Юрий Макс Лебедев – Тута Тама балалайка (страница 6)
Начальник посмотрел на молодого сотрудника, как на самую примитивную амебу.
– Умный какой! – ответила вместо старшего Зотова. – Пробовали уже. А раскрываемость?
– По этому показателю наш район вышел на первое место в регионе, – доложил майор. – Главный рвет и мечет. Его требуют наверх по обмену опытом. А что он там предложит? Сплясать под балалайку?
Зотова расхохоталась:
– Представляю картину! Наш седовласый ящер наяривает перед генералами со спущенными штанами!
– Уймись, – цыкнул на нее начальник.
– Но согласитесь, Егор Григорьевич, нам эта задача не под силу. Мы с этой Тамой, как алкоголики у бочки с вином, – Анна Юрьевна не смолчала. – Тут нужна какая-то внешняя сила, с нами не связанная.
– Правильно! – поддержал ее Свистунов и тут же направил свой указующий перст на Астапова. – Хочешь капитана получить?
Глеб, не ожидавший такого поворота, застопорился.
– Ты у нас человек новый, – продолжил начальник отдела. – Еще не заразился этой местной инфекцией, так сказать. Тебе и карты в руки! Придумай что-нибудь, как с Тутой разобраться. Угомонить ее дар. Хоть наполовину.
Глеб только промычал нечто нечленораздельное.
– С завтрашнего дня на службу ни ногой, – непосредственный руководитель перешел на чеканный слог. – Подальше от местной заразы. Работай дома. Прошерсти интернет. Литературу полистай. Считай это боевым заданием. Подойди к нему со всей ответственностью.
Егора Григорьевича совсем уж понесло в героическую патетику.
– Подождите! - праведное возмущение вернуло голос Глеба к жизни. – Я должен хотя бы знать, как…
Он чуть не сказал: «как вы докатились до жизни такой?», но вовремя перевел стрелки своей уж слишком прямой речи на умеренно кривой путь:
– Я хотел бы узнать, с чего все это началось?
– Просвети, - дав Зотовой последнее указание, Свистунов их покинул.
– Так… - Анна Юрьевна перевела дух. – Хотя я домой совсем и не спешу, но постараюсь покороче. Дело завертелось, как и следовало ожидать, по пьяни. Организовали мы тут небольшой вечерок перед прошлым Новым годом. Прямо вот здесь.
Уловив проблеск недоверия в глазах единственного слушателя, рассказчица спешно подкорректировала свое слишком откровенное повествование:
– Втихаря, конечно. По крайней мере, начиналось все скрытно. Кто затащил эту Туту к нам, не помню. Хоть убей! Она не из нашего подразделения. Из патруля вернулась. Один из наших с ней в коридоре столкнулся и сюда зазвал. Стула ей не хватило, усадили на перевернутое ведро. Вот откуда балалайка взялась, могу точно сказать. Сынок Жабова в школе записался в оркестр народных инструментов. А папашка расстарался, типа, для подарка ее приберег. Тут у нас хранил инструмент этот дебильный до наступления часа икс, когда его под елочку следовало подпихнуть. Так…
Анна Юрьевна на секунду утратила основную нить событий прошлого, потом опять тяжело вздохнула и продолжила.
– Мы по какой причине набрались в тот вечер. Считай, до поросячьего визга. Дело тогда очень сложное на нашей шее висело. Всем скопом его распутывали! Но застряли глухо. А начальство перед Новым годом еще пуще насело. Раскрытия требует. Вот мы и расслабились. Веселились, как проигранные в карты. В том числе и на балалайке бренчали, рулады всякие выводили жалобные, да под ее аккомпанемент матерные частушки орали. Я на телефон все это безобразие записала. На следующий день начали просматривать. Кому стыдно стало, кто наоборот возгордился своими проделками. Потом прислушались, а Тама речитатив какой-то бубнит. Сначала думали: перебрала девка. Потом вникли, а сомнамбула эта по нашему делу информацию строчит, как под диктовку. Поначалу казалось, что бред, но когда сверили факты, оказалось, что все точно и в масть. Нам премию и благодарности, а Таму мы с трудом даже вспомнили, кто такая и откуда взялась. На следующее запутанное расследование уже умышленно ее отыскали. Трясем, как грушу, а толку ноль. Стерва бесовская чуть не плачет, не понимает, что от нее требуют. Расстроились мы и опять в загул. Тут чудо это и повторилось – Тама опять вещуньей стала во время бардака. Постепенно, путем проб и ошибок, мы уж выяснили наиболее благоприятную обстановку для проявления ее дара: и чтоб обязательно на ведре сидела, и балалайка, и танцы… Все, что затребует. В этом случае гарантирован успех. Поначалу он нас радовал успех-то. Потом самый главный узнал. Ведьму - в уборщицы. Нам всем – выговоры. Но пить боржоми или даже «Ессентуки № 17» было уже поздно. Ты не представляешь, как все это быстро затянуло! Тем более польза от этого людям была и есть! Не для нас лично: для общества! Тайком от верхов это шаманство устраивали. Потом и начальство просело. Глаза закрыло. Ведь раскрываемость сто процентов! Это же понимать надо! Никто не устоит.
Зотова опять сделала короткую паузу, а затем ударила в свою костлявую грудь, чуть не зарыдав:
– Но душа-то болит! Кто мы есть такие? Шаманы или полицейские? Бездельники или ответственные служаки? Эх!
Она в сердцах махнула рукой.
– Возненавидели мы ее. Вроде и полезное дело делаем, но поперек собственного сознания. Сегодня ощутил, наверное, когда к старухе на задание ходил? Чувствуешь себя каким-то идиотом, которого сам дьявол за ручку водит как свекровь моего Владика.
Астапов и в самом деле ощущал себя зрителем в кинотеатре на сеансе какого-то фильма в жанре хоррор.
– Только я не понял, – отважился он на не совсем умный вопрос. – Она то Тама, то Тута…
– Здеся! – передразнила молодого коллегу Анна Юрьевна. – Тамара Тутаева. Звание – сержант.
Глава 2
Домой Глеб Астапов возвращался в великой прострации. Ходьба обычно стимулировала работу его мозга. Но в этот раз прогулка ничего не дала. Единственная мысль дятлом долбила его черепушку. Не так! Ох, не так он представлял начало службы!
Мама встретила его сочувственными придыханиями сразу в прихожей:
- Что, сыночка, устал бедненький. Чем занимался первый день? Даже задержался.
- Ламбаду танцевал! – Глеб не стал церемониться со слишком заботливой родительницей.
- Ты чего матери грубишь! – выскочил из боковой спальни отец.
- Я правду говорю, - почти прорычал сын.
Бросив принесенную с собой книгу без обложки на тумбочку для обуви, принялся разуваться. Как назло, один из шнурков объявил саботаж, отказавшись развязываться.
- Что за книжка? – поинтересовалась тем временем мама и тут же принялась ее листать, щурясь без очков.
- На работе выдали!
- Конан Дойля? – удивление матери выглядело неподдельным.
- Во! – хохотнул и старый Астапов. – Докатились! В качестве устава что ли?
- Вместо инструкции, - съязвил Глеб и, наконец, разувшись, поспешил закрыться в своей комнате.
- Сынок, я тебе твои любимые котлетки разогрела, - в дверь раздался осторожный стук.
- Не трогай его, - донесся солдафонский окрик отца. – Шерлок Холмса этого местного разлива. Ему до джентльменского поведения, как до Лондона вприсядку под балалайку.
Услышав последнее слово, Глеб вздрогнул. Мистика все-таки проникла и сюда в его родное жилище, не смотря на то, что черную кошку тогда ему удалось отвадить.
Котлеток он, конечно, поел а затем весь вечер просидел у компьютера, штудируя сайты по черной, белой и прочим магиям. Ближе к полуночи свалился на диван, как больной зомби. И хотя родители его больше не беспокоили, проспал он не больше часа, а пробудившись, вернул к бодрствованию монитор, уснувший в унисон со своим хозяином. Пиком его исследовательской деятельности явилось решение связаться с гадалкой по имени Эльза. Услуги этой вещуньи были платными, но по сравнению с другими ее коллегами показались Глебу самыми приемлемыми. Эльза оказалась женщиной дородной. Ее расплывшееся лицо в обрамлении пушистых черных волос охватывало пространство экрана от края до края. Профессионалкой она оказалась решительной и сразу взяла быка за рога, потребовав от клиента четкого изложения его пожеланий. Астапов мысленно выругал себя, что вышел на связь без подготовки.
- Хочу разобраться с одной женщиной… - начал было он, но тут в комнату, ступая почти неслышно, вплыла его мама.
- Что не спишь, роднюлька, - стала она за спиной сына. – Девочек разглядываешь?
Завидев ряшку Эльзы, материнское сердце сразу дрогнуло.
- Сынок, ты, конечно, уже не мальчик, но возраст этой особы явно не твоей категории. Брось ты эти знакомства по интернету. Я тебя умоляю.
- Эта? – спросила тем временем гадалка, имея ввиду новую персоналию рядом со своим клиентом.
Небрежно бросив пару карт перед собой, она продолжила бронебойным уверенным голосом:
- Ждут ее душевные треволнения, суматошные хлопоты, а сегодня финансовая прибыль.
- Совсем на деньгах помешалась, - Глеб резко отключил связь с шарлатанкой с чувством облегчения, что не придется платить.
- Правильно не связывайся с такими меркантильными, - по-своему среагировала мать и резко продолжила о другом. - Кстати, по какому поводу я к тебе зашла не догадываешься? Взяла я твою книжку в постель почитать, чтобы сон скорее одолел, а там между страниц слипшихся, - с этими словами женщина протянула сыну несколько крупных купюр. – Твоя заначка?
– Вот тебе и прибыль.
Глеба, как ударом тока прошибло. Мать оставила свою находку и ушла, а сын, уверовав в экстрасенсорные способности Эльзы, битый час пытался восстановить с ней связь, но все без толку.