Юрий Корчагин – Через Миры (страница 128)

Буйство продлилось несколько десятков секунд, прежде чем она перестала вырываться. Посмотрев ей в глаза, я увидел в них искру сознания, и только после этого отпустил.

— Это, блядь, что сейчас такое было⁉ — выразил общее мнение Торус, уже положив руку на рукоять меча.

— Разве не понятно? Лечение, — оставив поражённо оглядывающуюся женщину приходить в себя, я перешёл к следующей.

— Нет, не это, я про самый конец, — поправился Торус, — из-за чего её так било?

— Ты про это? — крошечная искра Света зажглась у меня над указательным пальцем, мгновенно приковав всеобщее внимание, — Крошечная часть Света, что лежит в основе всего.

— Тогда почему… — как-то заторможено произнёс Скорпио, — я слышу смех сестры и матери, и вижу улыбку отца…

— Свет — пробуждает в людях лучшие чувства, — сконцентрировавшись на искре, я поместил её в грудь следующей жертвы.

В этот раз буйство продлилось недолго, всего пару секунд, но было оно в разы интенсивней. Аналогичная ситуация сложилась с последней пациенткой. Закончив с лечением, я вернулся к трону.

— Раз с первоочередными задачами мы разобрались, можем продолжать представление. Ты, — указал я полного мужчину в фартуке, — начинай.

Как и ожидалось, обладателем солидного брюшка оказался один из двух замковых поваров, ранее обеспечивающий Рудных Баронов кулинарными изысками. После череды разных служащих, вперёд вышел кузнец, что крайне задумчиво смотрел на меня с момента исцеления женщин.

— Я — Стоун, кузнец, — кратко ответил он, — чиню доспехи и оружие, иногда работаю с добытой рудой.

— Как разберусь с первоочередными делами, загляну к тебе в кузницу, — кивнул ему я, — а пока на сегодня закончим. Продолжайте выполнять свои обязанности как обычно, скоро я вызову вас для более обстоятельного разговора. И Торус, — здоровяк напряжённо посмотрел на меня, — сегодня будет праздник и на тебе присмотр за порядком. Отбери надёжных парней и сообщи им, что они смогут отпраздновать позже. Если справитесь хорошо, я позабочусь об их старых ранах.

— Будет сделано Ярл, — задумчиво кивну тот, — ещё какие-нибудь распоряжения?

— Тебе — нет, а вот поварам придётся постараться приготовить угощение на весь лагерь. Люди должны почувствовать, что я умею заботиться о своих подданных!

— И это, Ярл, — бросив короткий взгляд на одну из исцелённых, вышел вперёд Скип, — а что будет с ними? — указал он на сбившихся в кучу женщин.

— Ничего, — пожал плечами я, — захотят — могут оставаться служанками в замке, захотят уйти — они вольны это сделать. Если же решат жить с кем-то из доблестных защитников Старого Лагеря, то и это они могут сделать, — лидеры банд и шаек начали предвкушающе улыбаться, — только без насилия. Узнаю — повисните рядом с баронами.

Пока каторжане перешёптывались, в зал зашла делегация призраков во главе с моим старым знакомым — Диего. Как и стражники, они тут же разбились на группы и начали бросать на меня заинтересованные взгляды. Причём некоторые стражники, что раньше стояли в стороне, присоединились к группам нескольких призраков.

— Что ж, рад видеть всех прибывших, — оглядел я увеличившуюся толпу, — позвал я вас сюда для того, чтобы познакомиться со всеми. Диего я уже знаю, как думаю и вы, так что начнём с тебя, — указал я на худого мужчину, что не мог найти покоя рукам, то теребя коту, то пряжку ремня.

— Все зовут меня Фингерс…

— Что скажешь о новом правителе, Драго? — спросил Корристо, сидя на своём троне в часовне Инноса.

— Пока ничего определённого, Верховный Маг, — покачал головой ближайший помощник главы магов огня, — но он точно владеет магией и не стесняется её использовать.

— Почувствовал ли ты в нём порчу Белиара?

— Нет, Верховный Маг, но не было в ней и огня Инноса, — покачал головой Драго, — однако, когда он исцелял тех несчастных, что стали игрушками в руках жестоких баронов, я почувствовал… нечто необычное.

— Говори точнее.

— Я не знаю, как это описать, но я будто вновь очутился в Нордмаре, напротив главной святыни Инноса, — с лёгким придыханием продолжил описывать свои ощущения маг, — будто частичка его света осветила меня и успокоила.

— Вот значит, как, — задумчиво произнёс Корристо, ухватив кончик седой бородки, — а что он делает сейчас?

— Приказал поварам баронов приготовить как можно больше яств для всего лагеря, пока сам проверяет покои бывших баронов.

— Продолжай следить за ним, — погрузившись в мысли, Корристо говорил излишне отстранённо, — и докладывай обо всех его действиях.

— Мне приготовить письмо за барьер?

— Нет, пока подождём, сначала надо кое-что уточнить.

— Эээх, — Мильтен присел рядом с Диего, всем своим видом выражая крайнее довольство жизнью, — чего грустишь, Диего? Неужели тебе не понравилось вино и угощение, что дал нам Ярл?

— Нет, очень даже ничего, не лучшее что я пробовал, но и далеко не худшее, — отхлебнув из кружки кроваво-красный напиток, уроженец Варанта задумчиво посмотрел вдаль, — меня больше заботит, что будет дальше?

— В смысле? Ну, будет править в Стром Лагере один барон, точнее ярл, вместо Гомеза и его ближников, для нас то, что изменится?

— Думаю — многое, — покачал головой старый контрабандист, — многие не заметили, но в отличие от Гомеза, Эрик действительно кем-то правил. Я видел его взгляд и могу тебе сказать, что скоро очень многое изменится.

— А что может измениться? Шахтёры перестанут копать руду, чтобы потом её отправили королю? Нет, если Ярл так поступит, то мы тут просто перемрём с голоду, а значит всё останется как прежде, только наверху будет сидеть кто-то другой.

— Вот только у него возможностей в разы больше, чем у сотни Гомезов. Та же магия и этот огромный волк, что слушается его беспрекословно, — покачал головой Диего, — многие главари шаек пока это не поняли, но Эрик не будет играть с ними. Они ему просто не нужны, а значит…

— У ворот скоро появятся новые украшения? — мигом стал немного трезвее Мильтен.

— Да, и я постараюсь сделать всё, чтобы моя тушка не повисла рядом с Вороном первой.

— А если сбежать в Новый Лагерь, или на болота?

— Если всё станет совсем плохо, то лучше присоединиться к Кавалорну и переждать бурю. Не думаю, что Ли или Ю’Берион будут нам рады. Поэтому советую тебе пока не высовываться и не лезть в сомнительные авантюры. Как рассказали парни, отправившиеся на поиски Эрика по приказу Гомеза, он расправился со Шрамом и Арно за долю секунды.

— Дела, — протянул Мильтен, вновь приложившись к кружке, — но я вот что думаю, а может мне напроситься в ученики к этому Эрику? Ты же сам сказал, что он маг, а маги огня даже разговаривать со мной не хотят.

— Нет, лучше подождать, а уже потом что-то делать, да и с чего бы ему заниматься с тобой? Ты не главарь банды и призраком стал только благодаря моей помощи.

— У меня тоже есть несколько талантов, — возмутился молодой парень, коему и тридцати не исполнилось, — и в отличие от многих, я умею читать и писать. Да и есть у меня один друг, что может замолвить за такого прекрасного меня словечко.

— Посмотрим, — задумчиво ответил Диего, прислушиваясь к звукам музыки, почти полностью заглушаемые криками веселящейся толпы.

— Ладно, ты как хочешь, а я пойду ещё зачерпну себе полную кружку вина, когда ещё удастся напиться чем-то столь вкусным?

Немного пошатываясь, Мильтен пошёл к веселящейся толпе, что праздновала смену одного властителя на другого. Обычно это не приводило ни к чему хорошему, но откуда им об этом знать.

Наблюдая за веселящейся толпой, я испытывал нечто вроде удовлетворения. Ближайшие пару недель никто бунтовать не будет, а там я вникну в дела, подберу толковых исполнителей и займусь изучением того, что засело под замком. Надо ещё будет переговорить с магами огня, что так и не изволили выйти из своей часовни, но пока, так уж и быть, прощу им такое пренебрежение.

Речь перед каторжанами я уже произнёс, обещая новую эпоху мира и процветания, а значит можно и удалиться. Полные бочки с вином и фантомные музыкальные инструменты, что будут играть всю ночь, да всё это под закуску, приготовленную с использованием специй, как мало было нужно для счастья основной массы обитателей лагеря. Теперь главари банд, даже если и задумают заговор против меня, могут столкнуться с неприятием его рядовыми бандитами. Всё же правильный атаман, в первую очередь, должен быть щедрым.

Зайдя в бывшие покои Гомеза, я зажёг несколько светляков и погрузился в изучение бумаг. Пусть ещё вчера здесь правили справедливо осужденные преступники, документацию они вели неплохо. Здесь было всё, и расчёты по поставкам продовольствия, и среднемесячная выработка руды, и даже примерные подсчёты прибыли и убыли каторжан. Были даже намёки на негласные договорённости между лидерами других лагерей и Гомезом, что пока придётся соблюдать и мне.

Больше всего внимания я уделил именно продовольствию, по той простой причине, что именно его катастрофически не хватало. Конечно, частично потребности лагеря покрывали охотники и собиратели, а за поставки тех же тканей и прочего дефицитного товара, что не добыть на территории колонии, из Нового Лагеря шёл рис, но всего этого не хватало. Ознакомившись со следующей заявкой на поставку, я тут же вычеркнул из неё новые ковры и канделябры с позолотой, вписав увеличенную норму пшена и солонины, не стоит допускать лишних смертей, особенно если за их счёт подпитывается Барьер.