Юрий Корчевный – Василий 2 (страница 2)
- Чего это он? – следователь опять обратился к опекуну.
- А кто его знает, - Сергей равнодушно пожал плечами. – Не обращайте внимания. Сам не знает, чего несёт. Он только недавно говорить научился, а то вообще молчал.
В эту же ночь супруга Анатолия Михайловича благополучно разрешилась сыном, и вскоре счастливый отец сообщил ей о сбывшемся предсказании Василия, а та потом разнесла новость по родным и знакомым.
Эту историю Катя рассказала дочери, и Лида задумала попытаться сделать из предсказаний Василия сенсацию для жёлтой прессы, которая вовсю публиковала подобные сообщения, чтобы увеличить количество читателей. В свободный от учёбы выходной девушка вместе с матерью навестила Василия в его квартире и обратила внимание, что он сильно посвежел и даже помолодел с тех пор, как она видела его последний раз. Его ясные внимательные глаза смотрели смело, умно и понимающе, движения были свободны и естественны, а лицо спокойно и безмятежно.
- Добрый день, - сказала Лида и улыбнулась. Он вежливо улыбнулся в ответ, и девушка поняла, что он её не помнит и не узнаёт.
- Я слышала о вашем предсказании, - продолжала она, поддерживая дружеский тон. – Как вы это делаете?
- Что делаю? – Василий с некоторой тревогой взглянул на Катю.
- У него же полная амнезия, - пояснила та Лиде. – Но, я думаю, со временем восстановится. Речь же вернулась. И книжки читает, значит буквы-то помнит подсознательно.
На прикреплённой к стене старенькой книжной полке Лида увидела стоящие в ряд карманную Библию, толстый потрепанный двухтомник «Война и мир», сборник пьес Шекспира и несколько романов из «Человеческой комедии» Бальзака. Ещё здесь были брошюра Генриха Альтшуллера и несколько журналов «Новый мир» начала семидесятых годов.
- О, - одобрительно сказала она, показав рукой на полку.
- Да, да, - Василий оживился, заулыбался и закивал.
Он действительно любил читать, слушать радио и смотреть телевизор, что удовлетворяло его ненасытную любознательность. Ещё больше Василий любил наблюдать за происходящим вокруг него, пытаясь разгадать мотивы и намерения окружающих людей. Он не мог бы вспомнить или пересказать ничего из прочитанного или увиденного, но в его душе с каждой страницей и с каждым днём создавалась и развивалась постоянно усложнявшаяся картина мира. Постепенно росла и укреплялась его память, так что вскоре он уже мог вспомнить, о чём вчера говорил с Катей и даже был способен продолжить начатую накануне беседу. Но о том, что было ещё раньше - так никогда и не вспомнил, да это ему и не нужно было. О своей предыдущей жизни Василий отрывочно узнавал из разговоров с Катей, но это была бесполезная для него информация, и он тут же всё забывал.
Однажды, когда он один дома читал Библию, в дверь позвонила незнакомая пожилая женщина. Василий открыл, и она с порога принялась спрашивать о судьбе своего сына, пропавшего без вести во время службы в Афганистане.
- Война-то вон когда закончилась, войска вывели, - говорила она. – А о нём так ничего и не слыхать. Поможете?