Юрий Молчан – Вий. Рассказы о вирт-реальности (страница 27)

Они уже почти догнали Антивируса и Фому. Внезапно перед doc’ом и rtf’ом вспыхнула стена красно-зеленого пламени. Их швырнуло назад, как две скомканные бумажки.

Удар о воду был болезненным и жестким.

Doc кое-как взобрался в лодку, протянул руку товарищу и втащил его. Оба вымокли насквозь. Волосы от удара об огненную стену у обоих остались всклокочены. Кожу на лицах, там, где их коснулась Стена, саднило после ожога.

— Проклятье, — выругался rtf. — Совсем забыл про Стену Огня.

— Ну да, — кивнул doc. — Я тоже не подумал про Firewall. Ты так заразил меня энтузиазмом, что я забыл про все на свете.

— Дурень, — сокрушался rtf. — Надо же о таком забыть…Фундаментальный закон мироздания… Ничто не проникает из Сети к нам, и ничто не выходит из нашего мира в Сеть. Только у Каспартов есть власть ненадолго отключить Firewall.

— Антивирус властен и над Стеной Огня, — буркнул doc, — нужно было попроситься уйти, пока он был здесь.

— Ладно, чего зря горевать, — сказал rtf, поднимая весло, — поплыли назад. Сходим в бар, выпьем чего-нибудь, обсохнем. По крайней мере, мы увидели Антивирус. За всю историю эта честь выпала очень немногим.

Только теперь Фома заметил, что его ноги в сандалиях ступают по лунному свету. Вместе с Антивирусом он шел к мерцавшей впереди свободной безграничной Сети.

Озеро осталось далеко внизу. В месте, где время для него потеряло стабильность, и где оно, наконец, повернуло вспять.

Загруженные в смартфон

— Зачем тебе весь этот спектакль? — спросил Илья Дешеров, глядя на собравшуюся на кладбище группу людей, тоже уже давно, судя по их лицам, не видевших традиционные похороны. Традиционную кладбищенскую тишину нарушает приглушенный гомон голосов собравшихся.

Тут же отдельной группой толпятся репортеры. Сейчас, когда население выросло, и территорий катастрофически не хватает, умерших в обязательном порядке кремируют. Но остались вот такие «фейковые» кладбища для богатых любителей старины.

— Прости, дорогой, — ответил голос из динамика смартфона, который Илья держит в руке дисплеем к рабочим, что ворочают лебедки. С каждым их движением коричневый лакированный гроб опускается глубже в яму. С дисплея на происходящее смотрит миловидное лицо женщины лет тридцати. — Просто хотелось понять, как это выглядело раньше. Воссоздать, так сказать, раз уж я умерла. И спасибо, что согласился на заморозку. Безумно дорого, знаю. Да и эти похороны тоже. Меня греет надежда, что когда-нибудь я смогу вернуться и снова быть с тобой.

— Элеонора, милая, ты же сама читала материалы, — сказал муж нехотя. В его глазах ни следа боли утраты, звучащий из смартфона голос жены и ее анимированное лицо на экране позволяют думать, что на самом-то деле умерло лишь тело, а душа — вот она, всегда в кармане. — Эксперименты по возвращению к жизни людей после криозаморозки успехом не увенчались.

— Но ведь уже почти запатентовали новый метод! — возразила женщина с жаром и надеждой. — Вдруг на этот раз получится…Я не хочу вечно быть «электронным человеком».

— Не волнуйся, дорогая, — успокоил ее Илья. Он аккуратно провел указательным пальцем по сенсорному дисплею там, где на «обоях» располагается щека его любимой, безвременно умершей от сердечного приступа жены. — Возможно, в этот раз эксперимент действительно ждет успех.

Спустя десять минут Илья сел в машину, позволив дверце закрыться без его участия. Смартфон, куда перенесли оцифрованное сознание Элеоноры, он аккуратно положил рядом. Во всем мире уже лет пять, как у всех в телефонах, смартфонах и планшетах живут «виртуальных хозяев», и они, как правило, сгенерированы компьютерной системой.

Дешеров вспомнил, как год назад, после первых экспериментов, появилась возможность переносить в гаджеты сознания людей, чьи тела лишены возможности функционировать, и с ними происходит то, что люди привыкли называть страшным словом «смерть». Но сознание продолжает жить и учиться.

Находясь в системе смартфона, «электронный человек» может следить за новостями через Терранет, слушать музыку, просматривать фотографии, фильмы и искать информацию в Сети. Жизнь, которой позавидовал бы прикованный к постели.

Илья поморщился — такой жизни ему самому не хотелось. Активировав зажигание прикосновением пальца, он включил передачу и вырулил со стоянки. Перевел включившийся было автопилот в положение «выкл» и погнал машину вручную. После скоропостижной смерти жены управление автомобилем компьютеру он доверять перестал. Если уж люди не властны над жизнью и смертью, думал он, то хотя бы тачку на дороге можно держать под контролем.

Внезапно он утопил педаль тормоза. Лесную дорогу, по которой ехал перегородил минивэн с надписью: «Доставка пиццы. „Uncle Jim“».

Окно водительской дверцы Дешерова было опущено, о чем он впоследствии неоднократно жалел. Из-за деревьев вышли трое в масках, в лицо ошарашенному Илье уставились дула парализаторов.

— Давай смартфон.

Илья открыл рот, чтобы начать спор. Сказать, что это не просто гаджет, а что внутри — живой человек Илья не успел. Один из парализаторов «плюнул» ему в щеку зеленым лучом. Илья беззвучно завалился на пассажирское сиденье.

Когда пришел в себя, день клонился к вечеру. Ни смартфона, ни нападавших с минивэном уже не было.

Дешеров был в отчаянии. Он знал, как поступают с виртуальными «жильцами» гаджетов. Чтобы телефон был чист, когда его станут сбывать, «электронных людей» стирают из памяти. И никаких бэкапов.

От одной только мысли, что эти отморозки могут «убить» оцифрованное сознание Элеоноры, его пробирала дрожь.

Сделав дома несколько звонков, он дал в Терранет, на Global-Tube и в видеоролики в метро объявление об утере смартфона на Бретановском кладбище. В деталях обрисовал место, пообещал щедрое вознаграждение. Его лежащие на клавиатуре руки тряслись от нарастающего невроза.

— Верните ее мне, — шептал он, глядя отрешенным взглядом в монитор. — Только верните…

На третий день ближе к полудню телефон зазвонил. Экран мобильного, где был включен видео режим, оставался черен.

— Алло.

— Перейди в Secret-Talk, — донеслось с того конца телефона.

Не прерывая звонок, он движением пальца открыл на экране зашифрованный мессенджер и добавил новый, безымянный, контакт.

Разговор начался, хотя собеседник по-прежнему не включал изображение.

— Мой смартфон у вас? — спросил Илья хмуро.

— Вернем за обещанное вознаграждение.

— Сколько?

— Десять миллионов евро в крипте. Переведи все в монеты Zorro. Тогда не будет проблем с отслеживанием. Иначе смартфон не получишь.

Собеседник выдержал паузу, давая Илье возможность переварить услышанное.

— Мы знаем, ты располагаешь этой суммой. Деньги лежат на… — он назвал номер электронного кошелька.

Дешеров вздрогнул.

— Откуда вам это известно?

— Мы долго за тобой наблюдали.

Илья молчал. Лицо становилось все угрюмее, он сжимал и разжимал кулаки, неподвижно глядя перед собой. На настенной ТВ-панели перед ним новостной диктор двигает губами, но Илья его не видит и не слышит. К тому же, звук отключен.

— Перекинешь крипту на этот кошелек, — сказал нетерпящим пререканий тоном звонивший и продиктовал десятизначное число.

Дешеров медленно кивнул, взгляд не отрывается от затемненного экрана.

— Понял.

Голос у Ильи был потухший, но в душе просыпалась злость.

— Хочешь получить смарт с женой назад, — сказал голос «невидимки», — действуй. У тебя ровно два часа.

— А если откажусь? — спросил Илья вдруг. Он ненавидел, когда на него давили. Это ему столь же отвратительно, как супружеская неверность. Пару лет назад он уличил Элеонору в измене, но потом простил. С большим трудом. Однако, теперь чувствует: ради ее спасения готов на все.

— Если откажешься, — сказал человек на другом конце провода, — мы запустим к твоей жене пару вирусов. Из этих новых, знаешь. Свеженьких, которые пока даже не видит защитный софт. А потом — сотрем то, что от нее останется. Боль она испытает незабываемую, уж поверь… Это все равно, что парализованный человек, которого жрут заживо голодные крысы. Впрочем, решать тебе.

Илья до хруста сжал кулаки, закрыл глаза.

— Я все сделаю, — сдался он.

— Будь через два часа у могилы жены. Как только убедимся, что деньги монеты переведены, вернем смарт. И не вздумай глупить. Иначе твоя жена будет первой в истории, кто умрет дважды.

Вечер выдался дождливый. Закрыв дверцу автомобиля, Илья направился к воротам кладбища. За рулем для страховки остался напарник.

Мутно-черные небеса низвергают поток водяной пыли, ветер задувает короткие волосы назад. Дешеров приподнял воротник. Вдоль аллеи, как одинокие призраки, горят редкие фонари, в темноте виднеются памятники на могилах.

Через десять минут он подошел к месту, где на глубине двух с половиной метров покоится гроб с манекеном Элеоноры. Сделанном из биоматериалов дорогостоящим манекеном.

Быстро глянув на часы в новом телефоне, Илья заметил, что сейчас без пяти десять — он пришел даже раньше.

Илья слышал только собственные шаги по мокрой асфальтовой дорожке.

Когда он подошел к металлической ограде вокруг могилы, в лицо ударил свет мощного фонаря. Из-за деревьев медленно вышли двое.

Дешеров успел закрыть глаза руками от слепящего света, поэтому рассмотрел, что его «гости» тоже в плащах от дождя и шляпах.

— Деньги я перевел, — сказал он с вызовом, когда высокий тип слева опустил фонарь и осветил пространство позади и вокруг Дешерова. В широком луче света мелькнул край оврага в паре метров.