Юрий Москаленко – Боги и Демоны Захребетья (страница 12)

— Моя будет старательная, аднака! — козырнул узурпатор, обозначив чёткое понимание своей персональной задачи.

Тут дверь комнатки девушек скрипнула, а глаза рыжего, обернувшегося на звук, округлились. Усы мелкого встопорщились в две струны, а у Калигулы из рук выпала ушанка.

И начался кипешь с погромом и поломкой отдельных элементов интерьера. Грифон кинулся к столику, с двумя обалдевшими магическими личностями. Двое мелких ломанулись в разные стороны дав птенцу врезаться в сервировку столика. Полетела посуда и загремели бокалы с рюмками.

Калигула сразу ретировался, исчезнув, по всей вероятности, в сторону Ставрополя на Волге, может и дальше, но не ближе, это уж точно. А усатый кинулся к секретеру. Крылатый львёнок за ним, что естественно, раз второй жертвы уже нету в его поле зрения. И снова стряслось сокрушительное столкновение с мебелью.

Чернильница, кем-то забытая, шарахнулась об стену и нанесла ей косметический урон в виде кляксы. Брызги попали и на Ефима, начавшего немедленно ругаться. Следом пострадала кровать и подушки, наволочки которых были нещадно разодраны когтями грифона. Пух с перьями поднялся в воздух, образовав непроглядное белое облако. Часть его задела светильник и вспыхнула, и подпалила ажурное покрывало, скрывающее сундук с прочими пожитками. Весело занялось пламя.

— Все-е-е-ем ти-и-ихо! — заорал я во всё глотку, не вытерпев продолжения хаоса и бедлама. — Си-и-иде-е-еть! — рявкнул я на грифона.

Ефим кинулся сбивать огонь с занявшегося огнём сундука, а двое нарушителей спокойствия замерли, послушавшись моего злого окрика.

Чукча застыл в дальнем углу и дрожал всеми конечностями, а крылатый разбойник замер напротив, плюхнувшись на попу и растопырив все лапы и крылья. Типа поймал таракана, зажав его в угол и преградив все пути к бегству.

— Фу-у-ух, — я выдохнул и опустился в кресло. — Ну вы блин и даёте! — добавил я и поднял с пола графин. — Ефим? А, так ты уже потушил, — констатировал я победу денщика в ликвидации пожара. — Быстро все сели и пожали друг-другу все лапы! Это шандец какой-то, а не жизнь начинается! Вы такими темпами с поведением, меня до белого каления доведёте, с обязательными инфарктами и умалишением! — добавил я эмоционально и сделал пару глотков прямо из горлышка.

Немного успокоившись, я уверенно встал и накинул меховую накидку на плечи.

— Вот что, залётчики, — постарался я говорить сдержанно. — Вам, помириться и не ловить друг-дружку, — дал я распоряжение нахмурив брови. — Ефим, постарайтесь вызвать назад Калигулу и восстановить тут всё, — я вновь перевёл взор на Чукчу. — Это тебя тоже касается. Крылатого не обижайте, а я по делам отлучусь, — завершил я раздавать указания и вышел из комнаты.

Направился я к Василию, в оружейную мастерскую, где заказ разместил на нужную мне колючую проволоку. Есть пара идей защитить Башню дополнительными и нехитрыми дополнениями. Не знаю я, как там на самом деле всё получится в исполнении, но задумка стоящая, как мне кажется.

Дойдя до знакомой ниши в стене прикрытой деревянной стеной с оборудованной дверью, я решительно постучал и вошёл, не дожидаясь приглашения. Тут я увидел двух господ, разговаривающих с мастером-оружейником.

— Дык, ваши сиятельства, вот он и сам, заказчик-то, — Василий указал в моём направлении.

Господа обернулись и я сразу узнал двух поверенных Великих Князей Шуйского и Демидова. Это графья, по моему, Дмитрий Гард и Николай Семенович.

— Вот, у его светлости и поспрашайте, на кой ему такая заковыка, — добавил Василь, после чего замолчал, считая свою задачу выполненной.

— Надеюсь, Василий, что всё готово? — поинтересовался я, осматривая несколько мотков готового изделия.

— Только-только и завершил, — кивнул мастер. — Немного мороки было, но это покамест не приноровился, да и помощником объяснение не дал, — добавил он оправдываясь.

— Благодарю! — я кинул ему ещё пару монеток серебром.

— Дык, а это за шо? — удивился он, лихо поймав кругляшки.

— За то, что в сани погрузите, когда укажу в какие, — пришлось пояснить и успокоить мастерового.

Он кивнул удовлетворительно и поправил фартук из грубой кожи, явно гордясь собой. Всё это время нас разглядывали господа поверенные, не решаясь прервать диалог заказчика и исполнителя. Но вот все формальности выполнены и граф Гард сделал шаг ко мне, при этом чуть поклонившись, и намекая на необходимость общения.

Я только сейчас сделал лёгкий ответный кивок на его аналогичное приветствие. Вскинул бровь и замер, ожидая начала диалога от уважаемого поверенного Князя Демидова, главы клана Ллойд.

— Господин Феликс, Князь, — почтительно обратился ко мне Дмитрий Гард. — Пролейте свет нам с графом, поведайте, что это такое и для чего может понадобиться, — граф немного посторонился, открывая обзор на мотки проволоки.

— Это просто… — открывшаяся дверь не позволила мне завершить предложение.

Мы все обернулись и встретились взглядами с вошедшим Рэйнолдом Аперкилдом.

— Здравствуй, Василий, — он сначала проявил уважение к хозяину мастерской. — И вам, господа, доброго дня, — следователь поклонился и нам. — Раз уж разговор зашёл об этих мотках металлической проволоки, — он указал на них. — То и я с удовольствием послушаю господина Феликса, — Аперкилд скрестил руки на груди и замолчал, передавая слово мне.

Теперь уже все четверо вновь сосредоточились на моей персоне.

— Как я уже начал пояснять господам, это довольно-таки простое изобретение, — я вернулся к продолжению объяснения. — Изделие, способное повлиять на проходимость укреплений живой силой противника, включая коней, — я прервался и подошёл к мотку, освободив часть конца проволоки и вытянув её. — Помимо самой проволоки, затрудняющей продвижение, существуют зацепы, — я показал на остренькие концы намотанных кусочков. — Они успешно цепляются за всё, что есть на человеке, а при контакте с открытыми частями тела, наносят противные мелкие раны.

— И как происходит практическое применение? — не удержался Гард, когда его палец укололся.

— Сбиваются крестовины из дерева, — продолжил я развёрнутое пояснение и скрестил три палочки, подобранные рядом с горнилом. — Вот так, — я продемонстрировал всем получившееся. — Их устанавливается великое множество по всей линии возможного противостояния. Ну, а уже следом они скрепляются множественными протянутыми отрезами проволоки. Получается классная штука, которую можно комбинировать со рвами, и лучше делать несколько рядов, — завершил я рассказ под удивлёнными взглядами господ, дополненными вытянутыми лицами.

Пару минут они занимались ощупыванием колючей проволоки, а Гард даже к одежде её примерил на предмет зацепов.

— Великолепно! — эмоционально выразился Николай Семенович, поверенный Шуйского.

— И как просто в применении! — поддержал его граф Гард.

— И вы не забудете, господа, — подхватил эстафету высказываний Рэйнолд Аперкилд. — Не забудете, что сиё на изделие имеется патентная грамота? — он выразительно посмотрел на меня, намекая на невозможность затягивания оформления документов.

— Да-да! Мы прекрасно это понимаем, — согласился Дмитрий гард с замечанием. — И даже готов сделать заявление, что мой господин, Великий Князь Демидов, Никита Васильевич, с радостью купит лицензионные права на такое новшество, — проговорил он и уступил место Семеновичу.

— От себя добавлю, что и Великий Князь Шуйский, Митрофан Иванович, будет не против приобрести лицензионную грамоту. В любое удобное для Князя Рюрика время! — добавил граф и поклонился.

На такой позитивной ноте в деловом общении разгвор подобрался к логическому завершению.

— Ну что ж, господа, — я сделал взаимный поклон уважаемым людям. — На сим, я прошу меня простить, вынужден откланяться.

— Конечно-конечно, — охотно согласились оба вельможи.

Я вышел от мастера и тут вспомнил про сломанное орудие. Пришлось снова вернуться в оружейную мастерскую, где господа продолжали восхищаться элементарным приспособлением сдерживания наступлений.

— Что-то ещё есть у господина Феликса, что может удивить нас? — Аперкилд первым среагировал на моё возвращение.

— Возможно, — уклонился я от прямого ответа. — Василий, сейчас у тебя есть бумага и карандаш?

Мастер гордо предоставил мне новенький набор для черчения.

— Вот, у интендантских вытребовал для нужд, — похвалился оружейник и прищурился.

— Пушка как? — я указал на ствол и казённую часть орудия.

— Вас дожидается, — заявил он довольно.

Ну а я уже приступил к воплощению замысла, пока на бумажной основе. Черчение много времени не заняло, да и конструкция сама по себе не велика в инженерном плане. Правда перезарядку придётся делать в горизонтальном положении, или близко к этому. Однако всё решается и работы не так уж и много.

Длину ствола убавить. Тренога с резьбовой регулировкой угла, да и простенькая система возвращения ствола в удобное положение для следующего заряжания.

Через тридцать минут скрупулёзного занятия черчением я отдал лист с новым изобретением в руки Василия.

— Сколько времени понадобится на сотворение этого? — поинтересовался я у мастера, изучающего рисунки и шевелящего губами при этом, явно проговаривавшего про себя какие-то производственные решения.

— А? — Василь встрепенулся. — Часа два, может поболее малость, но всё есть у меня. Да и части от орудия можно приспособить, — доложил он и снова уткнулся в наброски.