Гость усталый и разбитый
Пьяным стал уже давно.
Гостя в спальню проводили,
На широкую кровать.
С дочкой Эфрой уложили,
Чтобы сладко было спать.
В эту ночь, кроме Эгея,
С ними был бог Посейдон*.
Царь и бог сблизились с нею,
Двух отцов иметь стал он.
Был зачат герой поэмы.
Да, такие вот дела.
Действовал Пифтей по схеме,
Чтобы дочка родила.
Он хотел продления рода,
И Афины, чтоб прибрать.
Такова царей природа,
Что возможно, надо брать.
А на утро, что такое,
С дочкой гость вместе лежат.
Как же так в одном покое,
«Ты ж Эгей с ней не женат?»
Гость краснеет виновато:
«Я возможно пьяный был.»
А Пифтей: «Теперь то свято,
Ну зятек, ты удружил.
Дочка сильно затоскует,
Вдруг дитя ей сотворил?»
Потом гостю растолкует,
Что оракул говорил.
Время быстро пролетело,
Уже виден результат.
Эфра смотрит в глаза смело,
Царь Эгей не сдаст назад.
Уезжать Эгею нужно,
Ждет в Афинах его трон.
Попрощался с тестем дружно,
И с женой любимой он.
«Как родится, не пишите,
Чтоб не выкрали письмо.
Встреч со мною не ищите,
Там следят за мной давно.
Никому не говорите,
Что мальчишка, то мой сын.
Лучше, что нибудь соврите,
Мол Эгей совсем один.
Брата младшего Палланта,
Опасаюсь я всегда.
Хватит у него таланта,
Для убийств и для вреда.
Тебе Эфра дорогая.
Я оставлю свой секрет.
Есть гора рядом крутая,
К ней в пещеру ведёт след.
Там, есть камень огромадный,
А под ним теперь тайник.
В нем сандалии, меч ладный.
Чтоб к ним жулик не проник,
Его камень охраняет.
Я едва его поднял.
Когда сын тайну узнает,
Чтобы сам подарки взял.
Вот тогда ему расскажешь
Про меня и он поймет.
И в Афины путь покажешь,
