Юрий Москаленко – Небесный Трон 1 (страница 30)
Закончив свою речь, патриарх Бейвек перевел взгляд на Кая.
— Что ты скажешь в свое оправдание, мальчик?
Парень же в тот момент даже не мог подняться с земли. И даже не из-за давления, а благодаря травмам. И хотя его тело частично восстановилось с помощью техники старика Джонго, он всё еще был крайне сильно травмирован. Потеря большого количества крови, порванные мышцы, связки и сухожилья, потрескавшиеся кости по всему телу, сломанная челюсть, раненный бок, две прожженные в теле дыры и почти полное истощение сил, не давали парню и шанса на разговор.
Хотя он хотел и сообщить всё. Рассказать о сломанных руках и смерти в грязной канаве, о несправедливых попытках искалечить его на отборочном испытании, о напавшем на него Кияне, который угрожал и Улии. Но не мог. Тело почти не подчинялось ему, а последние крохи воли уходили на поддержание сознания.
Он яростно желал высказать все это, но мог лишь пламенно смотреть на Гелиоса.
— Что ж, я понимаю… — кивнул Заклинатель, словно зная мысли Кая. — Я прочел намеренье твоей воли. У тебя сильный дух… Увы, но убийство слуги знатного рода, а также ранение самого члена аристократической семьи, по законам империи Алькея, карается немедленной казнью. Какими бы благородными не были твои помыслы, они не могут оправдать твоих поступков.
Последние слова Гелиоса, заставили сердце Джонго уйти в пятки, а его руки затрястись. Перед глазами стремительно темнело. Весь окружающий мир поблек. Он не верил и не мог принять, что так и не спас внука. Противопоставить же патриарху Бейвек он ничего не был способен. Смежно, но Джонго даже пошевелиться не мог.
Но чтобы не ощущал в данный момент старик, речь Заклинателя не остановилась.
— А так как, властью, дарованной мне нынешним императором Сигурдом, я являюсь одним из его уполномоченных представителей в Кальтии, то именно я и выступлю твоим палачом! — сказав это, Гелиос начал шагать к Каю.
«Хах, значит я всё-таки умру сегодня? — не мог поверить парень в происходящее. — А я надеялся, что смогу прожить дольше в этом мире… Я ведь так и не отплатил за доброту Улии и старика. Как жаль. Но хотя могу с уверенностью сказать, что выложился по полной. Тогда у меня не должно быть причины для жалости. Я сделал что мог, и всё равно проиграл… Проиграл в игру под названием „жизнь“, даже когда у меня был второй шанс. Надеюсь, обо мне не сильно будут печалиться. Интересно, что будет потом, и будет ли это „потом“ вообще?..»
— Гелиос… — с натугой прокряхтел бледнеющий Джонго, заставив Заклинателя удивленно обернуться. Безрассудно усиливая себя энергией, что лишь грозило сокращением срока жизни, и сопротивляясь давлению, целитель встал на колени и поклонился до земли. — Я умоляю об Искуплении Крови!
Образовалась гробовая тишина. И даже шум дождя не смел потревожить её. Вспышки молний, мелькавших где-то далеко, разносились лишь светом, но гром так и не доходил досюда.
Удивленный патриарх Бейвек, и сам уже позабывший этот древний, но всё еще действующий закон, печальным взглядом посмотрел на сморившегося и поседевшего старика. Его руки дрожали, а редкие волосы трепались по ветру.
— Согласно закону о родственной крови, я молю дать мне право искупить грехи моего внука собственной жизнью!
Уже приготовившийся к смерти Кай, оказался поражён.
Он всё надеялся, что ему послышалось, и это просто звуковые галлюцинации из-за потери крови, но мираж никак не хотел развеиваться, доказывая свою неподдельную реальность.
— Ты уверен?
— Не существует ничего тверже моей уверенности! — вспомнив фразу из своей юности, ответил Джонго. Целитель, спасший Кая в первый же день его новой жизни…
— Ты же знаешь, моя рука не дрогнет! — словно уверяя в этом самого себя, выпалил Гелиос. Ему было плевать на какого-то мальчишку, однако хоть и на бывшего, но всё же друга…
— Хе-хе, я надеюсь на это. Иначе тебе придется делать еще один удар, — отшучиваясь, храбрился Джонго. Как и любой другой, он боялся. Боялся смерти. Вот только было то, чего он страшился еще больше. Очередную для себя потерю он еще раз не вынесет.
— Ты… — пошатнулся Заклинатель, после чего, напускной холод вновь вернулся в его глаза. — Раз таково твое желание, то я лишь могу исполнить это…
Джонго так и не разогнул спины, упершись лбом в землю, когда Гелиос направил свой шаг к нему.
Капал дождь.
Держащийся непонятно каким образом, Кай поднялся на четвереньки. Тут же смываясь с его лица, на землю капали слезы.
Он хотел кричать. Сказать, что не его внук, что обманул. Что не заслуживает его любви.
Он не мог. Челюсть предательски не двигалась, а вместо голоса выходили слабые, кряхтящие звуки.
Пытаясь ползти вперед, он чувствовал боль. Не телесную. А страдания пылающей в агонии души, трескающейся по швам словно деревяшка на костре.
Гелиос остановил свой шаг возле склонившегося Джонго.
«Стой…»
Кай вытянул руку в сторону старика. Из-за чего вес тела свалился на вторую конечность. Скользкий от ливня камень заставил ладонь заскользить. Тело плюхнулось обратно на землю. Лежа, с разбитым носом и содранной кожей лица, подняв голову, парень всё также продолжал тянуть свою ладонь.
— Кгра… — единственное что мог издавать Кай.
Рука заклинателя понялась вверх. Из плотнейшей энергии сформировалось подобие клинка.
«Остановись!»
— Ства… — пытался кричать Кай.
Не сдаваясь в попытках встать, парень увидел, как Джонго приподнял к нему голову. Как и всегда, с хитро прищуренными глазами, он улыбался. Беззвучно, губы старика задвигались, словно пытаясь что-то сказать напоследок.
Попытки Кая подняться, превращались в содранные до крови ногти и кожу пальцев.
Поднятая рука Гелиоса молниеносно опустилась.
«УБЕЙТЕ МЕНЯ!»
Неслышимый никем крик раздался в его голове.
Сохранившая прежнее выражение лица, голова старика Джонго покатилась по земле.
Мир заволокло тьмой…
Казнь закончилась.
Давление Гелиоса пропало, и патриарх Йони смог вновь зашевелиться.
— Закон был исполнен, — тяжело изрек Заклинатель, стоя спиной ко всем и смотря на плачущее небо. — Парень более ни в чем невиновен! Это конец, Яверт…
— Ты заблуждаешься, — процедил мужчина с бородой.
— Хочешь сказать, что смерть Великого Таланта ничего не стоила для тебя?! — взревел Гелиос, тут же обернувшись и обрушив на Яверта истинную мощь своей ауры.
Закаленные, прочные как железо кости патриарха Йони стали трещать, а земля под ним самим прогибаться вглубь.
— Я не… то… имел ввиду… — используя внутреннюю энергию для сопротивления, еле-еле произнес он.
— А что тогда?! — взял себя в руки Заклинатель, частично уменьшив давление.
— Это еще не конец! Пацан тоже очень талантлив! И он точно будет мстить, и не только моей семье! — прокричал Яверт. — И зная это, я не могу просто так отпустить его, даже если мне придётся нарушить закон! Имеешь ли ты право позволять ему уйти, понимая, что может случиться с Кальтией, когда он доберётся до ступени Заклинателя. А уж поверь, если он смог победить моего сына лишь на уровне Закалки Легких, то он определённо станет очень сильным в будущем!
Вновь устаканилась тишина…
Гелиос рассматривал потерявшего сознание Кая, который так и не сдавался до конца, даже зная, что ничего не может. Патриарх Бейвек понимал, что хоть слова Яверта и были направленны в первую очередь на утоление его желаний, но они всё же являлись верными.
Заклинатель подошел к израненному парню.
— Он покинет город, — заговорил он через минуту.
— Этого недостато… — тут же осекся Яверт, ощутив ярость Гелиоса.
— А также, — продолжил тот, — я совершу Технику Разрушения Боевых Искусств.
То, о чем говорил Гелиос, в действительности нельзя было назвать техникой в общепринятом значении. Это был определённый комплекс действий, направленный на создание некоторых увечий в теле практикующего боевые искусства. После такого, Кай никогда более не сможет подняться выше ступени Закалки Разума, из-за повреждённых особых областей организма.
Именно такое и случилось с Джонго давным-давно. Но в отличии от парня, он уже был на ступени Закалки Души тогда, так что Техника Разрушения Боевых Искусств попросту остановила любой возможный его рост дальше. Уменьшить же ступень она не могла.
Для любого воина, пылко шагающего по данному пути, это было сродни смерти. Лишь единицы могли перенести это психологически, продолжив жить дальше, зная, что кто-то навсегда лишил их шанса стать лучше. Стать сильнее.
— Тц, — скривился Яверт, надеясь, что ублюдка убьют, ну или хотя бы бросят навечно гнить в тюрьме. Но и такой вариант был приемлем, хоть и не сильно ему нравился. Однако выбора у него не было. — Ты поступаешь мудро…
— Прости Джонго, но лучше так, чем… — прошептал патриарх Бейвек, игнорируя лесть.
Указав на Кая ладонью, Заклинатель выпустил в сторону тела парня энергию. Проникнув организм, управляемая волей Гелиоса, она сделала свое дело.
— Не вздумай сделать глупостей, — предупредил он Яверта, после чего моментально исчез.
Попросту испарился.
А вместе с ним, пропало тело и голова Джонго. Точнее они не пропали, в отличии от самого Заклинателя, а распались на энергию, став частью всемирного круговорота силы.