Юрий Москаленко – Берсерк забытого клана. Тайна Одинокого Бастиона (страница 8)

– Твой уважаемый дедушка, прости, если дальше будет грубо, – я заранее извинился у благородного за свой напор. – Твой дед – идиот?

– Да, нет же! – Родион даже подскочил от возмущения.

– Тогда, дружище, какого хера ты тут панику затеял? – рявкнул я и развернул его к выходу. – Марш в свой вагон! Пять минут у тебя для наведения нужного лоска! – скомандовал я, подводя его к двери. – Всё парадное, что снять успел, надевай назад и скорее возвращайся, – пришлось развернуть его к дамам и дать пару секунд, для наблюдения процесса сборов его избранницы. – Видал, какая она у тебя? Посмей только подумать, что не хороша! – завершил я и вытолкал его из вагона.

Закрыв дверь, я облегчённо выдохнул и отметил полную остановку нашего эшелона. Это значит, что время, отпущенное мной до начала приёма дорогого гостя, начало свой обратный отсчёт…

К моему искреннему удивлению, со своими задачами девчата справились быстро. Благородные особы умудрились и Сивому с Барри помощь оказать в деле по сервировке будущего праздничного застолья.

Родион вернулся «при параде», чем вызвал всеобщий восторг. К князю подвели его красивую избранницу и…

Бум! Бум! Бум! Бум!

Стук в дверь прозвучал сигналом к началу мероприятия.

Все воззрились на меня, по обыкновению считая главным, посему пришлось действовать согласно этого почётного звания, или общественной нагрузки.

– Входите! – заявил я и приготовился, отступив к остальным.

Дверь открылась и на пороге нашей теплушки появился совсем не старик, как я ожидал, а вполне нормальный мужчина среднего возраста.

– Вот она, наша прелестная особа, растопившая камень молодого отпрыска! – высказал Александр Ефремович вместо приветствия и растопырил руки, делая шаг к обалдевшей Виолетте.

Он сжал девушку в объятиях и потрепал по голове внучка, что полностью развеяло моё ожидание какого-то скандала, ну, или просто напряжения ситуации.

– Я тоже рада знакомству, – застенчиво проговорила Виолетта.

Дедушка, не обращая внимания на всякие этикеты, взял, да и поцеловал раскрасневшуюся красотку в щёчку.

– Хвалю! Родион?! – он наконец и внука удостоил вниманием.

– Да, Александр Ефремович? – сдержанно поклонился Кутузов-младший.

– Кхе-х! Нет нужды вдаваться в детали, как и уточнять титул столь прекрасной госпожи, – заявил он с чувством, полным удовлетворения. – Отпразднуем? – старший самолично подвёл Виолетту к столу и наполнил два фужера.

Подал один девушке и выпил. Тут его взгляд наткнулся на моего денщика…

– Ефим? – князь мотнул головой, как-бы прогоняя видение. – Нет… Нет, не может быть такого… Ты же?

Фужер выпал из его руки, и он бросился к старому солдату распростёрши руки для объятий…

Я просто выпал в прострацию, впрочем, как и все.

Они постояли некоторое время, рассматривая друг друга. Глаза их предательски заблестели из-за излишней влаги. и они ещё раз обнялись…

– Простите покорнейше, – начал Князь поклонившись всем нам. – Внучек, красавица Виолетта, – он акцентировал своё обращение. – Продолжайте праздник в честь обручения, а я, с вашего позволения, отлучусь с этим человеком, – Кутузов старший приобнял Ефима. – Не гневайтесь…

– Князь? – Ефим бесцеремонно развернул гостя лицом к себе. – Ты ведь был…

– Был, был, – грустная улыбка скользнула по лицу Александра Ефремовича. – Но, как видишь, – он расплылся в улыбке.

– Чего уж, вижу, чай не слепец, – скопировал радость и мой денщик.

– Как тут мой отпрыск? – поинтересовался князь для проформы, прекрасно зная ответ.

– Ну-у-у… К-хех! – Ефим подкрутил ус. – Да, почитай что, как и мы с тобою в своё время, помнишь?

– Это тогда, когда я свою княгиню за перевалом, в Захребетье, сыскал? – закивал князь, сдерживая смех.

– Знатно тогда погуляли, – усмехнулся Ефим. – А оне, – старый солдат махнул в нашу сторону. – Дык, и вполовину не уложилися…

И они вышли из вагона, оставив всех нас застывшими в обалдении. Мы постояли немного и, наконец-то, отмерли, начав шевелиться.

– Ничего не понял, – Родион развёл руками. – Деда словно подменил кто-то… Н-да…

– В таком случае, господа и дамы, – я взял слово. – Давайте отметим!

Я жестом пригласил всех к столу, думая о превратностях судьбы и гадая, что же у этих двух человек могло быть общего в жизни…

– Кстати, – слово взяла Элеонора Врангель. – Уже утром наш эшелон прибывает в пункт распределения личного состава по гарнизонам, – довела она до всех важную информацию…

Мы занялись трапезой, причём, я полностью исключил алкоголь из своего рациона… Хватит, попил на всю оставшуюся… Теперь и послужить можно!

Интермедия о странном донесении…

Докладная грамота за номером тринадцать. Составлена согласно расписанию.

От агента особых полномочий Его Императорского Величества, независимого служителя Верховного Протектората Рунных Магов Руссии.

Довожу до сведения Вашего Величества некоторые факты из деятельности наблюдаемого.

Интересующий нас объект вновь сконцентрировал вокруг своей особы события, которые я отношу к случайным с большой натяжкой.

Во-первых, наш объект несколько раз отличился в проведении странных операций, подготовленных самолично, как утверждают люди, наделённые полномочиями и способные к анализу и систематизации.

Странно, но в некоем городе, что близ узловой станции, негласных ворот к Порубежью Руссии, наведён порядок среди бандитов и их контактов в армейских подразделениях. Несколько лиц уничтожены.

Во-вторых, объект продолжает собирать вокруг себя приверженцев своего уклада жизни и деятельности. Он стал бесспорным авторитетом среди призванного пополнения Рунных Магов. Однако, не пользуется этим, вопреки моим ожиданиям.

В-третьих, особо хочу отметить тот факт, что интересующий нас объект чудным образом помолвлен с лицом, давно находящимся в поле нашего зрения.

С лицом, чьи потенциальные возможности открывают массу перспектив перед объектом и делают из него опасную персону. Но и в этом случае, он ведёт себя непредсказуемо.

В его планах есть ряд мероприятий, направленных на увеличение мощи Руссии в производстве вооружений.

Подозреваю ошибку в выводах ваших аналитиков.

Прошу прощения у Вашего Величества, за вольность своих мыслей, как и за возникшие сомнения относительно подозрений, адресованных к наблюдаемому объекту.

Подведение агента вплотную к наблюдаемому, в узкий круг, я по-прежнему считаю нецелесообразным, способным поставить под угрозу раскрытия и срыва всей разработанной концепции долгосрочной операции. Хотя, уже скоро будут предпосылки и для этого действия с нашей стороны.

Об изменениях буду докладывать условленным каналом, минуя официальные подразделения и службы Его Императорского Величества.

Подробный отчёт о действиях наблюдаемого с точными датами деяний и задокументированными фактами я вышлю в виде записей на артефактах памяти.

Агент Особых Полномочий»

Интермедия вторая. О Потёмкиной, Голицыне и Демидове с Шуйским

Графиня Потёмкина протянула Резнику, своему верному поверенному, полотенце, предварительно смоченное водой.

– Благодарю вас, госпожа, – Егор Дмитрич принял его из рук Полины Николаевны, и приложил к ушибленной макушке. – Тяжёлая рука у этого господина Барри, – подметил он очевидный результат, как итог, случившийся после короткой стычки с обсуждаемыми. – Мне всё чаще кажется, – продолжил поверенный, – что служба этих двух господ в контролирующем органе, как бы это сказать… – Резник замешкался с продолжением, подбирая подходящие слова и выражения.

– Продолжайте, Егор Митрич, – Полина подбодрила его, не особо задумываясь над словами уважаемого поверенного.

Графиня думала о своём.

В частности, о том вопиющем акте унижения, которое сотворил с ней князь Рюрик. А ещё Полина ломала голову, почему же она, такая резкая на слова и дела в своей насыщенной жизни, не нашла в себе сил воспротивиться Феликсу.

Отчего же она, являясь грозной, можно сказать, что «железной леди», поддалась ему, словно мышка, загипнотизированная удавом, и исполнила его чудовищный приказ. Или она сама хотела этого? Бред!

Графиня помотала головой, стараясь выбросить из головы этакую чушь и вздохнула, вернувшись к разговору с Резником, с трудом выйдя из своих неприятных воспоминаний…

– …Э-ээ… Да-сс! – продолжил изливать негодование пострадавший поверенный. – Мягко говоря, эта служба чуточку далека от них. Такое ощущение, что настоящая специализация у уважаемых протеже господина Феликса, диаметрально противоположна тем обязанностям, которые возлагает на господ служение во благо имперской армии, – он завершил краткую выкладку своих суждений и взглянул на Потёмкину, надеясь снискать поддержку от своей хозяйки.

– Егор Митрич, – она поднялась с кресла. – Отчасти, вы заблуждаетесь и одновременно правы, она – не чуточку далека! Извините за прямоту. Это бывшие бандиты, если я ещё разбираюсь в людях. Но, в данный момент, они такие же полномочные представители Большой Комиссии Контроля Военных Имперских Поставок, независимые инспекторы! А самое главное в этих господах, это черты характеров – они преданы своему покровителю! – довела она свои выводы до поверенного. – Прошу вас, не нарывайтесь на неприятности в общении с ними.

– Я буду осторожен, но, – он повёл головой, сдерживая более явные выражения своего непонимания позиции графини. – Разве мы не будем чинить заслуженную расправу над этой бандой головорезов?