Юрий Мори – Римаут (страница 10)

Теперь специальный агент, удивленно смотревший на пару полицейских, оказался под прицелом сразу двух пистолетов.

– Ни с места! Руки за голову, – истошно заорал Каневски, явно старший по должности в этой парочке.

Лири медленно поднял руки и сцепил их на затылке в замок.

– Вы хоть права зачитайте, – сказал он. Голос был совершенно спокоен, и Агата им восхитилась. Хороший дядька, хороший. Хотя ничего не понятно, что у него за работа, но перед носатым не унижался. Да и в целом – никакой истерики. Молодец.

– Не Америка у нас, – пробурчал водитель. – В комиссариате зачитают.

Каневски, не убирая нацеленного оружия, свободной рукой расстегнул боковую молнию на форменной куртке и вытащил сложенный вчетверо листок. Потом резким движением, словно фокусник, дернул им вниз, держа за уголок. Листок расправился и, несмотря на заметные сгибы, и агент, и Агата увидели принтерную распечатку. Довольно близкий к истине был фоторобот господина Лири, узнать несложно.

– Ваш портрет составлен со слов сторожа стоянки, где убили Антона Реца, – сказал Каневски. Сейчас он довольно улыбался, отчего его лицо казалось совсем уж неприятным. Глазки почти заплыли, остался только шикарный нос над двумя рядами кривоватых желтых зубов.

– И? – так же спокойно уточнил Лири.

– Ордер на ваше задержание по подозрению в убийстве Реца в комиссариате. Извольте ехать с нами. Робин, надень ему наручники.

Водитель достал из кармана короткую пластиковую ленту с выемками и, зайдя сзади агента, велел опустить руки за спину. После этого ловко защелкнул приспособление на больших пальцах рук.

Агата слегка сощурилась – несмотря на солнечный день, жутко мешали сполохи красных и синих ламп мигалки на полицейской машине.

– Господа, вы делаете сейчас большую ошибку, – ровным голосом сказал Лири, но его никто не слушал. Водитель уже взял его за локоть и поволок к своей машине, а Каневски занимался тем, что прятал обратно фоторобот, все так же неприятно скалясь.

– Да черт вас побери, достаньте из моего кармана удостоверение! – слегка разозлился агент, но водитель молча открыл свободной рукой заднюю дверь патрульной машины. Открыл и собрался запихнуть туда задержанного привычным движением.

– Даже если вы канцлер Швейцарии и русский царь одновременно, нам плевать! – наконец-то снизошел до ответа Каневски. – Наше дело ловить убийц, а с вашими документами пусть разбирается комиссар. Ему по должности положено, да и зарплата больше моей.

Лири понял, что спорить бесполезно. Он обернулся к Агате и крикнул, уворачиваясь от водителя, пытавшегося впихнуть его на заднее сидение силой:

– Госпожа Фроман! Мы договорим немного позже, но на стоянке я видел убийцу – это огромная кукла. Робот, вооруженный мечами. Подумайте об этом до нашей следующей…

Водителю, которому на помощь пришел Каневски, наконец удалось засунуть задержанного агента в машину и захлопнуть за ним дверцу.

Агата стояла, потеряв всякое понимание происходящего. Он видел то же, что и Вик?! Что за черт, в самом-то деле? И эта кукла – убийца?

Не может быть…

– Похоже, это опасный маньяк, девочка, – сказал на прощание Каневски, уже садясь в машину. – К тебе не приставал? Очень повезло. Очень! Ступай-ка домой.

Агата дождалась, пока полицейские уедут, и подошла к машине Лири. Подняла опущенные стекла. Потом заперла двери с брелока сигнализации, который так и висел на ключах в замке зажигания все это время. Спрятала связку в карман.

А ведь прав господин агент, встретиться еще раз им точно придется.

5. Нешуточные хлопоты

Пару лет назад, когда Агате почти исполнилось тринадцать, она решила отправиться в путешествие. В старых книжках, которые теперь читают все реже и реже, лучшим способом было выдать себя за мальчишку и наняться юнгой на корабль. В книжках же не было паспортов с фотографиями, интернета, камер наблюдения на улицах и прочих сложностей. Постриги волосы покороче, смени одежду – и вперед, к пропитанному ромом боцману какой-нибудь шхуны. Он только рад будет бесплатной рабочей силе, ведь кому-то надо чистить картошку на камбузе и лазить по вантам до самых верхушек мачт.

Теперь все было не так. Вариант с кораблем Агата обдумала и забраковала. Самолеты? Тоже довольно забавно. Сегодня ты здесь, под скупым европейским солнцем, а через десять часов уже на пляже где-нибудь в Доминикане. Кстати, где это? Надо бы посмотреть в навигаторе, как доехать туда на поезде. А вот это интересно, насчет поездов… Но нет.

Причины были теми же, что и с остальным общественным транспортом – взрослые настороженно относились к путешествующим без присмотра девочкам. Хотя бы выгляди она старше – были бы шансы, а так… Первый же доброхот вызовет полицию. А она уже вовсю ищет потерянную Агату Фроман, рост метр пятьдесят один, глаза серые, волосы светлые, прическа каре. И родители, до того паниковавшие в ее поисках, немедленно примчатся за ней. Несмотря на обстоятельную записку, оставленную на кухне, о ветре странствий и прочих манящих вещах.

Путешествие решено было организовать недалеко. Для проверки собственных возможностей и выяснения, так уж ли хороша сама идея – посмотреть мир за пределами Глобурга. Всего на денек, с возвращением к вечеру. Виктору и в голову не придет волноваться, а отцу и матери отправлены тщательно продуманные сообщения о школьной экскурсии.

Ветер странствий первым делом привел Агату на автозаправку. Тормозить машины на трассе – дурной тон, так всегда говорила мама, да и приличные люди там не остановятся. А попасть в замкнутое пространство с каким-нибудь скучающим водителем фуры или, хуже того, маньяком – совсем лишнее. Попутчицей обязательно должна быть женщина, так спокойнее.

Агата стояла возле торгового павильона, не привлекая к себе внимания, и выжидала. Компания молодых ребят на внедорожнике – это, конечно, мимо. Пара пенсионеров – тоже. Несколько фургончиков с броскими логотипами фирм. Эти и из города-то не поедут. Одинокий мужчина на дорогом лимузине. Нет уж. Пусть катится по своим делам, усыпанным курсами акций и качелями валютных пар.

А вот это? Да, отличный вариант! Серебристый двухдверный автомобильчик. За рулем женщина – не юная девчонка с ветром в голове, с такой и ехать-то страшно, – но и не старушка. Эти бабульки такие зануды… На вид водитель чуть моложе мамы, значит немного за тридцать. Работник заправки в слегка испачканном сине-красном комбинезоне уже шел к машине, сама женщина открыла дверь и роется в сумочке в поисках карты или телефона для оплаты бензина. Окна приоткрыты, идеально!

Или… не стоит нарываться и лезть незаметно?

Агата подбежала к владелице машины и уже открыла было рот, чтобы изложить короткую историю о заболевшей бабушке и не-подвезете-ли-вы-меня-пожалуйста, но не успела сказать ни слова.

– Садись. Там сумка с ноутбуком, переложи ее назад, – даже не глядя на девочку, сказала хозяйка авто. Темные очки в пол-лица мешали рассмотреть ее подробно.

Агата кивнула и открыла мягко чмокнувшую навстречу ей дверь. Сумку она переправила назад, за сидения, поставила рюкзачок с водой и бутербродами под ноги и даже пристегнулась. Так всегда велел делать отец.

Женщина вернулась от кассы, села за руль и резко, но уверенно вывела автомобиль из тесного заправочного стойла, ограниченного колонками с торчащими шлангами.

Агата снова открыла рот, чтобы хоть что-то сказать, но хозяйка машины, не отрывая взгляда от дороги, произнесла:

– Не трудись. Тебя зовут Агата, тебе двенадцать, никакой бабушки в пределах тысячи миль нет. И – да! Это твое первое путешествие. С которым тебе повезло. Или не повезло, жизнь покажет.

Они мягко затормозили перед светофором. Дальше – только рельсы железной дороги и близкий выезд из Глобурга.

– Меня зовут Мадлен, – трогаясь на зеленый сигнал, добавила женщина. – А теперь спрашивай.

Агата потрясенно крутила головой, думая, не стоит ли выпрыгнуть на ходу, чтобы оказаться подальше от странной попутчицы, но решила остаться. Они уже на трассе, и скорость явно великовата для прыжков за борт.

– А почему – миль? – наконец спросила она.

– Привычка, – пожала плечами Мадлен. – Я довольно долго жила в Соединенном королевстве. Да и не только там.

Так Агата и познакомилась с наставницей. Странно, почему она вспомнила тот давний эпизод именно сейчас, сворачивая на свою узкую улочку? Кто его знает, память вообще штука причудливая. Не прикажешь ей, что помнить, а о чем забыть.

Вот еще чудеса – калитка во двор была прикрыта, а входная дверь в дом – нараспашку. Мама обычно строго следила за этим, ведь бросать вход открытым – приглашать воров. Она всегда так говорила, что, в общем, было верно. Незапертая входная дверь в их старой квартирке действительно смотрелась бы довольно дико. Воров не воров, но кого-нибудь точно заманило бы на такой лакомый кусок.

Агата зашла в холл. Нет, точно что-то не так… Дверка в подвал тоже приоткрыта, из шкатулки, поставленной мамой в прихожей, с запасными ключами и прочей мелочью, все высыпано на столик. Беспорядок вроде бы мелкий, но все детали, складываясь вместе, начали беспокоить.

– Мама! – крикнула Агата в тишину дома. – Ви-и-к!

Брат-то точно должен быть дома после ночных потрясений. Но никто не отозвался. Девушка побежала на кухню: да, и здесь кто-то копался, явно не свой. Ничего не сломано и не перевернуто, но все эти брошенные незакрытыми ящики, вытащенная зачем-то коробка с еще не разложенной посудой… Точно, воры. Но очень странные – что можно было искать в их крайне небогатом имуществе?