Юрий Максименко – Народные Сказы о древней истории Русов (страница 19)
врага злого, незадачного.
Вотъ и стал царь Огыла хворать,
сталъ и силы лишаться опрежнiя,
да хотел воза поднять единожды
одной рукой, какъ опреждева,
да не смогъ и двумя изъ ямы вытягнуть,
и селъ наземь, уплакался,
сталъ речи вести, что не може онъ более жити,
надъ народомъ своимъ царевати,
якъ силы давно лишался той,
а и самъ враговъ бить не могъ больше.
И пришли предъ него два сына-царевича,
и сказали так: «Что плачешь, отецъ,
а разве мы не руки твои?
А разве мы не сила твоя страшенная?
А разве ты не глава наша мудрая,
сединами войны убеленная?
И речешь намо, что делати,
такъ и будемъ то делать тебе!»
И всталъ царь Огыла отъ плача своего,
благословилъ сыновей на царствованье,
и сказалъ имъ, чтобъ любили друг друга,
а самъ до воза полезъ, ногу закинулъ,
чтобъ прилечь отдохнуть, и не могъ уже,
и подняли его царевичи, как перушко,
положили на коврецы бархатные,
обложили кругомъ подушками
и сказали: «Теперь сиди, отец нашъ,
на возу своемъ гремячiемъ,
и прави нами, будь главою нашей,
а мы тебе во всемъ почетъ дадимъ,
во всем тебя, отца, послухаемъ.»
И скоро сталъ слабъ царь Огыла тотъ,
и скоро Богу преставился.
Положили его сыновья на сани богатые,
украсили златом, сребром, цветами,
въ бубны били, людей сзывали на похороны,
на погребенiе великое царское.
И вырыли люди могилу большую,
в земле хоромы сложили изъ дерева,
камнемъ кругомъ обстроили,
положили царя Огылу въ санях,
дали ему коней борзыхъ, чтобъ ехать дале,
на Тотъ Свет, до Наве-Реки,
и, чтобъ было чем платить перевозу,
положили горшки с червонцами,
серебромъ, медью мелкою,
чтобъ всехъ царь Огыла тотъ оплатить могъ,
чтобъ ни в чемъ не нуждался на Томъ Свете.
Положили ему мяса, творогу сухого,
крынку сметаны, муки, зерна, хлеба мешокъ,
и зарыли съ плачем могилу ту,
насыпали на ней курганъ большой
и на немъ посадили дубокъ молодой,
чтобъ хранилъ царя, тень давалъ в лете
да чтобъ гнездились въ немъ птички вешнiе,
да спивали бы царю радостно,
что пора ему вставать тожъ, потягатися,
коли снегъ сойдетъ, трава выйдется
да вырастутъ петушки да барвинок.
А потомъ три дня поминки правили,
за Огылу-Царя пили медъ, квасъ да вино,
и песни передъ курганомъ пели, боролися,
чтобъ еще раз царю Огыле среди нихъ побыть,
чтобъ еще ему съ ними радоваться.