Юрий Кузнецов – Агент Дакар (страница 5)

Неоднократно в последнее время крамольные мысли стали посещать Олега, что ему не хочется возвращаться на Родину, в глухое селение под Оренбургом. Его колхоз «Знамя Ильича» влачил жалкое существование, и люди в нем особо не надеясь на заработанные, смешные деньги в колхозе, занимались своим подворьем. В каждом бревенчатом доме с русской печью и полатями на ней были козы и куры, утки и свиньи. А большой участок земли позади дома с огромным огородом давал возможность выращивать овощи и фрукты. Кроме работы, по выходным в их колхоз приезжала машина передвижной кинобудки. Молодой парень призывного возраста натягивал большой белый экран в здании правления и показывал комедии «Волга-Волга», «Веселые ребята" и другие фильмы. А в остальном было одно и то же, работа в колхозе или работа на своем огороде. Когда началась война, Олег попросился на фронт, но так как ему было шестнадцать лет, его не взяли по призывному возрасту. В 1943 году снова явившись в военкомат, уже призывного возраста, он попросился на фронт, но седой военком с одной рукой направил его на офицерские курсы в Новосибирск.

Через шесть месяцев ускоренной подготовки, младший лейтенант Усольцев прибыл в свою первую часть на должность командира минометного взвода. Два года войны подарили ему звание лейтенанта и орден Красной Звезды на грудь. Все эти воспоминания о прошлой гражданской жизни были только временами, когда накатывала тихая грусть, или посещали философские мысли. Сейчас они с ребятами из взвода были живы, молоды и здоровы. Поднявшись на второй этаж, он увидел своих минометчиков, которые сгрудились вокруг большого стола, на котором было полно продуктов и вина в темных, стеклянных бутылках.

– Товарищ лейтенант, давайте к нашему столу! – сразу же стал приглашать наводчик, сержант Кольцов из Владимира. Разливая красное немецкое вино по хрустальным фужерам, Кольцов одновременно не выпускал изо рта папиросу. Пепел с нее падал и прожигал белоснежную скатерть из натурального льна с вышитыми цветами по краям, но сержант, похоже этого не замечал. Опять резануло по сердцу такое неприятное отношение к дорогим и нужным в хозяйстве вещам и лейтенант, чтобы не наговорить Кольцову грубостей, просто отвернул голову в сторону.

– Давайте выпьем за победу и за всех нас! – скороговоркой выпалил сержант. Чокнувшись со всеми присутствующими, так сильно, что на скатерти моментально образовались красные пятна от вина, он выпил залпом марочный напиток.

– Вот поэтому и называют нас в мире варварами, – окидывая взглядом заляпанную скатерть, подумал взводный. – Лучше бы домой отправил новую, белоснежную скатерть, чем вот так испохабить и еще грязные руки об нее вытереть, – прозвучали слова в голове Олега.

Выпив фужер терпкого, но приятного на вкус вина с тонким ароматом фруктов, Усольцев мечтательно закрыл глаза. Второй фужер с вином пошел «соколом» и ощущение непередаваемой радости накрыло лейтенанта с головой. После третьего фужера захотелось чего-то такого, чтобы развеяться и отправившись на прогулку, он вышел на улицу. День подходил к концу. Весна дарила пьяные ароматы зелени и трав, а сердце хотело любви.

Заметив возле дома отдельно стоящее каменное строение с большими воротами, он отправился на разведку. Замка на дверях не было и отворив одну половину ворот, он закричал от радости. Перед ним стоял сверкающий темной краской и коричневыми кожаными сиденьями, автомобиль «Хорьх».

«Ничего себе аппарат», – по-мальчишески обрадовался находке Олег. На его радостные крики прибежали солдаты со взвода. Трогая и поглаживая новенький автомобиль, мужчины цокали от восхищения языками. Открыв водительскую дверь, Усольцев заметил вставленный в замок зажигания автомобиля маленький ключ.

– Неужели есть бензин и машина на ходу? – взволнованно подумал он, садясь на приятное кожаное сиденье. Затаив дыхание, офицер повернул ключ зажигания и, о чудо, двигатель заработал! На приборе стрелка показывала полный бак!

– Кто со мной хочет прокатиться? – весело закричал взводный, рассматривая датчики на панели приборов. Пока другие солдаты думали, в машину раньше всех запрыгнули сержант Кольцов и рядовой Уразбаев.

– Ждите нас не скоро, – на ходу прокричал сержант, еще не зная, что эта поездка для него окажется последней в жизни. Выехав из деревни на асфальтированную дорогу, взводный нажал на педаль газа и бешено помчался по дороге вперед. Вино и ветер в лицо дарили непередаваемые ощущения и все трое, что-то радостно кричали и веселились. Внезапно из лесной чащи вдоль дороги раздались автоматные очереди и пули, как большие жуки начали гудеть рядом с головами солдат. Страх и безысходность охватили Усольцева. Спрятаться было невозможно. С одной стороны дороги был лес, из которого раздавались выстрелы, а с другой – поле. Вот, откинулся в сторону сидевший сзади Уразбаев, получивший пулю в голову. Через мгновение закричал от боли, получивший несколько пуль в грудь и бок сержант Кольцов. Только Усольцева пули не доставали и, казалось, что он под защитой невидимого щита. Яростно нажав еще больше на газ и пригнув вниз голову, мужчина устремился дальше вперед. Через несколько секунд стрельба стихла и снова тишина накрыла вечернее шоссе. Проехал пару километров от страшного места, лейтенант остановился.

– Что делать? – возник в голове простой вопрос.

Возвращаться назад было опасно и приняв решение двигаться только вперед, Олег поехал по ночному шоссе освещая дорогу фарами. Не замечая усталости и времени за рулем, он ехал и ехал, все дальше удаляясь от своего взвода. Под утро остановившись возле картофельного поля, он вытащил из автомобиля убитых бойцов и выкопав братскую могилу, похоронил.

– Что делать и как возвращаться назад? – размышлял офицер и внезапно крамольные мысли опять посетили его. – А зачем возвращаться? Судьба подарила тебе шанс остаться у американцев, и ты должен воспользоваться им, – твердил голос в голове. – Значит, так тому и быть! – решил лейтенант, отправляясь дальше в путь.

Через тридцать километров, он встретил первый пост американцев. Приблизившись к ним, лейтенант демонстративно поднял руки. Солдаты с недоверием смотрели на русского и сразу же вызвали дежурного офицера. – Я хочу к вам, мне нужно в Америку! – твердо заявил взводный, показывая знаками и словами, что он хочет к союзникам. Двое солдат отконвоировали его в штаб полка, где американский полковник внимательно выслушал его через своего переводчика.

– Окей! – только и сказал полковник, передавая его службе разведки. С этого момента, бывшему лейтенанту Советской армии Олегу Усольцеву было записано новое имя – Ольгерт Стоун.

Через неделю его отправили в фильтрационный лагерь американцев. Не дождавшись возвращения из поездки своего командира и двух солдат, старшина Прокопенко подал рапорт командиру батальона о пропаже лейтенанта Усольцева, рядового Уразбаева и сержанта Кольцова. Командиру батальона не хотелось заводить дело о дезертирстве, и он всех троих отписал пропавшими без вести. Так пропал без вести лейтенант Олег Усольцев и родился другой человек – Ольгерт Стоун.

Глава 8. Фильтрационный лагерь

 Сейчас Олег Усольцев имел другую форму и это сильно изменило его внешне. Вместо привычной за два года войны офицерской гимнастерки с несколькими пуговицами на груди на нем была форма солдата американской армии. Брюки цвета хаки с боковыми накладными карманами и такого же цвета куртка с пуговицами удобно сидели на фигуре.

Эта форма была так необычна и так удобна в носке, что в одно мгновение офицер поймал себя на мысли, что американцы во всем ищут совершенство и удобство. Когда он сдался американскому патрулю, его после первого допроса сразу же отвели в помывочную зону и переодели  в солдатский темно-зеленый свитер и брюки хаки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.