Юрий Леж – Искажение[СИ, роман в двух книгах] (страница 58)

И это утро началось для Валерия с подписи вчерашней, пустой сводки. Привычно пробежав её глазами, старший лейтенант отложил бумагу на край стола, в папочку "На доклад", доставшуюся ему от предшественника, майора Синцова. Вообще-то и весь кабинет, обставленный с мародерской роскошью, и скромная, холостяцкая квартирка в двух шагах от здания комендатуры, в Доме офицеров, и даже секретарша — всё это было наследством самого первого особиста города. А вот привычка читать любые, даже самые заурядные документы, требующие его подписи была собственной, Вяземским приобретенной в процессе обучения и воспитания в группе подполковника Седых.

В дверь постучали и тут же, без паузы, в проеме показалась изящно взъерошенная, коротко стриженая головка Василисы, бессменной уже четвертый год секретарши особого отдела.

— Валерий Петрович, есть новости, — ломким, чуть хрипловатым голоском сказала она.

— Заходите, — пригласил Вяземский.

Вошла Василиса не просто так, а с целым графином прохладного смородинового морса и парой чистых стаканчиков. Вечно она придумывала какие-то сюрпризы, что бы порадовать поначалу стесняющегося её внимания начальника, вот и сейчас посчитала, что даже в зимней пустыне прохладный морс ну никак уж не будет лишним с утра.

— Спасибо вам большое, — уже привычно кивнул Вяземский, глядя, как расставляет на тумбочке справа от него свои дары секретарша.

Худенькую, миниатюрную, с узкими мальчишескими бедрами, с короткой стрижкой её легко было принять со спины за девчонку-подростка и только лицо слегка выдавало истинный возраст этой женщины. Впрочем, даже изучив её личное дело, старший лейтенант никак не мог привыкнуть к тому, что секретарша Василиса едва не вдвое старше его самого. Как, с кем и зачем она появилась в Белуджистане оставалось загадкой с самых первых дней ее работы у майора Синцова. Ни женой, ни сестрой, ни просто подругой никого из офицеров или сержантов-сверхсрочников она не была. В порочащих и не очень связях с мужчинами замечена не была за все время несения службы в отделе, и к женщинам, казалось, тоже была равнодушной. Этакий асексуальный типаж, да и к тому же — непьющий и не азартный. Казалось иногда, со стороны, что в особом отделе комендатуры завелся некий биоробот из модного фантастического романа, готовый только выполнять свои функциональные обязанности и не отвлекаться ни на какие сопутствующие жизненные мелочи.

Вяземский, правда, знал, что это не так. Во всяком случае, Василиса, иной раз, и болела, простужаясь на сквозняках в окаянную жару в разгар лета, и обгорала на солнце. Да и память её, бывало, подводила, причем, как это ни странно, не на рабочие дела особого отдела, а в быту. Так что версия с биороботом не выдерживала критики, стоило только присмотреться повнимательнее.

К одежде Василиса Александровна была не менее равнодушна, чем к спиртному или азартным играм и единственное, на что обращала всегда внимание — каблуки. При её маленьком росте высокие каблуки были обязательными с любой одеждой, думается, даже с телогрейкой и ватными штанами. Впрочем, грешить не надо, в таком экзотическом одеянии Василису никто и никогда в городке не видел, потому что предпочитала она полувоенные и военные комбинезоны, собственноручно ушивая их и подгоняя по фигуре и росту.

Сегодня секретарша была одета в привычный песчаный камуфляж, перешитый из стандартного офицерского и туго перехваченный широким ремнем на талии. Н-да… что талия, что всё остальное у Василисы было — на загляденье для любителей маленьких женщин-подростков.

— Утром звонил майор Семенов из двести девятой, — деловито рассказывала Василиса, разливая в стаканчики морс. — У них там "войнушка" началась, а перед самой газовой атакой караул задержал у старого склепа, где работали археологи, двух то ли туристов, то ли не туристов… Майор и сам в сомнениях по их поводу, но — сказал, что свои люди, не подкидыши и уж тем более, не приведи бог, не диверсанты.

— А я вот про учения-то как-то и забыл, — смущенно признался Вяземский.

— Так они же нас не касаются, — развеяла его смущение Василиса. — У военных своя работа по графику, у нас — своя. А парочку эту, мужчину и женщину, Семенов из дивизии к нам переправил, в город. С вертолетом, там как раз оказия была перед самой химобработкой. Просил их зайти в комендатуру, как в городе окажутся…

— А что с ними не так? — все-таки насторожился Вяземский.

Появление посторонних в пустыне, да еще в районе танкового полигона перед самым началом учений было бы головной болью дивизионных и армейских особистов, но майор Семенов ловко перекинул эту проблему на город, комендатуру и лично начальника местного особого отдела. Потому как, кроме старшего лейтенанта Вяземского, в особом отделе числился сержант Ложкин, были прикомандированы для черновых работ пятеро рядовых-срочников и служила вольнонаемная секретарша Василиса.

Василиса аккуратно отхлебнула из своего стаканчика, поставила его на тумбочку и только после этого сказала:

— Всё не так, Валерий Петрович. Обычные туристы, ну, или бродяги новомодные какие из наших, первым делом в такой ситуации "элку" показывают, что б ни у кого сомнений не вызывать. А если, не дай бог, "элка" утеряна, то стремятся её восстановить. А значит, идут в ближайший город, к ближайшему начальству. У этих с собой личных карт не было. Но и к начальству они особо не рвались.

— Тогда почему же майор Семенов их своими посчитал? — уточнил Вяземский.

— По поведению, видимо, — пожала хрупкими плечиками Василиса. — И еще он успел до их прибытия посмотреть запись самого задержания. Как они с часовым говорили, как с разводящим… видимо, это и дало основания.

— Понятно, — кивнул Вяземский. — Будем надеяться на опыт Анатолия Владимировича, но при этом…

— При этом пока ни в комендатуре, ни где-то еще путешественники не появлялись, — дополнила Василиса. — А в городе они уже больше двух часов.

— Откуда сведения?

— Доложили из аэропорта, их ведь вертолетом туда забросили, — пояснила Василиса. — Они через общий зал вышли на улицу и потом двинулись пешком в город. Никто их не ждал, не встречал, да и они никого не искали и не ожидали.

— Это что ж — опять наш добровольный помощник старается? — доброжелательно усмехнулся старший лейтенант.

Добровольным помощником в аэропорту работал заместитель начальника, бывший капитан-истребитель, по состоянию здоровья перешедший с военной службы в наземное обеспечение гражданской авиации. То есть, первоначально-то он так и остался в ВВС, но Родина позвала на усиление в Белуджистан, и вот теперь бывший капитан командовал диспетчерами, заправщиками, электриками и вообще всеми работягами в аэропорту, связывающим "горячую" провинцию Персии с Родиной. При этом, по собственной инициативе и очень удачно, надо сказать, капитан сбрасывал информацию о мелких и крупных происшествиях, неожиданных гостях аэропорта, о "залетах" военных и штатских в его владения, в особый отдел комендатуры. Реальной пользы от его информации было немного, разве что состояние дел в аэропорту Вяземский представлял себе так, будто работал там самолично.

— Конечно, кто же еще обратил бы внимание на наших фигурантов? — сказала Василиса.

— Считаете их уже нашими по подведомственности? — поинтересовался Вяземский и тут же подумал вслух: — И что же теперь с ними делать? Объявить в розыск по городу? Или…

— Думаю, что "или" будет лучше, — ответила Василиса. — Если это в самом деле обыкновенные, но чудаковатые ребята, как решил майор Семенов, то погуляют в городе и придут или к нам, или в гостиницу. Думаю, уже к вечеру мы об этом узнаем. А бегать и ловить их просто потому, что они из аэропорта не явились в особый отдел…

Женщина чуть презрительно сморщила носик, изображая "фи". Конечно, гоняться за свободными гражданами свободной страны с единственной целью спросить: "А не надо ли вам чего?" было бы смешно. Тем более, судя по заключению дивизионного особиста и добровольного помощника из аэропорта эти люди вполне могли сами постоять за себя в критических ситуациях. Кстати, без такой способности они вряд ли бы добрались до Белуджистана.

— Отпечатки-то их взяли уже на всякий случай? — уточнил Вяземский.

Василиса покачала отрицательно головкой:

— Тут прокол, Валерий Петрович. Никакой возможности не было. Отпечатки их только в караульном вездеходе и транзитном вертолете. И тот, и другой уже вне зоны досягаемости. А вездеход лучше так вообще не считать, там после дегазации никаких отпечатков не будет. "Акула" ушла на плановый ремонт на базу первой воздушной. Если попросить там, на месте, снять отпечатки, то натуральная проблема будет с идентификацией. Сами понимаете, кто только туда не слазит во время ремонта…

Конечно, "живые" отпечатки пальцев нежданных пришельцев сразу бы решили многие вопросы и надуманные, и не очень. Но — во-первых, пришельцы сейчас не представляли никакой угрозы, будь они трижды империалистическими шпионами ("Потом у ребят извинения за такие мысли попрошу", — покаянно подумал Вяземский, этот вариант принимая только, как излишнюю перестраховку), а, во-вторых, Василиса приготовила своему начальнику гораздо худший сюрприз.

— Это еще не все, Валерий Петрович, — сказала секретарша, вновь наполняя стаканчики.