Юрий Манов – Космофермер (страница 10)

— В полном порядке, — заверил я, — четверку мне за год поставила.

— Да-а-а, Грым, — сказал мистер Урайя мечтательно. — Хорошенькие были деньки. А кто нынче к вам летает?

— Вместо вас прилетел какой-то киборг. Жадный — ужасть просто! Половину урожая забраковывал, а потом…

— Да, вот времена настали, — перебил меня мистер Урайя, — меня, опытнейшего пилота со стажем, заменили киборгом. Обычной жестянкой. Честно скажу тебе, Люка, нехорошие дела творятся в «Урании», если хороших работников заменяют жестянками. — Сказал, а сам по сторонам глазами — не подслушивает ли кто.

— А куда вы теперь летаете, мистер Урайя? — спросил я.

— Куда? — переспросил он рассеянно, допивая коктейль и ставя снова на 17. — Да так, разное бывает…

Крупье снова бросил шарик, тот запрыгал по колесу. Выпала двойка.

— Черт, черт, черт! — снова заорал мистер Урайя. — Вот всегда так: не везет в игре — повезет в любви. Только вчера повезло. И еще как! Веришь ли, Люка, только вчера был на Райских Кущах. Да! Возил туда партию амброзии. О, Кущи! Это — истинный рай! Океан, чистый, как слеза младенца, пляжи с белым песочком. А какие там красотки! Только вышел из челнока, тут же у меня на шее повисли два миленькие цыпочки — мулаточки. В таких купальниках, ну словно на них нет ничего… Вот черт! Опять мимо! Ну что за невезуха!

Я откровенно любовался этим отважным космическим волком. Вот ведь везет человеку! Какая интересная у него жизнь! Дальние космические перелеты, неведомые миры, риск, азарт, в каждом космопорту влюбленные по уши женщины. А вот в игре ему опять не везло. Зато повезло гусенице, сидевшей за столом напротив. Она поставила сразу на 20, чет и красное. Выпала как раз двадцатка. Гусеница хлопнула глазищами, сгребла к себе кучу фишек и стала ласково ее поглаживать десятком лапок, выбирая куда поставить. Она было уже подвинула фишку на игровое поле, когда глянула на изящные часики, украшавшие одну из ее лапок.

— О! Я чуть не опоздала! — сказала она громко, двигая весь выигрыш в сторону крупье, чтобы разменять на наличные кредиты. — До финала боев осталось десять минут! Вот где игра так игра.

Все оставшиеся в казино закивали и начали вставать, как по команде, чтобы обменять фишки на деньги. Мистер Урайя тоже глянул на часы.

— Ну что сегодня за невезуха?! — вздохнул он тяжело. — Сегодня как раз финал, а у меня ни денег, ни времени…

— А что за финал-то? — немедленно спросил я.

— Ты разве не знаешь? Сегодня в Колизее бои гладиаторские — жутко азартная штука. И ставки там — не то, что здесь. — Мистер Урайя снова глянул на часы.

— А, была не была, может, успею. Эй, крупье, обменяй-ка мне фишки обратно на наличные. Раз у тебя, жулика, выиграть нельзя, пойду туда, где…

В этот самый момент дверь отворилась и в казино влетел… Даже не знаю, как это назвать. Ну, что-то вроде здоровенного человеческого глаза — с небольшую дыньку размером. Смешная такая дынька: спереди зрачок с ресницами, сзади — железная. Ну, может, не железная, а еще из какого металла, только «глаз» этот завис под потолком, оглядел нас зрачком серым и уставился на мистера Урайю. Пилот тоже «глаз» узрел и вроде как сразу ростом стал меньше. А «глаз» подлетел прямо к нему вплотную и говорит человеческим голосом, скрипучим таким, противным:

— Урайя, мать твою! Я так и знал, что найду тебя в каком-нибудь гадюшнике. Какого хрена ты делаешь здесь, бездельник, когда до старта осталось полчаса?! А ну быстро на корабль! И если я увижу, что товар не отсортирован…

— Вот так-то, старик, — сказал мне мистер Урайя, торопливо засовывая оставшиеся кредиты в карман и натягивая фуражку. — Железки правят миром. Ну, покедава, дай бог, свидимся…

— Кончай болтать! — рявкнул «глаз». — Бегом на корабль, лодырь!

Мистер Урайя, подгоняемый «глазом», чуть ли не бегом удалился, а я остался в некотором замешательстве. Почему-то в данный момент работа пилота — межзвездного первопроходца показалась мне не такой романтичной.

— Так что, вы будете делать ставки? — поинтересовался крупье.

Я огляделся, в казино я был один, не считая, конечно, киборга.

— А куда пошли остальные? — спросил я. Робот подумал, потом нехотя ответил:

— Вообще-то киборгом нашей корпорации строжайше запрещено рекламировать иные увеселительные мероприятия… — он перешел на заговорщический шепот, — в общем, сейчас в Колизее гладиаторские бои начинаются. Будет большая игра! Ставки до десяти тысяч кредитов! Эх, как бы я мечтал туда попасть… Так что, желаете сделать ставку? — спросил крупье снова нормальным голосом, с презрением глянув на мои фишки по полкреда. — Тогда я объявляю технический перерыв.

Не скажу, что игра мне надоела, просто этот самый Колизей и гладиаторские бои меня сильно заинтриговали. Как сейчас помню картинку в учебнике истории: здоровенный такой мужик в смешном шлеме держит в руках меч и наступает ногой на грудь поверженного врага — негра с сетью. А вокруг трибуны и народ в банных простынях — тога называется. И пальцами вниз тычут, мол, добивай черномазого. Грех такое своими глазами не увидеть.

Я обменял фишки на наличные, в итоге получилось ровно 30 кредитов плюс сотня, подаренная мне богомолом, допил свой джус, подмигнул загрустившему крупье и вышел наружу.

Глава 5 ЗУБЫ И КОГТИ

Снаружи, то есть за дверью казино, ничего не изменилось, но почему-то все двигались в одну сторону. И люди, и существа, на людей совершенно не похожие. Причем все явно торопились.

— Эй, мистер, — осмелился спросить я ту самую гусеницу, смешно перебиравшую парой десятков коротких лапок. Лапками гусеница пыталась отвязать от коновязи у крыльца заведения поводки, на которые были привязаны три странных лохматых существа. — Скажите, мистер, куда все так спешат?

— Мисс, — кокетливо поправила меня гусеница, хлопнув ресницами здоровенных зеленых глаз. — Разве ты не знаешь, что сейчас начинаются финалы боев без правил?

— Ну да, чета такое я слышал… А где это?

— В Колизее, конечно, видишь то внушительное серое строение? Знаешь, что такое Колизей?

— Знаю, — буркнул я, — в школах обучались. А кто с кем там биться-то будет?

— Как кто? Конечно, чемпионы! Сегодня — супер-бой тяжеловесов! Тирэкс Минотавр будет отстаивать звание чемпиона! А перед этим — бои любителей. И если ты хочешь заявиться со своим бойцом, советую тебе поторопиться.

Бойцом? Это она моего Шарика назвала бойцом? Вот юмористка! Какой же мой Шарик боец? Да он мухи сроду не обидел. Я отвязал поводок от коновязи и двинулся в общей толпе, стараясь не потерять гусеницу из виду. Она лапками своими перебирала довольно бойко, даром что беспозвоночная.

К Колизею я добрался довольно быстро. Действительно, внушительное строение, круглое такое, сероватого цвета. Очень похоже на топливную цистерну дяди Абрамяна на нашей лодочной станции, только раз в сто больше. Хоть строение и очень большое, но отнюдь ре резиновое. Так мне сообщил дежуривший у входных ворот гиппопо в портупее. Оказалось, что попасть внутрь мне совершенно не светит, потому что это — супершоу, то есть нужен билет. А самый дешевый билет на галерке здесь стоил 200 кредов! (Подумать только, 200 кредитов! Целое состояние!) Но и будь у меня хоть тысяча, все равно посмотреть на единоборства мне не придется. Потому что билетов уже не было, причем, если верить табличке над кассой, не было уже давно. Аншлаг называется. И понятно почему: на огромной стереоафише, украшавшей клетку, в которой находилась касса, зубастая чешуйчатая тварь билась не на жизнь, а на смерть с закованной в броню и не менее зубастой бронированной черепахой. Как выяснилось, это и были бои без правил, здесь мерились силами самые различные существа вселенной. Если верить афише, злобные и опасные. И сегодня как раз бой за звание «Чемпион Млечного Пути». Естественно, откуда тут билеты могут быть, когда народу столько вокруг. Да устрой такое же у нас на Грыме — не только из дальних хуторов приедут, рыбаки свои баркасы в самый разгар путины к берегу развернут, дабы на действо это полюбоваться.

Я с завистью смотрел на толпы счастливчиков — обладателей билетов, исчезающих за воротами Колизея, откуда уже раздавался восторженный рев. Нет, ну почему все так несправедливо? Раз в жизни выпал такой шанс — посмотреть настоящие гладиаторские бои, и вот — все билеты проданы. Я чуть ли не бегом крутанулся вокруг Колизея, но итог был тот же — над всеми четырьмя воротами висят таблички: «Билетов нет», а рядом злые гиппопо с дубинками. Опять же, билет в двести кредов. Это же просто фантастическая сумма! Хотя и платить я совершенно не собирался.

Да, опыт, когда мы с ребятами пробирались через окно в сельский клуб, чтобы посмотреть кино для взрослых, тут вряд ли пригодится. Никаких окон здесь и в помине не было, а в ворота, хоть они и широкие, мимо таких охранников и мышь не проскочит. Я попробовал — не получилось. Хоть плачь от обиды. Прям как тогда на Грыме, когда к нам цирк приехал. Я, кажется, про него рассказывал? Цирк самый настоящий, с клоунами, гимнастами, силачами, монстрами. Там один дядька в клоунском парике зубами цепи рвал, между прочим. А я, как назло, пару по начальной агрономии схватил, и училка папаше настучала. Вот он и запер меня вместо цирка в амбаре в наказание. Я тогда аж разревелся от обиды. Вот и сейчас — хоть плачь. Впрочем, что толку плакать, разве кто оценит? Да и не солидно такому взрослому мужику, как я, нюни распускать. Надо искать из ситуации выход! Точнее, вход. Вход в Колизей, где сейчас начнутся самые взаправдашние бои гладиаторов. И если мне не изменяет память, где-то тут как раз была еще одна дверка с табличкой: «Служебный вход». То, что мне сейчас нужно! Дверца нашлась быстро, но около нее тоже была охрана, правда, не гиппопо, а еще дядька в очень забавном наряде. На нем были широчайшие желтые штаны, зеленый камзол в блестках, на шее розовая бабочка, а на ногах башмаки с длиннющими носами. Лицо субъекта было раскрашено гримом, а голову его украшал лохматющий рыжий парик. Клоун, одним словом. Он сурово на меня глянул и процедил что-то сквозь зубы, то ли «пшел отсюда», то ли «кыш отсюда».