуры в общении. Кто его знает, вдруг она дочка или жена местного авторитета, архимага или супер-пупер Рунного Воина? Жаль, если так.
– Нет ничего срочного, что может помешать знакомству, – девушка проявила настойчивость, поставив ногу на мою сумку, чем озадачила.
Странный характер у аристократа, или она совсем избалована и без тормозов?
– Анна Никитична Демидова, – добавила строго и протянула руку, а для чего, спрашивается?
Что тут положено по местному этикету, не целовать же? И никто не подскажет, включая скромно отвернувшегося городового. Будь что будет, и пусть меня не сильно больно жарят молниями и ударами стихийных рун. Кстати, она явно магичка, а раз так, то почему не сдунула кошака ветром каким-нибудь, хотя, наверное, пользоваться магическими примочками в городе просто так нельзя.
Я пожал её руку, стараясь почти не касаться изящных пальчиков, а в мыслях отчётливо застряла фамилия Анны. Демидова… Эм-м… Демидовы, в истории моего государства, это магнаты, вроде, круче олигархов… Хе-х… А почему нет? Незаметно ещё разок на неё глянул.
И поведение властное прибавилось, и осанка, и манера держаться.
Но всё вожделение и смелые фантазии в моей головушке перечеркнуло безапелляционное применение рукоприкладства в решении спорных вопросов. О чём я вообще думаю? Быстренько выгнал дурные мысли!
– Очень приятно, Анна, – я ещё и поклонился. – Но мне, и вправду пора, а зовут меня Феликс, – представился и отпустил её руку.
Отметил удовлетворение своими действиями. Анна Никитична убрала ногу с сумки, чем откровенно порадовала. Могла бы и ареста попросить у городового. Вон, стоит и каждый вздох и взгляд её ловит, доказывая лишний раз то, что передо мной стоит и общается реально крутая особа.
– Мы с братом вам благодарны, – Анна очаровательно улыбнулась. – Минутку!
С этими словами девушка открыла сумочку, оказавшуюся и кошельком, достала оттуда крупную монету и вложила в мою ладонь.
– Да не стоит! Не нужно, говорю! Это пустяк, – я предпринял попытки протеста.
– Берите! – она чуть заметно топнула ножкой, готовясь сорваться в раздражение от отказа.
Пришлось смириться с желанием знатной персоны.
– Приятно было познакомиться, просто Феликс! Если вы абитуриент Академии Боевых Рун, то жаль, что я вас там не видела, хотя, эм-м… – она задумалась и поправила шляпку. – Вы, верно, из новеньких! – выдвинула предположение. – В таком случае, если это именно так, то желаю удачи в поступлении и почаще бывайте в парке!
Развернулась, взяла мелкого за руку, и они отправились в противоположном моему направлении. Всё-таки она не замужем и это не её ребёнок, а брат. Почему я обрадовался этому факту, ума не приложу. Невольно проводил её взглядом до ближайшего поворота аллеи и лишь тогда взглянул на подарок.
Прочитал слово «Рубль», разглядел знакомую единичку и спешно перевернул монету, желая посмотреть герб. Российская Империя. В душе что-то ёкнуло, я отметил, что обрадовался орлу двуглавому и какому-то слогану, написанному слишком мелко, и, до кучи, потёртому.
Воодушевившись таким поворотом судьбы, я, словно на крыльях, домчался до антикварной лавки. Доро́гой отметил появление стай собак, об отсутствии которых задумывался ранее. Мне показалось странным их поведение. Ну, ещё бы!
Эти бродяги не выклянчивали куски, а спокойно и с достоинством принимали пищу, не как подачку, а как некое подношение, или дань за какие-то деяния.
Вожак стаи подходил к очередной лавке или пекаренке, спокойно ожидая, когда к нему выйдет хозяин и подаст вкуснятину, зачастую с пылу с жару, и обязательно свежую, не отбросы или объедки какие-то там. Главарь уходил, не прикасаясь к еде. Сначала ели его сородичи, самые мелкие или голодные.
Я проследил за одной такой организованной группой собак до того момента, пока все члены стаи не насытились и не поел сам вожак. Затем они ушли по направлению из города. Ну и что мне думать по этому поводу? Да ничего пока не буду.
Я вошёл в антикварную лавку и снова колокольчик прозвенел мелодию, как и в первый раз, и, как и в первый раз, мелодию сопровождал дождик из разноцветных искр. Я сбросил сумку с вещами на пол, небрежно оттолкнув её к прилавку, подальше от входа.
Хозяин предстал передо мной, одетым в строгий фрак, шитый спереди золотом. Строгое лицо украшают шрамы, именно украшают, а не портят впечатление, а некоторые смахивают на старые ожоги, зарубцевавшиеся очень давно и почти незаметные.
– Я вас ждал, юноша, – он первым поприветствовал меня и поставил на полку статуэтку, которую до этого протирал. – Да на вас лица нет! Что-то стряслось? – он улыбнулся.
Цепкий взгляд словно попытался проникнуть в мою душу, но наткнулся на невиданное по силе препятствие, и я смог прочесть его мысли обо мне. Ни черта себе! Вот как я так сделал?! Радовался недолго, так как и мои ментальные нити наткнулись на препятствие. Хозяин вздрогнул, по лицу пробежала мимолётная тень удивления, но без злобы.