Юрий Курочкин – Легенда о Золотой Бабе (страница 1)
Юрий Михайлович Курочкин
Легенде О Золотой Бабе
Повесть
Художник Н. Казанцева
К читателю
Перед вами второе издание приключенческой повести. В основе ее лежит разгадка тайны Золотой Бабы — древнего идола северных народностей Урала. Автор использует литературный сюжет как средство исторического исследования легенд о Золотой Бабе, привлекая богатый краеведческий материал.
О Золотой Бабе, этой древней загадке истории, за многие годы написано многое. И все-таки загадка еще далека от разрешения. Откуда Золотая Баба пришла на Урал? Куда девалась? Была ли она золотой или ее только так называли? Кочевала ли она или так и «сидит» где-нибудь в тайге с давних пор, забытая всеми?..
Сама по себе вроде бы не существенная, загадка эта, став предметом исследования, помогает прочесть забытые страницы истории маленьких народностей Уральского Севера.
Много лет автор собирал материалы, старые и новые, на эту тему. Систематизировал их, чтобы попытаться дать если не решение, то хотя бы какие-то предварительные выводы. Материалов собралось уже изрядно, но поиск продолжается и каждый год приносит что-нибудь новое. Иногда — кроху, а иногда такой сюрприз, как неизвестная рукопись писателя-публициста К.Д. Носилова — путешественника, этнографа, географа, энтузиаста исследования Уральского Севера. Находка эта внесла ясность во многие спорные вопросы, позволила развязать некоторые туго затянутые узелки… «Уральская библиотека путешествий, приключений и фантастики», таким образом, предлагает читателю новый — исправленный и дополненный — вариант «Легенды о Золотой Бабе»,
Тетрадь первая
РЕФЕРАТ И ПРИМЕЧАНИЯ К НЕМУ, СОЧИНЕННЫЕ СТЕФАНОМ АРИСТАРХОВИЧЕМ ЗАКОЖУРНИКОВЫМ
Мне было совсем не до того, чтобы заниматься какой-то там Золотой Бабой. Ну, пришло письмо, ну да, я старый краевед — и что из этого? Ради чего я должен перерывать стопы пахнущих крысами старых книг и отвлекаться от столь интересной и важной работы, как обобщение материалов по исторической топографии города? Ко всему тому, я пенсионер. И я не обязан. Да-с!
Тем более, что письмо, с которого все началось… Извольте полюбоваться!
«Прошу срочно сообщить, какие материалы о Золотой Бабе можно найти в нашем городе. Нет ли в музее чьей-нибудь работы, обобщающей материалы на эту тему? Это нужно для проведения антирелигиозной работы во время туристских походов в северные районы У рала. О Золотой Бабе должен что-то знать старый краевед Степан Аристархович Закожурников».
Вместо подписи — какая-то немыслимая завитушка.
Адреса тоже нет. Кому отвечать, куда? На деревню дедушке?
Впрочем, сбоку карандашом записан номер телефона. Наверное, его, вопрошателя. Значит, найдется, если будет нужен.
Но — каков?! Ему, видите ли, нужно не как-нибудь, а именно срочно. И — извольте "видеть! — некий краевед скрывает тайну Золотой Бабы. Это-то он разузнал, а точное имя краеведа разузнать не постарался. Может быть, имя Степан мне и самому нравится больше; но если я no паспорту Стефан, то зачем коверкать мое имя — это просто неприлично.
И — самое главное — ему нужно что-нибудь готовенькое!
Откуда идет это стремление ко всему готовенькому? Иной едва оперившийся птенец, натянувший брюки поуже и рубашку попестрей, так и считает: весь мир создан для него и должен поставлять ему все, что он — пуп земли! — пожелает. Самому надо постигать и добывать. Ножками, ножками! Ручками, ручками! Головкой, головкой!
Вот и автор послания наверняка длинногривый, нечесаный нахал в узеньких зеленых брючках с молниями.
А может быть, я ошибаюсь? Все же антирелигиозная пропаганда, туристский поход… Может, просто папа и мама не научили его вежливости, а он вовсе не лохматый нахал, и ему в самом деле нужно? К тому же не надо забывать, что современной молодежи нужно знать много такого, чего не знали, да и не могли знать мы: радио, кибернетику, атом, космос… А я, сознаюсь, даже «Волгу» от «Победы» с трудом отличаю.
Нет, надо парию помочь.
Я отложил в сторону незаконченную главу об истоках речки Малаховки. Это ведь на день, на два, не больше..
…Увы! Незаконченная глава о Малаховке перекочевала со стола в ящик, а я бегал из библиотеки в библиотеку и лазил по трехметровым стеллажам, рискуя сломать голову. Я уже целую неделю не измерял кровяное давление и поэтому если бы умер, то даже не знал бы — отчего. Монбланы книг на моем столе грозили обрушением. Я злился на самого себя, на студента, которого снова стал мысленно звать лохмачом, на эту чертову — виноват, Золотую! — Бабу. Но бросить разыскания уже не мог.
И я снова карабкался по складным лестничкам к потолкам библиотечных хранилищ (самое нужное почему-то всегда находишь в самых труднодоступных местах!), снова чихал, поднимая облака пыли с давно никем не троганных фолиантов.
Да, к сожалению, давно никем не троганных! Молодежь начинает терять вкус к старой книге. А напрасно! Какие залежи полезных знаний скрыты в них! Как много незаслуженно забыто! Сколько иногда напрасно тратится сил на второе открытие Америки! Взять лишь одного старика Чупина с его знаменитым «Географическим и статистическим словарем Пермской — Губернии».
Я знаю, как один геолог «открыл» ценное месторождение минеральных красок не в поле, а на страницах чупинского словаря: о нем знали еще древние насельники края. Знаю, как тот же Чупин помог однажды изыскателям найти кратчайший и удобнейший путь к урочищу, ставшему вскоре ареной большой стройки. А «Записки УОЛЕ», Уральского общества любителей естествознания, до революции — одной из сильнейших в мире самодеятельных краеведческих организаций? Это же энциклопедия ураловедения! Кривощеков, Шишонко, Дмитриев, Клеры, Анфиногенов — они заслуживают того, чтобы книги их и сегодня лежали на почетном месте в шкафу краеведа.
Но на этот раз и они что-то плохо помогали мне. Золотая Старуха (идола, оказывается, звали еще и так) будто пряталась от меня, как пряталась от всех тех, кто искал ее. Она меняла то свое обличье, то место пребывания, то свое назначение, то имя.
Я бы не сказал, что это «проблема номер один» для уральского краеведения. Но надо же в конце концов разрешить тайну этой Золотой Карги, или как там еще ее называют.
Однако не будем спешить с выводами. Мое дело — собрать исторические известия об этом идоле.
Нашел я, увы, не так много. Это отнюдь не «обобщающая все материалы» работа, как этого требовало письмо лохмача. Но, я думаю, с него хватит. Для ведения антирелигиозной пропаганды.
А не хватит — пусть ищет сам. Ориентиры показаны.
Реферат о Золотой Бабе
Начало истории Золотой Бабы затерялось где-то в веках. Как известно, наши далекие предки не осложняли свой быт изобилием писанины. Ни докторских, ни даже кандидатских диссертаций о Золотой Бабе они не оставили, хотя тогда — десять веков назад — тема эта могла быть актуальной. Но простим предкам их упущения и попробуем хотя бы выяснить, кто и какие свидетельства оставил о Золотой Бабе позднее.
…Конечно, первыми вести о ней принесли на Русь новгородцы. Еще тысячу лет назад они добирались до таких дальних земель, о которых в просвещенной Европе и не слыхивали. Кто — в погоне за мягкой рухлядью (как тогда называли меха), кто — спасаясь от местных неурядиц и обид.
Где под парусами, где на веслах, а где и волоком пробирались на легких вездеходных ушкуях ватажки отчаянных сынов Нова-города, богатого и сильного государства славян.
По голубой паутине рек, покрывшей северо-восток Европы, доходили ушкуйники до глухих, забытых богом краев, где все было необычно — и природа, и люди. Если забраться подальше, то там даже ночь и день не такие, как на родине, как везде: полгода — темь, полгода — незакатное солнце. И люди незнаемые. Впору сказки о них сочинять: с ног до головы в шкурах, ездят на собаках да на оленях, хлеб не сеют, домов не строят, ибо живут день в одном месте, а день — в другом.
И молятся странно: то дереву поклоняются, то красному знамени, то камню иссеченному, а то Золотой Бабе. А какая она — эта Баба, — говорят разное, от показа же таятся. Кто посмелее да полюбопытнее, может, и видел ее. Только тот уж не расскажет: крепко хранят инородцы тайну главного идола, не прощают излишнего любопытства.
А следом за первыми ватагами землепроходцев, возвратившимися с грузом драгоценных мехов и запасом баек о полуночных странах, шли другие. Новооткрытые земли записывались волостями новгородскими, подданными Господина Великого Новгорода.
Научились разбираться и в «человецех незнаемых»: где пермичи, где печора, где югра, а где самоядь. А то раньше огулом весь этот край землей Югорской звали, а народы — чудью.
А Баба… Что ж, Баба — хоть и золотая, а на что она? Пусть себе молятся. Сами новгородцы давно ли из язычников в христианство перешли. Да и золотая ли она — кто знает! Вот соболя — это дело верное и доходное.
Одна из древнейших новгородских летописей — Софийская — так и повествует о Золотой Бабе как о чем-то всеизвестном и неудивительном. Сообщая о кончине в 1398 году великопермского епископа-миссионера, бывшего устюжанского инока Стефана, летописец свидетельствовал, в каких затруднительных условиях приходилось жить и «работать» первому епископу сих земель: