Юрий Корнеев – Инженер-лейтенант (страница 57)

По пути к крайней системе ничего интересного не случилось. Летели и летели. Как во внутренних системах империи. Как говорится, тишь и благодать. Почему Содружество сюда не приходит, непонятно. Наверняка здесь полно планет, пригодных для жизни. Никогда не поверю, что из-за пиратов. Да, пиратов много. Но, во-первых, они все-таки базируются и промышляют во фронтире, а не в диком космосе. И во-вторых, их можно уничтожить за полгода, максимум за год. Было бы желание. А желания почему-то нет. И вообще как-то Содружество застопорилось в своем развитии. Оно существует уже три тысячелетия! Три тысячи лет назад появились первые гипердвигатели, искины, нейросети и все остальные девайсы древних. Именно тогда кто-то в центральных мирах смог создать копию гипердвигателя. Копия получилась, конечно, хреновенькая, но летать из системы в систему позволяла. С огромной по тем временам скоростью. С этого момента и идет отсчет времени существования Содружества. Это были агрегаты первого поколения. И за три тысячи лет они дошли только до десятого поколения. Бред какой-то.

– Афра, что ты думаешь по этому поводу? Как такое может быть?

– Я думаю, что именно поэтому Жук их всех считает порчеными, а не потому что они не ментоактивны. А может быть, ментоактивность и стремление к развитию взаимосвязаны. Но то, что они три тысячи лет назад перестали по-настоящему развиваться, – это факт.

– Тут ты права. У них здесь даже вся наука сосредоточена на том, чтобы разобраться с артефактами древних. Все крутится вокруг этих артефактов. В принципе все понятно – зачем что-то изобретать и придумывать, если все изобретено и придумано до нас. И все эти изобретения лежат в контейнере в сейфе. Надо только как-то их активировать. И все будут в шоколаде. Но как такая цивилизация может существовать?

– А может быть, именно такая цивилизация и может существовать столь длительное время. Постепенное и очень неспешное развитие технологий, никаких взрывов и потрясений. А чтобы народ совсем не закис – постоянные небольшие войнушки. И пиратов потому не уничтожают: хоть какой-то раздражитель для общества. И только внешняя агрессия заставляет их шевелиться. Ведь до войны с архами, а она закончилась сто пятьдесят лет назад, у них вся техника была четвертого поколения. И только во время войны и сразу после нее развитие технологий рвануло вперед. Правда, теперь оно опять замедляется. И еще это связано с длительностью жизни. Ведь те же аграфы и сполоты живут по тысяче лет. И они не очень любят спешить.

– Но ведь это путь в никуда. Появится какая-нибудь новая и бурно развивающаяся цивилизация – и просто разорвет Содружество в клочья.

– Но ведь архи не разорвали. Запас прочности у Содружества довольно большой, так что еще несколько тысячелетий оно проживет. Ну а что будет дальше, никого не интересует. Вспомни Землю. Там тоже все последнее время человечество находится на грани самоуничтожения. И никого это особо не волнует. Сегодня хорошо – и ладно.

– Да, грустно как-то.

– А чего грустить? Тебя это не касается. Ты на месте не усидишь, хотя тебе иногда и хочется спрятаться от всех и пожить спокойно. И сколько бы ты смог так пожить? Я думаю, недолго. Тебе ведь нравится жизнь, которой ты живешь?

– Конечно нравится.

– А для всех остальных это не жизнь. Много ли ты встречал таких людей? В вашем отряде, да и то не все. Даже наемники предпочитают сопровождать караваны, а не лезть в разные авантюры. Да и сколько тех наемников. Таких, как ты, с шилом в заднице, в Содружестве практически нет. Даже своих девчонок учиться ты заставляешь. А Гэл? Выучил медицину седьмого ранга, и все. У него что, нет возможности развиваться дальше? И это один из наиболее активных членов этого общества. А что тогда говорить о других?

– И кто же, интересно, тормозит их развитие?

– Я думаю, никто. Просто им так удобно. У нас ведь тоже есть пословица: от добра добра не ищут. Вот и они не ищут. Всех все устраивает. Ты ведь знаешь, что наиболее развитые и умные в конце концов всегда попадают в центральные миры, в тепличные условия. Там у них прекрасная, благоустроеная жизнь. И зачем им тогда копья-то ломать? Ведь мало быть активным авантюристом, чтобы встряхнуть общество. Надо быть еще и умным авантюристом. А глупые авантюристы идут в пираты. Только что они могут кроме того, чтобы ограбить своего ближнего? Этим общество не встряхнешь.

– Ты хочешь сказать, что я это должен сделать?

– Ну нет. Это не наше общество, и не нам его трясти. Да и зачем это нам? Пусть уж они сами решают, как им жить. Тем более что их все устраивает. И ты здесь все равно не приживешься. Еще год, два, десять, двадцать, но за тебя возьмутся серьезно. И как бы ты ни был силен, один ты не устоишь. Сколько бы ты ни трепыхался, рано или поздно шею тебе все равно свернут. Поэтому нам надо создать свой мир. Я не говорю, что это должна быть империя Атлан, да это и невозможно. Как бы ты ни старался, все одно не получится. Так что надо создавать что-то свое.

– И что именно?

– Откуда я знаю? Если ты не знаешь, значит, и я не знаю. Надо думать. Надо пробовать. Жизнь у нас будет длинной, так что придумаем что-нибудь.

– Ага, если не прихлопнут.

– Так не надо подставляться.

– Так ты считаешь, что нам надо лететь к Жуку на базу?

– Нет, конечно. Ты правильно решил пожить побольше в Содружестве. Здесь ты получишь бесценный опыт. Уже сейчас ты командуешь боевым кораблем. Возможно, в дальнейшем станешь командовать целой эскадрой или руководить корпорацией. А это все опыт. Это позволит тебе в дальнейшем совершить меньше ошибок.

– Не мне, а нам.

– Нет, именно тебе. Я что – помощник, можно сказать, внутренний голос. Со мной можно поболтать, посоветоваться. Но решения принимать именно тебе. И ответственность нести за эти решения тоже тебе. Поэтому тебе, вернее нам, сейчас необходимо как можно больше учиться, тренироваться и набираться опыта. Если бы мы смогли продержаться в Содружестве еще лет пятьдесят – это было бы идеально. Естественно, неплохо было бы слетать на базу и набрать там баз знаний, но это уж как получится.

– Да, я бы не отказался пожить здесь лет пятьдесят. Что ни говори, а мне здесь нравится.

– Так нас никто и не гонит. Будем жить здесь столько, сколько получится. Я же говорю: жизнь у нас длинная – все успеем.

– Длинная – это как? Атланцы жили пятьсот-шестьсот лет. Много, но не особенно.

– В основном пятьсот-шестьсот. Но когда твой уровень ментоактивности превысит шестерку, ты будешь жить около тысячи лет. А если сможешь перевалить за восьмой уровень, то будешь жить, пока не надоест. Доходить до восьмого, а лучше до девятого уровня тебе все равно придется, если ты хочешь добиться чего-нибудь серьезного.

– И опять: учиться, учиться и еще раз учиться?

– Ну да. А еще: тренироваться, тренироваться и еще раз тренироваться в развитии ментоспособностей.

– Дедушка Ленин, как всегда, прав.

– Уж в этом-то точно.

Таких бесед за время полета было довольно много. Ну а с кем еще и поговорить откровенно, если не с собой? С собой ли? Наверное, все-таки с собой. Если это даже и шиза, то это моя шиза. Иногда ходил поболтать с Гэлом. Как-то я у него спросил:

– Гэл, а почему ты не учишь медицину дальше?

– А зачем?

– Ну как зачем? Будешь больше знать, лучше лечить.

– Для крейсера моих знаний хватает. Я ведь бывший офицер СИБ. И моя работа мне нравилась. К сожалению, после двадцати лет службы в СИБ мне пришлось уйти. Нет, ничего противозаконного – просто не поладил с начальством. Хорошо, что капитан меня взял к себе. Мы с ним раньше служили вместе, на одном корабле. А вообще-то бывших сибовцев наемники берут неохотно. Вот тогда мне и пришлось стать медиком. Иметь офицера СБ на таком небольшом корабле избыточно. Я мог бы выучиться на инженера, но возиться с железками мне нравится еще меньше, чем лечить людей. Но теперь у нас уже три корабля, и я могу работать и по своей основной специальности.

– Помнится, ты хотел открыть клинику, – напомнил я ему.

– И открою. У меня уже и сейчас на это денег хватит. Да ее скоро и откроют. Я на это деньги родственникам уже передал. Так что, как только уйду из наемников, сразу займусь медициной. Место меня уже будет ждать.

– И когда ты уйдешь?

– Лет через пятьдесят-сто, – рассмеялся он. – А вообще мне нравится моя нынешняя работа. Не знаю, смогу ли я сидеть на планете и заниматься медициной. Сомневаюсь.

Да, мне тоже нравится моя работа, но все-таки хочется чего-то большего. Всегда. Всегда хочется чего-то большего. А вот ему не хочется. И уж кроме Медика мог бы выучить Химию, Биологию, еще что-нибудь. Деньги на базы есть, времени навалом. Чем пялиться в галовизор-то. Я вот так к галовизору привыкнуть и не смог. Я и на Земле телевизор не смотрел, а уж здесь тем более. Правда, у меня было полно более интересных занятий. Взять хотя бы те же тренировки. Кстати о тренировках. Пора идти заниматься.

Наконец долетели. В системе было пусто. Замечательно. Я не спеша стал проводить съемку системы. Хотел на боте слетать на планету и осмотреть развалины, но передумал. Мало ли кого принесет. Хотя интересно было бы узнать, чьи это развалины – атланские или Джоре. Наверное, все-таки Джоре. Устраивать разведбазу на своей территории не стали бы, а вот на территории противника – очень может быть. А моя база расположена как раз среди систем с развалинами городов. Так что наверняка Джоре. Ну и ладно. Если очень уж захочется, потом осмотрю, если будет время. Закончил съемку системы и улетел. Теперь меня ждет последняя и ближайшая к нам система. Ждет не дождется. Ну жди, скоро буду. Правда, это «скоро» растянется на полтора месяца, но ничего. Зато потом – домой. Надоело уже мотаться. Скучно. Пираты бы встретились, что ли. Хоть подрались бы. А то тренировки и тренировки. Я уже стал спокойно создавать любые не особо сложные агрегаты. Сделал себе игольник. Заводской номер поставил со своего старого игольника. Он пробивал любую броню. Бронебойными иглами, конечно. Штурмовой скафандр прошивал насквозь. Правда, у нас скафандры седьмого поколения, но и десятого пробьет – уверен. Сделал себе переносной силовой щит. Вот его вообще ничто не пробивает. Хотя у меня комбинезон разведчика непробиваемый, но от кинетического оружия он не очень и помогает. От бронебойных игл останутся только синяки, но ведь есть кинетическое оружие и помощнее игольника. Вот тут мой щит и будет к месту.