Юрий Корнеев – Леонахрд фон Линдендорф и фон Дер Марк (страница 9)

На следующий день тоже остались в Дуйсбурге – Ирма уговорила. Вроде она не со всеми своими агентессами пообщаться успела. Хотя понимаю, дело совсем не в этом – просто тут ей меня делить ни с кем не надо, тут я полностью её, а дома если и перепадает немного ласки, то так, по везению. То много, а то и ничего. Против законной жены не попрешь.

С утра, наконец, отправились домой. Весь предыдущий день провел на новом заводе. Хороший заводик получился. Небольшой и аккуратный. В три домны. Две постоянно дымили, а одна всегда на переборке. По очереди. Так что продукцию гнали непрерывно. Но всё равно не хватало. Улетало всё мигом. Тем более и везти никуда не надо, купцы сами в Дуйсбург за изделиями из чугуна приезжали. В основном, конечно, посуда. Разнообразные котлы, сковороды. Этого сколько не дай, всё сметут. Цена-то пониже медной и намного. Но для нас очень выгодно – прибыль больше 100%. И это при оптовой продаже, прямо с завода. Так что дело оказалось очень выгодным. Не думаю, что надолго, но сливки снять мы успеем. Да и потом в убыток работать не придётся. Конечно, хотелось бы сохранить всё в секрете, но не получится. Жаль, но ничего не поделаешь.

На второй день были уже в Хаттингене. Приплыли после обеда, так что на ночь глядя домой не потащились. Остались в местной гостинице. Сразу после ужина Ирма утащила меня к себе. В свою комнату так и не попал, не отпустила. Заснул под утро и поспал всего пару часов, а мне ведь сегодня с женой встречаться и она тоже свою порцию ласки потребует. Ладно, в седле подремлю. Лучше бы в возке поехать, в нем вообще выспаться можно, тем более дорога хорошая, не тряская, но не получится. Только верхом. Я всё-таки рыцарь и в возке меня можно везти только раненого или больного. Представляю, как Ами бы перепугалась, узнав, что меня в возке везут. Ладно, перетерплю.

В замке были ещё до обеда. Помылся и повозился немного с Генрихом. Ами, правда, пыталась утащить меня в спальню, но не прогонишь же ребёнка. После обеда поднялся в кабинет и стал разбираться с делами. Но, слава богу, разбираться особо и не с чем. Всё нормально. Во всяком случае, в моем старом графстве, а что там с новыми землями – пока не понятно. Курт вернётся и будем разбираться. Тоже всё, конечно, устаканится со временем, но вложиться придётся и не слабо. Пока я отсутствовал, был гонец от Курта. У него тоже всё хорошо и обещает через месяц быть. Но вернётся почти один. Армии считай и нет. Всю по гарнизонам растащили. В приграничных городах оставил по одной роте, хотя в них желательно держать хотя бы по две роты, если не полк. А таких городов аж 6. И все направления опасны. Берг, Вестфалия, Хомбург. С Бергом я уже успел подраться и неоднократно и в то, что они успокоятся, нисколько не верю. При случае обязательно нападут и постараются вернуть всё, что я у них отобрал. С герцогством Вестфалия и с графством Хомбург я ещё на тесной дорожке встретиться не успел и, надеюсь, такой встречи не произойдёт, но поберечься надо. Если увидят беззащитный город или кусок земли, тут же откусят, не раздумывая. Единственно, город Изерлойн, на границе с графством Лимбург. Зря там Курт роту оставил. Если граф туда сунется, я буду только рад. Будет повод прибрать это миниграфство к рукам. А ведь есть ещё приграничные замки и там тоже надо бы солдат оставить, хоть по паре взводов и по одной батарее. А ещё бывшие свободные города Альтена и Бреккерфельд. Не оставишь там солдат, сразу взбунтуются. Чёрт, и в самом деле Курт один вернётся, в лучшем случае с кирасирами. Придётся новую армию создавать. Сейчас у меня в лагере один полк и пара сотен новобранцев. Ну и сотня кирасиров. Слёзы. С такими силами я вообще ни от кого отбиться не смогу. Надо отправлять Курту гонца, чтобы набрал на новых землях рекрутов, хотя бы на пару полков. А ведь Курт предупреждал, что надо создавать ещё полки, а я не послушал, пожадничал. Теперь всё в спешке придётся делать. И где столько денег взять? Их ведь и вооружить и содержать надо. Нет, денег, конечно, хватит и на два, и на четыре, и на шесть новых полков, но жаба просто душит. Столько денег считай в никуда. И ведь никуда не денешься, с такими соседями зевать нельзя. Надо, кстати, заскочить завтра в лагерь и посмотреть, что у меня там на складах. Вооружать-то солдат чем-то надо.

После совещания, на котором присутствовали Ирма, Элдрик и помощник Гюнтера, разошлись. Ирма, правда, порывалась задержаться, но я только развёл руками. Она всё поняла и упорхнула. Я тоже ушел в спальню – останешься в кабинете и обязательно кого-нибудь принесёт, разбирайся с ними. Ну их всех. Только завалился на кровать, как примчалась Ами. Тут уж мне отвертеться не получилось. Да я особо и не сопротивлялся, даже сонливость сразу пропала и силы откуда-то появились. Да, красивая женщина –погибель для мужика. И что интересно, мы, мужики, от этой гибели не бежим, а с радостью бросаемся в её объятия.

Следующим утром отправился в лагерь. Первым делом, с комендантом лагеря, прошёл по складам. Грустно. Нет, с пушками всё в порядке, ещё на пару полков хватит, а вот мушкетов хватит в лучшем случае на полк. А учитывая, что стволы у мушкетов надо постоянно менять и частенько после всякого похода, даже учебного, их до сотни отправляют в ремонт, то совсем хреново получается. А ведь быстро несколько сотен мушкетов не сделаешь. Чёрт, завтра придётся ехать на завод и говорить с Дитмаром. Может и придумаем что.

Заскочил, естественно, к Эльзе. Повозился с дочкой. Ну, а потом, конечно, с её мамой. Не уедешь же просто так. Эльза осталась довольна, хотя после Ирмы и Ами меня на много не хватило. Но оттого, что я её не забываю, а главное, – не забываю дочку, она была просто счастлива. Думаю, если бы я просто заскочил на минутку и поцеловав дочку умчался, она всё равно была бы довольна. Для неё теперь в дочке вся жизнь. Да, скотина я, конечно. Так поступать с близкой мне женщиной не очень хорошо. Но это я считаю, что поступаю по свински, а для неё как раз всё наоборот. Превратиться из деревенской девчонки в знатную и богатую даму – этого пока и в сказках нет. О золушке ещё не написали. А если бы и написали, то над этой сказкой бы просто посмеялись. Потому что это невозможно. Такого не бывает. Не бывает и всё. Крестьянин, при огромной удаче, может осесть в городе и стать ремесленником. Его потомки, если им опять же очень повезёт, могут стать купцами. Но пробиться в благородные – никогда. А у меня уже куча благородных из простонародья. Как там в песне пелось: мы рождены, чтоб сказку сделать былью. Вот, вот. Хорошо, хоть никто не знает про эти мои выкрутасы, а то все благородные вокруг просто бы взвыли и ринулись бы сюда наводить порядок. Я ведь по их понятиям, оскорбляю всё благородное сословие, поднимая на одну доску с ними простое мужичье. И пусть я всё делаю через брак и вроде ничего не нарушаю, но всё равно поступаю не правильно. Ну, это они так думают. А я как раз думаю по другому. У меня появилось столько преданных людей, которые по одному только моему слову любому глотку перегрызут, хоть герцогу какому, хоть самому императору, так что за себя и за свою семью я могу быть спокоен. Хотя бы дома. А что может быть важнее этого? Вот и Эльза одна из них. Понимаю, что и её и всех этих новоиспеченных рыцарей я просто использую, ну и что? А кого мне ещё использовать? И как выжить без этого?

К обеду вернулся в замок. После обеда отправился на завод, хоть и не очень хотелось. Я бы с большим удовольствием сейчас подремал, но негде. Пойду в спальню, примчится Ами и отдохнуть не даст, тем более, я пока не совсем в форме. Пойду в кабинет, заявятся Ирма с Элдриком. А может и зам Гюнтера. Опять с ними сидеть и какие-то вопросы решать. Хрен отдохнёшь. Нет, я лучше на завод прогуляюсь.

На заводе сразу прошёл к Дитмару. Сели с ним думать, как увеличить выпуск мушкетов. Ничего не придумывалось. Станков пока мало и работают они только в светлое время суток. Можно работать и при искусственном свете, но тогда брак увеличивается вдвое. Брака итак много, практически половина заготовок стволов уходит в брак при сверлении и нарезке, мать их, нарезов в канале ствола. А если брак увеличится вдвое, то что останется? А ведь изготовление стволов тоже не легкое дело. А их в брак и на переплавку. Хреново. А если подумать? Так, кое-что в мозгах проскользнуло.

– Дитмар, у тебя есть стволы с отшлифованным и отполированным каналом, но без нарезов.

– Есть, ваше сиятельство, как не быть.

– Подбери мне штук пять готовых стволов без нарезов. И ещё. Нарезы пока не делай. Рассверливай стволы, шлифуй и полируй. Через несколько дней приеду и будем решать, что делать дальше.

– Вы что-то придумали, ваше сиятельство?

– Есть кое-какие мысли, но их надо будет проверить. Пока рано об этом говорить.

Взял стволы и поехал в замок. Не сам взял, естественно, на это охрана есть, которую я уже и не замечаю. По пути отправил одного кирасира со стволами в лагерь, в оружейную мастерскую, с наказом, чтобы к завтрашнему дню мне приготовили пять мушкетов с этими стволами. Что уж они там сделают – то ли перекинут стволы с запасных мушкетов, то ли установят новые ложа, не имеет значения. Вот завтра и посмотрим, на что сгодятся такие мушкеты. Решил я применить пулю Нейслера. Была такая, вернее будет, в начале 19-го века. Не плохая пуля. Она представляла собой закругленный в передней части цилиндр, сзади имевший выемку. Главный принцип – расширение задней части пули под воздействием пороховых газов, приводящее к тугой калибровке и равномерному движению по каналу ствола. Дополнительно это обеспечивает обтюрацию и хорошую передачу энергии пуле. И возникающее смещение центра тяжести к головной части при такой форме пули способствует стабилизации её в полёте. В принципе, я об этой пуле всегда знал, но хотелось чего-то более продвинутого. Вот и заморочился с нарезными стволами и пулей Минье. Для одного полка нормально, и для двух тоже, а вот для армии, что я собираюсь сформировать – это уже не подъёмно. И с нарезами колготни много, и с жестяными донышками для пули Минье. Жести, вроде, на пулю идёт мизер, но когда таких пуль нужно десятки тысяч, то и жести надо много. А её попробуй изготовь. Да и возни с ней много. У меня, правда, в пулю вставлялся не жестяной стаканчик, а обыкновенный конус, но всё равно маетно. Трудозатраты очень высокие. С пулей Нейслера всё это убирается – и нарезы, и жестяные вставки. Естественно, и дальность полёта пули уменьшится и точность, ну, да и хрен с ним. Дальность стрельбы из гладкоствольных ружей с пулей Нейслера состовляла 400-450 метров, а мне больше и не надо. На дальние дистанции у меня пушки работают. Правда и точность упадёт, но не намного, а учитывая, что мои мушкетёры лупят обычно залпами, то это тоже не очень-то и существенно. А для индивидуальной стрельбы оставлю нарезные штуцера. В каждой роте по отделению штуцерников и вполне достаточно. Для них и ружей нормальных наделаем и пуль. Уж это-то мы спокойно потянем. Зато сможем быстро вооружить формируемые полки. Которых нужно сформировать не два, а четыре. А лучше шесть. Ведь если я всё-таки соберусь в следующем году наведаться на побережье Северной Африки, то с собой мне нужно взять как минимум пару полков. С такими силами я небольшой городок захватить смогу. Но и в графстве кого-то надо оставить. Не рассчитывать же только на гарнизоны. Нет, и оттуда можно при надобности солдат надергать, но пока они дойдут, вражины могут таких дел натворить, мало не покажется. Так что кулак, хоть и не большой, должен быть всегда наготове. Чёрт, на шесть полков у меня пушек не хватит. Опять гонка начинается. Ладно, прорвёмся. Скоро осень, потом зима – за это время всё успеем. Лишь бы кто раньше не пожаловал.