Юрий Мейд – Код в её глазах (страница 2)

Дверь тихо приоткрылась. Это была Елена. Она стояла на входе в кабинет, её взгляд был полон сомнений.

– Простите за неожиданный визит. Наша последняя встреча мне никак не даёт покоя.

Андрей отвлёкся от монитора и пригласил её сесть.

– Я рад, что вы пришли. Нам нужно многое обсудить, – сказал он, показывая на кресло напротив стола.

Елена села, скрестив руки, словно пытаясь защитить себя от навалившегося беспокойства.

– Доктор, вы знаете, что это такое? – её голос был тихим, но в нём слышалась отчаянная просьба.

Андрей замялся, не желая сеять в ней ещё больше тревог, чем она уже испытывала.

– Я пока не могу сказать точно, – начал он, подбирая слова, – но это явно, что требует более детального анализа. И может быть связано с вашими симптомами.

Она молчала, раздумывала над его словами. Но её взгляд ясно говорил, что она не удовлетворена этим ответом.

– Может ли это быть чем-то опасным? – наконец спросила она.

Андрей глубоко вздохнул, чувствуя, что не может больше скрывать свои догадки.

– Елена, этот узор выглядит так, словно он создан искусственно. Возможно, это связано с какими-то экспериментами, или чем-то, что лежит за гранью известного современной науке.

Её глаза расширились от удивления.

– Вы хотите сказать, что это сделали специально? Но кто? И зачем? – спросила она, голос её дрожал.

– Я понятия не имею, – сказал Андрей, – но я постараюсь это выяснить.

После долгих раздумий он решил воспользоваться своими старыми связями. В университете, занимаясь наукой, был близок с профессором Михаилом Тихоновым, который специализировался на биоэлектронике и работал над государственными проектами. Если кто-то мог пролить свет на происходящее, это был именно он.

Позвонив Михаилу: переговорить получилось с ним кратко, но насыщенно.

– Андрей, если всё так, как ты рассказал, то это может быть связано засекреченными проектами, о которых мы только догадываемся. Уверен, что хочешь в это лезть? – голос Тихонова звучал настороженно.

– У меня нет выбора, Михаил. Я не могу оставить это без внимания, – твёрдо ответил Андрей.

Вечером он отправился в университетский архив, где хранились старые материалы по биоинженерии. Пыльные полки, покрытые толщей забытой истории, наполняли Андрея смесью любопытства и тревоги. При тусклом освещении лампы наткнулся на статью, которая описывала проект под названием «Сфера» программу, разработанную в эпоху Холодной войны для создания имплантов, способные хранить информацию.

С каждой новой страницей, которую Андрей перелистывал, становилось ясно, что «Сфера» была далеко не простой научной инициативой. Документы указывали на то, что целью программы было использование генетических структур в качестве носителей данных. Андрей был потрясён, подобные технологии значительно опережали своё время.

Сделав несколько снимков документов, вернулся домой, чтобы продолжить исследование. Елена, с которой созвонился позже, слушала его, с нарастающим беспокойством.

И не выдержав задала вопрос:

– Хотите сказать, что внутри меня, хранится некая информация?

– Это возможно. Но пока я не уверен, что это за данные и почему они там, – произнёс он, ощущая груз ответственности.

На следующий день Андрей решил пойти дальше и провести дополнительный анализ. Договорившись с Тихоновым о встрече в лаборатории, где находилось оборудование, способное расшифровывать сложные структуры.

Елена, хоть и не, без сомнений, но согласилась идти с ним.

Лаборатория, куда они приехали, выглядела строго и холодно. Монохромные стены, приглушённый свет и механический гул создавали впечатление, будто они находятся в центре научного детектива. Михаил встретил их с серьёзным видом.

– У нас мало времени, но я постараюсь сделать всё возможное, – сказал он, показывая им место, где Елена должна была пройти процедуру.

Результаты анализа, проведённого с использованием новейшего оборудования, показали, что в узоре содержатся данные, закодированные в виде символов. Михаил, внимательно изучая экран, выглядел так, будто перед ним раскрывается тайна, которую он никогда не ожидал увидеть, но старался не показывать своё волнение при Елене. И сказал, что ничего страшного он не увидел.

Предложил гостям проводить их до выхода. И когда они уже немного отошли, он окликнул Андрея и попросил подойти, как будто что-то вспомнил.

Когда подошёл к нему, Михаил сказал:

– Это не просто данные. Это послание. И его автор явно знал, что делает. Но я ничего не говорил, и тебе не советую ввязываться. Это может быть не просто опасно, а смертельно опасно!

И направляясь обратно к Елене, Андрей сказал:

– Завтра вас жду на приём, я вечером ещё раз всё изучу и подумаю, что делать дальше, чтобы понять происходящее с вами.

Глава 2. Первые встречи

Елена пришла в клинику на следующий день, как он ей и назначил. Её походка была уверенной, но глаза выдавали скрытую тревогу. Андрей встретил её в холле, и на мгновение их взгляды сошлись. Про себя отметил в её облике нечто особенное, это была смесь уверенности и хрупкости, словно одновременно несла в себе две противоположности.

– Доброе утро, Елена, сказал Андрей, слегка улыбнувшись.

– Здравствуйте, доктор Вольф, – ответила с попыткой произнести это нейтрально, но в её голосе угадывался интерес.

Они поднялись на лифте в его кабинет, где стояла техника. Андрей открыл дверь и предложил Елене пройти вперёд.

– После нашего вчерашнего разговора появились кое-какие гипотезы, которые хотел бы обсудить, – начал он, показывая ей на кресло.

Елена села, аккуратно положив сумку на колени. Выглядела спокойно, но её пальцы слегка нервно касались ремешка.

– Гипотезы? Звучит интересно, – сказала и приподняла одну бровь.

– Я не хочу вас напугать, – осторожно начал Андрей. – Я увидел, то, чего нет и никогда не встречалось в обычной офтальмологии. Ваши глаза, они словно скрывают какую-то тайну.

Елена чуть напряглась, её взгляд устремился к окну.

– Вы хотите сказать, что это что-то необычное?

– Именно так! – подтвердил Андрей.

– Это больше похоже на шифр или код. И если это так, то мне нужно понять, как и почему это могло произойти.

Елена задумалась, пытаясь осмыслить услышанное. Её взгляд снова встретился с ним.

– А вы уверены, что это не просто ошибка техники или игра света?

– Я не исключаю ничего, – мягко сказал Андрей, – но ваш случай, он требует внимания. Я чувствую – здесь может быть что-то важное.

Елена задумалась, её пальцы перестали двигаться. На её лице появилась тень, похожая на решимость.

– Если вы считаете, что это нужно изучить – я готова.

Андрей улыбнулся, почувствовав, как между ними установилось невидимое, но важное доверие.

Елена сидела в уютном кресле кабинета Андрея, стараясь удержать взгляд на стенах, украшенных нейтральными картинами. Её мысли возвращались к прошлому, словно оживающие тени. Ещё несколько лет назад она играла на лучших сценах Европы. Её концерты собирали аншлаги, и каждый аккорд, сыгранный её тонкими пальцами, находил отклик в сердцах зрителей.

Но в какой-то момент изменилось всё. Память о том, как она внезапно потеряла уверенность, была ещё слишком свежа. Один из таких вечеров остался ярким пятном в её воспоминаниях, переполненный зал, ожидание выхода, и внезапно слепящие прожекторы, которые, казалось, пробили её насквозь. Именно тогда она впервые увидела эти символы. Они мелькнули перед глазами, как вспышки, как шёпот неизвестного языка, и музыка, которая была убежищем, уютным домиком и вдруг превратилась в тяжкий груз.

Андрей заметил, что она отвлеклась, и мягко произнёс:

– Похоже, вы задумались. Это связано с вашими симптомами?

Елена встрепенулась и кивнула.

– Я вспомнила момент, когда впервые заметила эти символы, – начала она.

– Это было на сцене, несколько лет назад. С тех пор они стали появляться все чаще. Иногда мне кажется, что всё сложнее, чем просто игра света или усталость.

Андрей, сложив руки перед собой, внимательно слушал.

– И как вы это воспринимаете? Они пугают вас или, наоборот, вызывают интерес?

– Сначала был страх, – честно призналась она. Но потом я стала замечать, что они появляются в самые неожиданные моменты. Будто хотят мне что-то сказать.

Его глаза заискрились любопытством.